У тебя только девять жизней - Элизабет Прайс

Глава 17

— Стоять! — крикнул Раф. — Полиция!

«Боже, зачем он вообще беспокоился?» С таким же успехом он мог бы просто крикнуть «беги».

Его ноги стучали по тротуару, его сердце маниакально колотилось, когда он изо всех сил пытался догнать молодого человека. Раф знал, что он быстр, когда дело доходило до погони, но, чёрт возьми, этот мальчик быстро бегает. Стоило ли оно того? Сколько денег у женщины могло быть в сумочке? Даже с такого расстояния Раф увидел, что это было розовое пластиковое портмоне. Он не хотел быть снобом, но это вряд ли указывало на сокровища, спрятанные внутри.

По крайней мере, Исида его послушалась. Она милостиво осталась и позволила ему справиться с ситуацией, не то, чтобы он справлялся со всем так хорошо в данный момент. Дело не в том, что он не думал, что она способна преследовать мальчика. Он не был сексистом. Возможно, его воспитывали с мыслью, что всю работу в полиции выполняют мужчины, а женщины остаются дома и растят детей, но он принял собственное решение по этому поводу. Он сказал Исиде оставаться на месте, потому что не мог быть уверен в том, что должно было произойти. У мальчика легко могло быть спрятанное оружие, пистолет или нож, и, если Исида последует туда, она может получить травму. Он пытался защитить её. Насколько Раф знал, тигры не были пуленепробиваемыми.

Конечно, всё это не имело значения, потому что огромное чёрно-оранжевое пятно пролетело мимо него и повалило похитителя сумки на землю, прежде чем он успел даже крикнуть «какого хрена?».

Мальчик скулил и плакал, когда великолепная тигрица прижала его. Некоторые люди смотрели с открытыми ртами, но тигрице было всё равно. Она удерживала мальчика на месте своей огромной устрашающей лапой и подняла свою огромную голову к небу, издав почти оглушительный рёв.

Раф приближался медленно, почти тупо, с открытым ртом ловя мух. Тигрица заметила его, и он был готов поклясться, что она действительно выглядела немного встревоженной. Великолепные жёлтые шары смотрели на него почти с потребностью, возможно, смешанной со страхом принятия. Или, может быть, он просто слишком много читал об этом, но эти большие, проникновенные глаза, казалось, взывали к нему. Но что бы это ни было, Раф был поражен тем, насколько она красива. Конечно, он встречал много перевёртышей. Он видел пару изменений раньше, это выглядело страннее и болезненнее, чем было на самом деле. Но он никогда не встречал тигра-перевёртыша. Для него тигры содержались в зоопарках, и, чёрт возьми, увидеть одного из них вблизи было чудесно. «Она была чертовски хороша». Но, с другой стороны, он считал, что она особенно красива для своего вида. Чёрт, она была красивее, чем все остальные виды вместе взятые.

Пара копов, которые опрашивали людей в переулке, подбежали, пыхтя и тяжело дыша. Они заметили Исиду и в страхе отпрыгнули. Тигрица фыркнула, подозрительно похоже на смех. Копы сразу поняли, что тигрица была Исидой, но это не уменьшило их ощутимого страха.

— Привет, красавица, — успокаивающе сказал Раф. — Ты отлично справилась, но думаю, тебе стоит отпустить его сейчас.

Он кивнул на молодого человека, пойманного её лапой. Идиот начал стонать под тяжестью огромного тигра.

— Убери от меня эту штуку! — прохрипел явно склонный к суициду молодой человек.

Исида зарычала и надавила на него. Раф позволил ей это на несколько мгновений. Называть Исиду «вещью» было неприемлемо.

— Всё в порядке, детка, всё в порядке, — пробормотал Раф, подбираясь к ней.

Он подождал, чтобы увидеть, будет ли она возражать, прежде чем поддаться искушению и потереть руками её шелковый мех. Она была слишком милым существом, чтобы сопротивляться. Он провёл рукой по её спине, удивляясь тому, насколько она нежна на ощупь. Другой рукой он пощекотал ей ухо, и она задрожала. «Она боится щекотки!» Раф почесал её на затылке, и она опёрлась на его руку, расслабляясь на своём пленнике. Раф слегка отступил, и она последовала за ним, желая снова почувствовать его руки на себе.

Раф кивнул двум патрульным полицейским, которые, оставив Исиду в стороне, схватили молодого человека и подняли его, надев наручники и забрав розовый портмоне. Они проигнорировали его вопли о полиции и жестокости тигров и увели его.

— Давай вернём тебе одежду, — проговорил Раф.

Тигрица удовлетворённо вздохнула и лизнула его щеку. Он усмехнулся, глядя на тёплый шершавый язык.

Они шли по тротуару, люди убегали с их пути, уставившись на человека, который, казалось, шагал с огромным тигром. Как будто это была самая безумная вещь, которую они когда-либо видели! Исида бодала его головой, и он регулярно гладил рукой её шерсть.

Они достигли того места на тротуаре, где Раф оставил Исиду, и она зарычала. То, что должно было быть грудой одежды, обуви, пистолета, ее значка и бумажника, теперь полностью уменьшилось. Как ни странно, пропали только ее одежда и обувь.

К счастью, вор решил оставить её значок, пистолет и бумажник — возможно, опасаясь, что их кража приведёт к огромным неприятностям. Но одежда — кого это волновало? Ну, кроме Исиды, которая оскалила зубы и по очереди пялилась на прохожих, пытаясь вычислить подозреваемого.

Раф встал перед ней на колени и издал приглушённые звуки.

— Всё в порядке, детка, успокойся, я могу отдать тебе свою футболку.

Он подобрал её вещи и ушёл.

Тигрица фыркнула и последовала за ним к его машине, надменно подняв голову и взмахивая хвостом. Это было отчасти сюрреалистично — гулять с животным, которого вы обычно видите только в зоопарках, следуя за вами, но для Рафа это не казалось неправильным. Он никогда не думал, что признает это, но вид внутреннего зверя Исиды только усилил растущие и всепоглощающие чувства, которые он испытывал к ней. Находите тигра сексуальным? «Да, возможно, ему действительно нужна помощь».

* * *

— Мы могли бы просто вернуться в мою квартиру, — сказала Исида.

Совершенно не стесняясь носить футболку, которая едва прикрывала её задницу, она по-прежнему расхаживала, как будто была самым сексуальным существом на двух ногах. Что так и было по мнению Рафа.

Он пожал плечами.

— Моя ближе.

Раф открыл дверь своего дома, и Исида расхохоталась. Находясь в хорошем настроении, он позволил ей поглумиться, прежде чем она осторожно вошла в квартиру и начала оценивать ужас этой комнаты, украшенной розовыми цветами.

— Ого, ну, это определённо ты, — едко сказала она ему.

Он безразлично посмотрел на розовые обои.