Русалий ген: Таяна - Рита Аристова

— Мы договорились миром. Опасаешься нас? — Мне неясно было его поведение, он явно осторожничал.

— Всё плохо. — Выдохнула Тая.

— В чём дело?

— Забери её. Сейчас. — Положила ладонь мне на спину Луна и я поспешил исполнить её просьбу.

— Ламар приносит свои извинения. Ему не удалось добросовестно исполнить свою часть сделки и с вашей стороны плата не требуется. — Передал сообщение русал. — Сторонись озера столько, сколько сможешь. — Предупредил он Таяну.

— Ты ей угрожаешь? — Рявкнул я, принимая тело Ниры в свои руки. Она в полубессознательном состоянии обмякла в моих руках.

— Не я. У меня нет плохих намерений, но океан полон тайн и опасностей. Не стоит пренебрегать предостережениями. — Спокойно и размеренно выдал он, собираясь уйти.

— Как твоё имя? — Спросила Тая.

— Адриан. — Ответил он и скрылся из виду.

— Благодарю тебя, Адриан. — Прошептала Луна ему вслед.

— Обними меня. — Прохрипела, пришедшая в себя русалка, протягивая руки к Тае. — Я мокрая и только что из озера... Вода... — Мы всё поняли, она могла не продолжать. Нира отдавала Таяне ценную влагу. Вода для русалок — это жизнь и время. Отсрочка.

— Как же так? — Заплакала Тая, поглаживая по розовым волосам подругу по несчастью. Мы с волками не понимали в чём причина такой печали.

— Её никто не обидит, Луна. — Подал голос Эрнесто. — Мы приняли тебя, и она также войдёт в стаю.

— Дело не в стае, не в волках. — Прошептала Тая. — Она повязана жемчугом. — Я не сразу обратил внимание, что на Нире красовалось жемчужное ожерелье в тон корсету из такого же белого жемчуга.

— Что это значит? — Не мог я выносить печали любимой и видеть её росинки-слёзы.

— Она не принадлежит себе. Жемчуг как кандалы. Она пленница Рулая. Он позовёт и Нира пойдёт к нему против воли. — Рассказывала моя Луна.

— Как это можно исправить? Есть способ? — Ведь не может не быть.

— Их всего два. — Ответила Нира. — Тот, кто повязал должен отпустить или умереть, чтобы русалка обрела свободу.

— А как же Ламар? — Заговорил один из оборотней.

— Он не всесилен. Есть морской закон, он не может нарушить его, пойти против. Жизнь одной русалки ничто, против интересов морского царства. Не плачь, Тая, не вини себя. Моя судьба изначально привела меня к Рулаю, тебя и в помине не было рядом. Всё ускорилось, но исход был предрешён. — Смахнула она её слёзы. Я дал распоряжение охранять границу. Рулай, значит. От него бежала, моя Таечка, а вот Нира не смогла.

— Возвращаемся в поселение. Здесь нас больше ничто не держит. — Я нёс Ниру и хоть девушка русальей крови, сердце за неё болело как за свою. Волков тоже шокировала жестокость морского народа. Волки могли поступать жёстко и карать предателей, биться до последней капли крови с врагами, но понятие «свой» для нас не пустой звук.

Мы не обижали женщин, не причиняли боль ради забавы никому. А тут невинная девушка, попавшая в жемчужные сети. Она против воли оказалась пленённой. Её эмоциональное состояние хуже физического. Нира словно опустевшая. Ни страха, ни паники, ни ненависти, вообще ничего. По царапинам на её лице и синякам на теле видно, что ей досталось. Отсутствие чувств противоестественно.

— Позови Самайю. — Отправил я Марио за лекаркой, когда мы подошли к дому. На Тае лица не было. Я уложил русалку на диван и притянул к себе Луну. — Мы обязательно что-нибудь придумаем. Я... Я тебе обещаю, Тая. Ты веришь мне? — Она помедлила, но кивнула.

Я дал время девушкам побыть наедине. Слышал, как Таяна шептала ласковые слова, пытаясь отогреть сердце своей спасительницы. Нира уже не отвечала, она находилась в какой-то прострации. Я прислушивался к её эмоциям, пытаясь зацепиться хоть за что-то, но чувствовал лишь тишину.

Приближение Самайи я учуял ещё за несколько домов от нашего. Лекарка торопилась, почти бежала и нервничала, что так несвойственно ей. Обычно она умничала и говорила так, словно, всё знала наперёд. «Значит, не всё» — прошептал внутренний голос. Она что-то упустила или духи не были с ней до конца честны. На их месте, я бы ей, пребывающей в таком настроении, не показывался. Клянусь, эту девушку и черти в аду боятся. Как фурия влетела в дом Самайя.

— Все вон! — Приказала она.

— Ты совсем рехнулась? — Рыкнул я. — Что за невоспитанность?

— Я сказала, выйдите, если хотите, чтобы она выжила. Буду биться за душу, посторонним вход воспрещён.

Глава 23.2. Никто, кроме тебя

Мы поспешно покинули дом. Самайя не шутила, сегодня она выглядела прекрасно и ужасно одновременно. Её решительность граничила с безумием и это отражалось в глазах. Я знал, что Таяна не сдвинется с места, пока всё не закончится и мы расположились на ступеньках. Нам не велено заходить, в дом, но уйти с территории мы не обещали.

Надо признаться, что, увидев Ниру я испугался. Она одной крови с моей Луной, и я боюсь, что однажды, отпустив Таю на зов озера, могу получить вот такую же лишённую всех чувств и эмоций русалочку. Её мир слишком опасен, а морской народ слишком жесток. А говорят, что у оборотней законы жёсткие...

Одно знаю точно, не будет мне покоя, пока не пущу этого Рулая на консервы. Надо выманить его из воды, надо прищучить гада морского. Это непременно вызовет осложнения в отношениях между оборотнями и русалками, и наверняка, появится новая легенда, как кровожадный вожак стаи вонзил клыки в ни в чём неповинного наследника русальего престола, который и малька не обидел...

— У неё же получится, да? — Всхлипывала Тая. Хотелось бы обнадёжить, девочку, но будущее туманно. Даже лекарка не уверена, что справится.

— Будем верить в лучшее. — Поглаживал я по спине любимую. К нашему дому шёл Карлос, хмурый на вид. — Только не говори, что ещё что-то случилось!

— У нас всё тихо, но от вашего дома такой эмоциональный фон, что волки волнуются. Эрнесто рассказал, что случилось у озера стае. Волки поддержат любое решение вожака. — Сообщил оборотень.

— Пока, я не готов принять решение. Сейчас русалка на грани между жизнью и смертью. Если она не выживет... Ты знаешь, что будет, Карлос. — Оборотень кивнул, прекрасно понимая, чем обычно заканчиваются такие истории. Русалку отдали нам в ужасном состоянии, но живой. Если Нира отойдёт в мир иной, вину повесят на стаю. Она погибнет на нашей территории и русалы спросят за это с нас.

Прошло несколько часов и к дому стали стекаться волки. Безмолвно они усаживались на траве целыми семьями. Из дома доносились песни и завывания Самайи,