Грубая любовь - Елена Синякова

Брови Амира сошлись на переносице, и в груди опалило ядовитой и опасной злобой.

Лаборатории!

Те, кто сделал Урана и двух его братьев палачей хрен пойми какими зомби.

Те, кто знал много запретной информации и почему-то еще был жив!

Да, Уран рассказывал ему эту историю, которая началась в годы Второй мировой войны и длилась по сей день, но – хоть убейте! – он так и не смог понять, почему палачи, обладая всей свой жуткой силой, просто не уничтожили эту лабораторию сразу на месте? Эту, и все следующие за ней?

Может, сейчас бы не было этих всех проблем и надвигающейся войны высших существ с самыми крутыми и жуткими изобретениями человечества. Вернее, той её части, которая знала о существовании берсерков и волколаков в том числе.

- В лабораториях не так давно узнали о наличии девушек-берсерков. Возможно, поэтому за ней так тщательно наблюдают. Мы не знаем, как лучше поступить. Возможно, её стоит перевезти куда-то ближе к берсеркам, в лес.

Амир кивнул:

- Я посмотрю за ней. Спасибо за бдительность, парни.

Один из волков – тот, который говорил – протянул мужчине отрывок какой-то темной тряпки, и Амир молча взял её, коротко кивнув. Ему было этого достаточно, чтобы отыскать любого человека не только в городе, но и по всему миру, как бы невероятно это ни звучало.

Волколаки снова прижали ладонь к груди и учтиво поклонились, прежде чем растворились в темноте, а Амир выдохнул и запрокинул голову, очищая свои мысли и эмоции.

В последний раз он прислушался к тому, что происходит с Линой, и лишь убедившись в том, что девушка крепко и спокойно спит – наконец выпустил на волю все свои звериные инстинкты.

В нем текло сразу три крови – медвежья, делая невероятно сильным.

Волчья – давая такой нюх и зрение, что он спокойно видел в темноте.

И человеческая – самая слабая часть, в которой, однако, тоже был свой плюс – она не давала ему сорваться в хищники каждый раз, когда кровь закипала и просила выпустить наружу всю жестокость и жажду причинить боль.

Амир поднёс кусок ткани к носу, позволяя запаху той девушки заполнить легкие и раствориться в его крови.

Палач не открывал глаз.

Теперь все было словно размытая картинка, на которой мелкие точки человечков дрожали и трепыхались, отскакивая назад, пока он искал то запах, который только что учуял.

Это было подвластно только палачам.

Просто раньше Амир этого не понимал, хотя и пользовался всю жизнь, отчего мужики считали его чуть ли не богом в поисках. И, как оказалось позже, они были даже правы, если волки говори правду о том, что плачей создало божество древности, и сами палачи были полубогами.

Скоро он нашел нужный запах.

В пределах города, за несколько кварталов от себя.

Амир больше не был человеком, когда устремился вперед, двигаясь с такой скоростью, что ни один человек его не смог бы увидеть, поэтому было совершенно не важно, что палач был облачен в одни штаны на голое тело и с босыми ногами.

Он едва чувствовал землю, когда передвигался.

И чтобы преодолеть половину города, уходя по самым темным улицам, где нет фонарей – ему потребовалось не больше десятка минут.

Запах девушки запульсировал где-то глубоко в легких, когда Амир остановился, потому что понял, что достиг своей цели в какой-то не самой благополучной подворотне.

А девчонка и правда была отчаянная!

И на всю голову бесстрашная, что с первой секунды даже позабавило Амира.

Высокая и стройная, она вышагивала в коротких шортах, обтягивающей кофте и кедах. При чем, вышагивала так, что ни один мужчина не смог бы пройти мимо и не обернуться.

Амир бы мог сказать, что она проститутка, если бы от девушки пахло сексом и мужчинами.

Но нет.

Такой она точно не была.

Напротив. Девушка все еще была девственницей, что при таком раскладе было даже удивительно.

И своих «клиентов» на сегодня она уже поймала, поскольку за ней кралась иномарка, в которой сидели трое молодых мужчин, возбужденных и готовых уже просто насильно затащить её в машину, если красотка с упругой попой станет ломаться.

- Что такая восхитительная леди делает на улице посреди ночи одна? – сразу пошел в наступление один из мужчин, стоило только машине поравняться с вышагивающей девушкой.

«Восхитительная леди» эффектно развернулась, жеманно моргнув длинными ресницами, на что Амир усмехнулся, потому что под видом милой овечки скрывался такой волк, который этим озабоченным пиздюкам даже в страшном сне не мог присниться.

- Леди заблудилась.

Мужики были в восторге.

Такая красотка, да еще и сговорчивая!

Не бежит, не визжит, и глаза прям сияют – огромные, зеленые.

Знали бы они, что сияли они не от испуга или восторга, а от жажды крови и адреналина.

Подобное чувствовали бойцы перед схваткой.

И девушка явно знала, что это такое, только умело скрывала.

Завлекала она тоже весьма профессионально и явно не первый раз, потому что страха в ней не было ни капли. Даже намёка.

- Так мы можем подвезти леди, куда она скажет. А если леди не сильно торопиться, то можем и по ночному городу покатать, показать красивые места. Угостить чем-нибудь вкусным. Что леди любит?

- А деньги у вас есть? – полыхнули глаза девушки, на что мужчины разразились довольными и понятливым смехом.

Вот пташка и попалась!

Оказалось всё гораздо проще, чем они думали!

Даже ломаться не стала!

- Полно бабла! Запрыгивай!

- Сначала покажите.

Амир снова усмехнулся и даже покачал головой.

Ты смотри какая продуманная барышня!

Лиса просто! Только что чёрная.

Судя по виду и темпераменту - её батя был Кадьяком.

Мужчины, конечно же, клюнули на удочку, и были жутко горды собой, когда принялись трясти кошельками, и наличкой, которую щедро доставали из своих карманов, настолько оглушенные своей похотью, что даже не замечали, как «леди» прикинула общую сумму и лишь после этого сладко улыбнулась, этой улыбкой обещая райское наслаждение сразу всем.

- Тогда катаемся, мальчики! Хоть до утра!

Мужчины снова разразились смехом, услужливо открывая дверь, чтобы впустить вкусную «леди» с шикарными формами на заднее сидение.

Девушка туда скользнула быстро и спокойно, и машина тут же тронулась вперед.

- Ладно, разомнёмся, - пробурчал себе под нос Амир, выдвигаясь за этой машиной.

Если бы его мог