Холодная мечта - Анастасия Пырченкова

— Ну, ты как? — тихо поинтересовался, зарываясь своей рукой в мои волосы и массируя затылок.

— Честно? Не знаю… — продвинулась ближе к его боку, кладя голову на плечо. — Иногда кажется, что всё прошло, а потом снова накатывает такая ярость, бессилие что-то изменить, что я начинаю ненавидеть весь мир, всех вокруг и себя в частности. Мне кажется, что не будь меня, Костя остался жив. И его родители бы сейчас не страдали из-за смерти сына. И мои. И тебе не приходилось бы возиться со мной, как с маленькой. А самое ужасное, что именно такой я себя и ощущаю: маленький и ничтожной. Никому не нужной.

Если начинала я говорить нормально, то с каждым словом громкость моего голоса понижалась. Последнее я произнесла вовсе едва слышно.

— Т-ш-ш, — раздалось над ухом.

В следующее мгновение я оказалась прижата к сильному телу Северьяна, уткнувшись лицом ему в грудь.

— Тише, куколка, ты снова себя накручиваешь. Мне казалось, ты поняла, что твоей вины в происходящем нет, — мягким тоном укорил меня блондин, проводя ладонью по всей длине моих волос. — Это не ты напала на меня, не ты убила Костю. Слышишь? Не ты! Просто в жизни часто случаются жестокие вещи, и не все из них у нас получается предотвратить. Хоть всю солому мира постели себе под ноги, — чуть отстранился, заглядывая в мои глаза. — И ты не одна. Я с тобой, помнишь?

— Потому что вынужден, — отвернулась от него, вновь глядя на зеркальную поверхность ого озера.

— Потому что хочу быть рядом, — поправил он меня. — Не хотел бы, бросил тебя ещё в начале нашего знакомства. И это было бы самым правильным решением, — вздохнул устало.

— Но не бросил.

— Но не бросил, — повторил за мной Северьян.

— Почему? — вернула к нему всё своё внимание.

Мужчина шумно выдохнул.

— Сперва хотел удостовериться, что ты никому ничего не сболтнёшь, потом… как-то затянулось всё. Я привязался к тебе, куколка. Или… не знаю. Придумай сама, почему взрослый мужик пристаёт к малолетке, — хмыкнул.

— Он все-таки извращенец? — развеселилась против воли.

Мужчина мои слова усмехнулся и промолчал, задумчиво уставившись вдаль. В голубом взоре отразилось небо, делая его ярко-бирюзовым. Очень красиво, и я поймала себя на мысли, что, как и раньше, любуюсь им. И цветом, и самим мужчиной. Вот и уткнулась обратно в его плечо, пока он этого не заметил, чувствуя вину еще и перед Костей из-за этой слабости.

— Я не знаю, как жить дальше, — призналась через паузу. — У меня не получается двигаться вперёд. Ощущение, что я топчусь на месте. Иногда думаю, что лучше бы я умерла в тот день вместо Кости. Всё равно от меня никакой пользы. Только сплошные проблемы.

В мои плечи до боли впились пальцы Северьяна. Он отстранил меня от себя, прожигая гневным взглядом.

— Ты никогда, слышишь, никогда больше не скажешь такого! — прошептал с яростью, встряхивая меня. — Не смей думать о смерти! Ничто не может быть дороже твоей собственной жизни! И никто! Поняла? Поняла меня, спрашиваю?

— Д-да, — с болезненным стоном выдохнула я.

— Прости, — повинился мужчина, шумно выдохнул, отпустил мои плечи и вновь прижал к себе. — Прости, — повторил. — Тебе просто нужно время. Оно не вылечит, совсем нет, но боль притупится и тебе станет легче. Костя дал тебе возможность жить дальше, так не обесценивай его выбор подобными мыслями. Лучшее, что ты можешь сделать для него — прожить долгую и счастливую жизнь за вас обоих.

И я расплакалась. В очередной раз. Но теперь это были тихие слёзы. Полные надежды. Мне вспомнилось лицо Кости в момент его последнего вздоха. Его улыбка. И он бы непременно согласился с Северьяном. Они вообще в этом плане очень похожи. Раньше не замечала, а сейчас призадумалась. Может поэтому мне с Холодовым так хорошо и спокойно? Потому что в нём я вижу тень Кости…

— Так что у вас сегодня произошло, что ты собралась сбежать из лагеря?

Вздохнула.

— Я не знаю, — призналась честно. — Я заблудилась, а потом Максим наорал на меня, и я сорвалась, — вздохнула виновато, но тут же вспомнила ещё кое о чём и резко передумала быть жертвой. — И знаешь что, — подняла голову, чтобы видеть его бесстыжие глаза. — Это ты мне лучше ответь. Почему твой брат считает, что я твоя любовница?

Мужские ладони на моих плечах опять сжались почти до боли.

— Ты моя… кто? — переспросил недоверчиво.

— Твоя любовница, подстилка, шлюха и всё такое, — охотно перечислила все термины, которыми со мной щедро делился его брат.

Северьян глубоко втянул в себя воздух, прикрыл глаза, выдохнул.

— Я разберусь, — спокойно отозвался через паузу, глядя на меня с привычным спокойствием, хотя я нутром чуяла, что далеко не эту эмоцию он сейчас пережёвывает.

Скорее боролся с собой, чтобы не пойти и не устроить своему родственничку взбучку.

— Да всё в порядке, — поспешила я его успокоить. — Я, конечно, удивилась, после разозлилась, а потом даже нашла в этом нечто положительное, — пожала плечами и пояснила на вопросительный взгляд: — Ко мне никто не лезет, — хмыкнула, приняв невинный вид.

Блондин ожидаемо опешил. Сперва. После чего расхохотался. Да так заливисто, что я и сама невольно улыбнулась.

— Ты — это нечто, куколка. А не боишься? — ухмыльнулся лукаво.

— Чего?

— Что я и впрямь решил сделать из тебя свою любовницу? — выгнул он брови. — Увёз вот на другой конец лагеря… чтобы совратить…

Теперь уже смеялась я, уткнувшись лицом ему в плечо.

— Знаешь, мне тебя не хватало, — призналась. — Без тебя так одиноко. А забери меня с собой обратно в город, а? — подняла голову и посмотрела в лицо моего благодетеля. — Я буду опять помогать тебе в офисе. Пожалуйста… — попросила, скатившись на шёпот.

— Свет… — хрипло произнёс мужчина, растерянный моей просьбой.

— Я не хочу здесь оставаться, — состроила самое страдающее лицо и всех возможных.

Мужские объятия стали крепче.

— Я знаю, куколка, я знаю. Но не могу тебя забрать, — прошептал виновато. — У меня сейчас много дел, и в офисе я почти и не бываю. Не волнуйся, я поговорю с Максом, он больше не будет нести всю эту чушь про нас с тобой.

— Да пусть его несёт, — вздохнула обречённо. — Мне всё равно.

— И это не верная позиция. Я взрослый мужчина, а ты школьница, такие отношения неприемлемы. Представляешь, что будет, если слухи дойдут до родителей, в том числе и твоих?

— Так ведь нет никаких отношений же?

— Не важно. Слухи — такая вещь, которая найдёт сто причин