(не) Сладкая жизнь для попаданки - Анна Митро

Заминкой воспользовалась соседка. Она выскочила со своего участка, стоило повозке скрыться за поворотом. И ее вид немного меня напугал, в какой-то момент мне даже показалось, что она испытывает те же эмоции, что и старший сын Полашки: обиду, ярость… Но потом старушка подошла ближе и я обнаружила всего лишь разочарование, что, если честно, вызвало досаду.

— Варюшка, как же так? — вздохнула она, дойдя до меня. — Ты же волшебница, а он — инквизитор! Он погубит тебя! Да не смотри ты на его ухаживания и любезности, все они такие, вотрутся в доверие, а потом всю жизнь сломают! Неизвестно, какие чары у них для этого есть.

— Это не то, что вы подумали, — немного пришлось соврать. Но рассказывать правду о проклятии я никому не собиралась. Чем меньше людей знает, тем лучше. В идеале я и Бартош, ну и друг его семьи, раз уж тот в курсе. — Меня в любом случае уже поставили на учет, — огорошила я ее и рассказала о случае с Кромыселом. Баба Дока была в шоке от поведения соседа, и сказала, что поделом ему старому охальнику и жадобе. Но попросила все же держаться подальше от смотрителя.

Тут на горизонте появились кузнец и незнакомая мне женщина, и, завидев их, соседка оставила меня в покое со своими нравоучениями, посеяв долю сомнения в мои мысли и сердце. Новые визитеры же хотели сделать заказ, который я пообещала приготовить к завтрашнему вечеру. Единственное, что меня поразило, так это то, что новая клиентка, оказавшаяся матерью девушки, у которой я покупала яйца, попросила меня сварить ей тоже самой, что и корзиночнице. Но, с другой стороны, мое какое дело, может та ее угостила и вкус понравился?

И после этого я, наконец, нормально зашла в дом, и мне на руки тут же запрыгнул домовой.

— Как ты могла оставить меня так надолго одного? Я же весь испереживался! Столько дум страшных перекрутил! Что тебя убили, что ты сбежала, что украли мою хозяюшку-у-у! — взвыл он, стуча по мне лапками.

— Да как же я тебя брошу, Федя? — я погладила его по мохнатому тельцу. — Просто произошло непредвиденное… Я заселилась в постоялый двор, а там встретила нашего соседа… И долбанула по нему заклинанием! — глаза паучка стали в два раза больше, а я снова рассказала, что со мной произошло в городе, и заодно поведала и про библиотеку, и про проклятие. Все-таки, будет у нас один-один с Бартошем. У него человек знает, у меня — домовой. — Я проведу ритуал, и у тебя будет возможность выходить из дома.

— Ага, то есть водоносом ты теперь меня сделаешь? — ехидно хмыкнул Федя, а я деланно обиделась. Не то чтобы я не преследовала такие цели, но все же не ради этого искала обряд. — Да брось, мне только в радость помочь. Хоть посмотрю, как сад наш выглядит не только из окна. А погреться в лучах солнца повиснув на яблоне? Это ж мечта, которую не всякий домовой исполнить в силах. А я смогу! В одном соседка наша права, доверять никому не стоит. Это я тебя не захочу и не смогу придать, а за остальных никто ручаться не станет. А пока, хозяюшка, переодевайся, пойдем разбирать твои покупки да отмечать, что торговцу завтра отдадим. И посчитаем, сколько он нам за это будет должен. А еще подготовимся к обряду. А огород я после сам полью, все равно пока на каждый кустик не налюбуюсь — не успокоюсь.

Так мы и поступили, начав с приятного — с покупок, а потом перешли к насущному — к погребу.

Глава 19

К обряду особой подготовки не требовалось. Разве что я подождала, когда в соседских окнах погаснет свет и выждала еще с полчаса на всякий случай. Почему-то не хотелось, чтобы баба Дока услышала и увидела, как я шарахаюсь по двору среди ночи.

Я взяла котомку, в которой лежали четыре свечи, плошки из лещины, огниво, нож и целый растительный набор: розмарин, можжевельник и базилик, растертые в кашицу и разбавленные моей кровушкой, и как бы это не звучало смешно, компотом. Просто как вызвать свою магию, я не представляла, а в нем она вроде как была по умолчанию. Пришлось импровизировать. Федя поднял одну лапку вверх, желая мне удачи, а я тихо отворила заднюю дверь и вышла. Свет горел лишь на втором этаже, и он немного освещал мне дорогу. А ведь нужно было дойти до дальней стороны. И, если честно, мне вдруг стало страшно. Та сторона тонула в темноте, и пока я не прошла половину пути, где перестал доставать свет домашний, я не видела ничего, кроме очертаний деревьев. Но потом в свои права вступило ночное светило и слегка посеребрило все, до чего доставало. Стало легче.

От меня требовалось измазать свечу в кашице, поставить в плошку и поджечь, по одной в каждом углу участка. То есть две позади, две спереди. Потом вернуться домой и произнести само заклинание. И я специально начала с сада. То есть, с самого сложного.

И вот я прокралась в угол со стороны бабы Доки, присела на корточки, на ощупь опустила свечу в кашицу, а потом сверкнула огнивом. Огонь занялся, немного дымя, но освещая место, которое я выбрала. Ради пожарной безопасности я расчистила круг земли диметром сантиметров в двадцать от травы, в центре поместила плошку и накапала туда чуть-чуть воска, чтобы свеча стояла. Все теперь можно двигаться дальше. На полпути к следующему углу где-то ухнула сова, отчего я тут же рухнула на землю и отползла к кустам, с опаской озираясь по сторонам. От страха сердце билось в ушах так громко, что остальные звуки просто терялись в его стуке. Пришлось немного полежать, чтобы успокоиться. Но прохладная земля быстро привела меня в чувство и я, так на четвереньках и проползла к нужному месту. Там повторила действия, подскочила и побежала к дому с такой скоростью, словно за мной кто-то гнался.

— Хозяюшка, ты чего несешься? Напугал кто-то? И почему у тебя вся одежда в траве и земле? — Федя встретил меня пулеметной очередью из вопросов.

— Напугал, — кивнула я и расхохоталась. — Сова! Вот, блин, верно говорят: «У страха глаза велики», но честно, я не думала, что так боюсь темноты.

— Вот ты даешь, Варюшка. Ну что, эту дверь я закрыл, давай вперед. И не трусь. Тут расстояние не такое