Охота на некромантку. Жена с того света - Ольга Грибова

А что, с Азом я неплохо справилась. Идея мне понравилась, и я пошла в спальню к малышу Эдмунду, но и там потерпела неудачу. Нет, ребенок проснулся, но уже через секунду огласил дом громким плачем.

Самостоятельно будить детей было плохой затеей, но отступать поздно. Укачивая Эдмунда на руках, я вернулась в спальню к близнецам.

– Быстро вставайте! – выпалила я. – Вон котик сидит голодный и неглаженый. Надо срочно его кормить, – свалила я близнецов на Аза.

Кот поднял на меня обиженный взгляд, в котором явственно читался вопрос – за что? Но я уже пошла дальше по коридору. Здесь моя миссия была выполнена – близнецы подскочили с кроватей и бросились тискать Аза.

– Я знаю, как вернуть Сигизмунду нормальный вид, – сказала я, заглянув к Стефану в спальню.

Отреагировал мальчик или нет, даже проверять не стала. Сигизмунд действовал на Стефана безотказно.

– Медина, – сунула я нос в последнюю спальню, – если немедленно не встанешь, подложу тебе в кровать Эдмунда.

Девочка резко села:

– Я уже проснулась. Не надо.

Вот так-то лучше.

Я понесла Эдмунда на кухню. По пути он играл моими волосами. Малышу явно пришелся по вкусу рыжий цвет. Он ведь такой яркий!

Когда я усаживала Эдмунда в детское кресло, он поднял на меня свои огромные, как у олененка глаза, и четко проговорил:

– Ма-ма.

– Ты ошибаешься, – поправила я ласково. – Я не твоя мама.

– Ма-ма! – настойчиво повторил малыш и сморщил носик, приготовившись разрыдаться в случае отказа.

Если в первый раз это могло сойти за ошибку, то теперь я со всей очевидностью поняла – Эдмунд принял окончательное решение, и спорить с ребенком бесполезно. Он, как и все Уиллисы, жутко упрямый и своевольный.

– Ладно, – вздохнула я, смиряясь, – как скажешь.

Эдмунд тут же передумал плакать, удовлетворенно кивнул и повторил, закрепляя:

– Ма-ма.

Я прикусила нижнюю губу. Совру, если скажу, что меня это не тронуло. Когда-то я мечтала о детях, потом привыкла к мысли, что у меня их не будет, а с попаданием в чужой мир все окончательно запуталось. И вот заветное слово прозвучало из уст Эдмунда.

Ощущение было, словно меня избрали. Выделили из всех и наградили особым званием. Я сразу ощутила ответственность, а еще щемящую нежность. Не знаю, как сложится моя дальнейшая судьба в этом мире и отношения со старшими братьями Уиллисами, но этих детей я точно не брошу.

Завтрак прошел своим чередом. Разве что мы с Эдгаром поменялись местами. Теперь он всячески за мной ухаживал, делал комплименты и намеки. До чего же он, оказывается, навязчивый! Неужели я так же себя вела, когда пыталась его соблазнить? Тогда неудивительно, что он сбежал. Я уже и сама была готова дать деру.

Но к счастью или нет, был еще Крес, и мне требовалось с ним поговорить. Сегодня выяснилось важное – настоящее имя моего нового тела. Уверена, это поможет нам попасть в Верхний город.

– Крес, – сказала я, пока он не встал из-за стола, – мне надо с тобой кое-что обсудить.

– Ты всегда можешь пообщаться со мной, – тут же вмешался Эдгар и томно добавил: – И не только словами.

Клянусь, я его ударю! Лучше бы муж и дальше меня избегал. В своих попытках ухаживать Эдгар был невыносим.

Крес, проигнорировав слова брата, кивнул мне и встал из-за стола. Я тоже поднялась, и тут же заскрипел еще один стул – Эдгара.

– Мне можно с вами? – спросил он с надеждой.

– Нет! – ответили мы с Кресом хором. Похоже, не меня одну достал любвеобильный Эдгар.

Мы вышли в коридор, и Крес впервые пригласил меня в кабинет. Едва дверь за нами закрылась, я выпалила:

– Я знаю, как меня зовут.

А чего тянуть? Я хочу поскорее попасть в Верхний город, Крес этого хочет. По крайней мере, в этом наши желания сходятся. Что до остального, то мы достаточно взрослые люди, чтобы побороть неловкость.

Крес нахмурился и произнес:

– Я тоже знаю, как тебя зовут. Эллария Уиллис.

– Да, – кивнула я, – но нет.

– Объясни.

– Я взяла это имя здесь, в Нижнем городе, потому что забыла свое настоящее. А сегодня ночью вспомнила, – я не стала вдаваться в подробности, рассказывая, что это Аз помог. А то придется объяснять еще и про говорящего кота. – Мое имя Октавия Монтгомери.

Крес задумчиво потер лоб. Когда он снова заговорил, то озвучил мои собственные мысли:

– Ты понимаешь, что это неспроста? Измененная внешность, потеря памяти… кто-то очень не хотел, чтобы вернулась.

А он соображает. Я ведь не рассказывала об отравлении и смерти.

– Да, – согласилась я. – Возможно, это дело рук кого-то из моих родных.

– И ты все равно готова с ними связаться?

– Я хочу вернуться в Верхний Ареамбург, – тут я не соврала. – А с родными как-нибудь разберусь.

– Ты должна быть осторожна, когда вы встретитесь, – заметил Крес.

Почудилось, или он волнуется за меня? Да просто без невестки-аристократки им в Верхний город не попасть. Я ему нужна, только и всего.

Я молча кивнула. Разумеется, я буду осторожна. Снова умирать не входит в мои планы. Я уже была за чертой жизни, мне не понравилось.

– В таком случае, если ты не против, мы прямо сейчас отправимся к стряпчему и выясним подробности о твоих родственниках, – предложил Крес.

Я, не раздумывая, согласилась. А чего тянуть? Мне нужно поскорее встретиться с Игроками. Тот факт, что мои волосы после воскрешения Аза снова начали седеть, говорит о том, что мое оживление не вечно. Рано или поздно мне понадобится подпитка сил, а потом еще и еще, и так до бесконечности. Я хочу разорвать этот порочный круг, вернуть себе нормальную жизнь. И сделать это могут только Игроки. Они меня в это втянули, пусть и вытягивают.

Вскоре мы были уже в конторе стряпчего. Людвиг – так он назвался – все цокал языком, разглядывая мои волосы.

– Эдгар всегда был везучим, да? – в итоге усмехнулся он.

Крес что-то буркнул в ответ неразборчивое. Со стороны могло показаться, что он завидует брату.

– Значит, Октавия Монтгомери, – повторил он после того, как я представилась. – Постойте, мне знакомо это родовое имя. Минуточку!

С этими словами стряпчий вскочил с кресла и принялся что-то искать на полках позади. Книг на них не было, только многочисленные папки, расставленные по алфавиту.

– Вот она! – с довольным видом он подхватил одну из папок. – Буква «М».

Пройдя с папкой к столу, он открыл ее, пролистал и удовлетворенно выдохнул:

– Недаром я запомнил эту фамилию.

– Моя семья чем-то знаменита? – уточнила я.

– Вы спрашиваете! Род Монтгомери – один из основателей Верхнего