Сиротка хочет замуж. Любовь не предлагать - Надежда Игоревна Соколова

хвост, что подчеркивало его строгий, но в то же время харизматичный облик. На шее у него висел массивный медальон с символом рода — тигра, который олицетворял силу и бесстрашие.

Эмерис взял меня за руку, вышел вперед, поклонился. Я присела в заученном реверансе, надеясь, что все получилось правильно.

— Ваше величество, потерянный член рода найден, — четким и уверенным тоном произнес Эмерис, не столько для императора, который и так все уже знал, сколько для окружавших его оборотней. — Перед вами ее высочество принцесса драконов Ирисия, прибывшая к нам из немагического мира и волею богов перемещенная в чужое тело.

— Добро пожаловать, ваше высочество, — произнес густым басом император. — Род с радостью принимает вас.

— Благодарю за оказанную честь, ваше величество, — ответила я ритуальной фразой.

Под потолком дворца сверкнула молния. Магия приняла меня в род.

Глава 49

Сразу же после приветствия состоялся торжественный завтрак в честь моего воссоединения с родом. Мы расселились за накрытым столом, который был украшен изысканными сервизами и букетами, собранными из лесных трав и ягод. На столе царила настоящая мясная симфония: от нежных стейков до запеченных диких птиц, от ароматных колбас до экзотических деликатесов, которые я никогда не пробовала. Даже десерты были не без мяса — я заметила, что в одном из них были кусочки утки, запеченные с медом и орехами. Как только компоты без мяса умудрялись варить, оставалось для меня загадкой.

По традиции, мы молчали. Считалось, что мне нужно время, чтобы привыкнуть к новому статусу. И пока я вживаюсь в роль члена рода, меня никто не должен беспокоить. А вот уже после завтрака можно будет и пообщаться, так сказать в неформальной обстановке.

Я не спорила. Сидела, ела, заодно рассматривала платья и украшения местных аристократок. Некоторые из них были декорированы вышивкой, изображающей сцены из мифов, другие — драгоценными камнями. И то, и другое несильно отличалось от уже увиденного мной у драконов. Но все же некоторые элементы, способные украсить новые модели, я заметила. Например, изящные рукава, напоминающие крылья, и пояса, обвивающиеся вокруг талии, словно лианы. Я постаралась отложить в памяти такую красоту. Потом, когда освобожусь, надо будет обязательно все это зарисовать. Ну и пригласить назад, в тот мир, во дворец драконов, двух-трех дам со своими нарядами. Будет чем оживить новую коллекцию.

Пока я строила в уме планы, завтрак закончился. И его величество пригласил меня пообщаться в малой гостиной. Я встала, и мы направились в сторону одной из боковых дверей, которые вели в более уединенное пространство.

Малая гостиная оказалась уютным помещением с мягким освещением и роскошной мебелью. Стены были украшены картинами, изображающими сцены из жизни оборотней, а в углу стоял камин, в котором весело потрескивали дрова. Я заметила, что здесь было гораздо меньше формальности, чем в зале, где проходил завтрак.

Император предложил мне сесть на мягкий диван, обитый бархатом, и сам сел напротив, на кресло, обитое кожей. В его глазах читалось искреннее желание узнать меня лучше. Я почувствовала, как волнение вновь охватывает меня, но в то же время, в этом уединении, я ощутила себя более свободной.

— Я рад, что вы здесь, — начал он, его голос звучал спокойно и уверенно. — Это важный момент не только для вас, но и для нашего рода. Я надеюсь, что вы сможете найти свое место среди нас.

Я кивнула, стараясь собраться с мыслями.

— Это взаимно, ваше величество, — ответила я, стараясь говорить чистую правду. Магия императора чувствовала ложь. — Здесь все ново и необычно для меня, но я уверена, что со временем смогу привыкнуть и к этому миру.

«Особенно если буду появляться здесь не чаще пары-тройки раз в год, — добавила я про себя. — Тогда и привыкну, угу. Со временем».

Мы проговорили более двух часов. Император расспрашивал меня о Земле, о том образе жизни, который я там вела, о моей семье. Магия рода пока еще не выяснила, чьим конкретно потомком я являлась. И потому император сам старался сопоставить известные ему факты.

После аудиенции я поднялась к себе в спальню и, открыв дверь, столкнулась с Леонардом. Он сидел на краю кровати, его лицо было хмурым и раздраженным. Завтрак в кругу оборотней явно не пошел ему на пользу, и я могла только догадываться, что именно его так беспокоит.

«Какая лиса тебя укусила?» — так и крутилось у меня на языке, но я решила не провоцировать его еще больше.

— Завтра устраивается охота. В твою честь, — произнес он, опередив меня. — Ты обязана быть. Как главный, почетный гость.

— А местные дамы разве охотятся? — удивилась я, представляя, как в платье с корсетом и длинными рукавами можно будет бегать по лесу с луком и стрелами.

— Аристократия — нет. Но это не значит, что дамы не могут сопровождать мужей-охотников до поляны леса, — ответил он с легким презрением в голосе.

Ах, вот в чем дело. Значит, поляна леса. Ладно, посидим там, пока мужчины старательно делают вид, что добывают пищу. Я уже представляла себе, как буду сидеть на мягком мхе, окруженная ароматом хвои и свежего воздуха, с корзиной фруктов и книгой в руках, пока вокруг меня будут раздаваться звуки охоты.

— Я слышал, ты собираешься взять старшей фрейлиной свою родственницу-оборотницу, — продолжил беседу Леонард, его голос стал более серьезным.

— Собираюсь, — кивнула я. — Так нельзя?

— А ты послушаешь, если я скажу, что нет? — скептически хмыкнул он, его глаза сверкнули недовольством.

— Вряд ли, — честно ответила я. — Не вижу в этом ничего дурного.

— Дело не в этом. Старшая фрейлина — ответственная должность. А твоя родственница слишком молода и не всегда адекватна.

Ой, да кто бы говорил. Я вспомнила, как видела, какими неадекватными бывают те же драконы. Один невесту брата лапал, другой орал, выпускал пар из ноздрей и даже обернулся от психов. А молоденькую оборотницу при этом обзывают неадекватной. В зеркало бы поглядели лишний раз.

Вслух я ничего такого не сказала. Ответила, что подумаю, и предпочла не заметить скептического взгляда Леонарда.

До конца дня мы с ним сидели в своей комнате, привыкали к новому миру. Ну, якобы привыкали, конечно. Если бы мы захотели появиться на общем обеде или ужине, никто нам и слова бы не сказал. Но мы сидели в своей комнате, и даже успели поваляться в кровати, поиграть в постельные игры, смеясь и шутя, как будто весь мир за пределами этих стен не существовал.

Уснули, довольные жизнью. Я — так уж точно.

Утром следующего дня,