Без шанса на развод - Ая Кучер

Хотя…

Чего я ждала от мужчины, который к моей дочери полез?!

Я имела право знать кто именно отец Дани. Это было и моим решением тоже! И да, о здоровье мужа я тоже должна была знать! Он обязан был мне рассказать.

И, Всевышний, дело ведь совсем не в бесплодии. Это можно было обсудить, принять взвешенное решение.

Я ведь на четвёртого ребёнка решилась лишь потому, что Лев был активно «за». Он этого хотел.

И я понимала, правда. Как любому мужчине — ему хотелось своих детей. Кровной связи, своих генов. Наследника, чтоб его.

Но тогда зачем всё это? Столько испытаний с суррогатной матерью, долгие месяцы выборов и подготовок.

Ведь изначально было понятно, что у меня с беременностью не получится ничего. Проблемы с самим зачатием.

И этот диагноз мне поставили вскоре после родов, когда я приходила обследование. После рождения Давы и Регины что-то нарушилось в организме.

Я не могла забеременеть, хотя тогда это и не волновало. Мы с первым мужем не планировали больше ничего. Жили как соседи.

А после появился Лев. Были попытки ЭКО, но всё закончилось очень плохо. Окончательным заключением, что я не смогу выносить беременность.

Мой организм просто с этим не справляется. Яйцеклетки живы, но в остальном — у меня не получается.

И…

ЭКО. Мы делали ЭКО!

Твою же мать!

— Ма?

Я пролетаю мимо Давида. Запираюсь в ванной. Сначала меня рвёт, скручивает желудок до желчи.

А после я забираюсь в душ. Царапаю кожу мочалкой, сдерживаю новые спазмы. Меня буквально выворачивает наизнанку.

Лев не может иметь детей, как он говорит. Но мы ведь пытались…

Я чувствую себя так, словно надо мной надругались. Хотя это вообще не так.

Ведь оплодотворение происходило «вне». Мне лишь уже оплодотворённую яйцеклетку вводили.

Но это не спасает!

Это же… Я носила в себе чужого ребёнка. Я…

Всевышний!

— Ма, ты в порядке?

Сын настойчиво стучит в дверь. Кажется, мои всхлипы были слишком громкими. Не остались без внимания.

— Да!

Выкрикиваю я, а сама сползаю вниз. Сижу под потоками горячей воды, а всю меня колотит.

Как же мерзко и отвратительно.

Вот теперь точно я могу задавить его машиной.

Я не знаю, сколько времени проходит. Медленно возвращаю контроль над своим телом. Выползаю из ванной.

Я кутаюсь в огромный халат, рассматриваю себя в зеркале. Круги под красными глазами, бледное осунувшееся лицо.

Эх, Каринэ-Каринэ, сейчас ты точно не как царица выглядишь.

— Ма, — Давид подскакивает, стоит мне выйти. — Что случилось?

— Всё…

— Да ничерта не в порядке! Ты поехала на встречу с этим ублюдком, а вернулась вся бледная. Ты плакала. Тебя трясёт. Я его урою.

— Дава! Давид, не надо.

Я хватаю сына за руку, удерживаю. Он взбешённый разворачивается ко мне, взгляд пылает.

— Не надо, — прошу я. — Это… Я разберусь с ним по-другому. Через суд и всё такое. Не добавляй мне лишних проблем, пожалуйста.

— Этот урод пользуется тем, что тебя защитить некому. Был бы папа жив — Лев бы по стенке ползал и не рыпался.

— Был бы папа жив — я бы и замуж снова не вышла. Это… Всё не в порядке, ты прав. Но я справлюсь.

— Ты не должна справляться. Ты, блин, должна улыбаться и счастливой ходить. Как раньше. А не плакать и страдать. И… Почему ты улыбаешься?

— Просто думаю, что Лере очень повезёт. Если ты включишь голову и начнёшь себя так с ней вести.

— Да при чём тут Лера? Она со мной не разговаривает.

— А ты… Как ты там сказал, Дав? Улыбаться и счастливой ходить? Вот и сделай это для неё. А я справлюсь, не сомневайся.

Потому что…

Этот омерзительный разговор — он такой полезный был, на самом деле. Если эмоции отбросить, то можно главное услышать.

И благодаря этому я просто раздавлю Каминского.

Но сперва — встреча с детективом.

Время до встречи я стараюсь провести с пользой для себя. Я вожусь с Даней, отпускаю няню до «часа Х».

Дава то пропадает, то появляется. Кажется, он всерьёз решил добиться расположения девушки.

— А чё рядом с ней тот удод крутится? — бурчит, пока я собираю Даню на прогулку. — Она от меня беременна, а он…

— Милый, такова жизнь. Вы же расстались. Ты дальше живёшь, почему она не может?

— Потому что… Потому!

Рычит недовольно, протягивая мне комбинезон для малого. Я посмеиваюсь.

Не лучший поступок матери, но… Эти молодёжные проблемы такими лёгкими кажутся, простыми.

Никаких омерзительных подстав с ЭКО. Нет постоянного ощущения что надо мной насилие совершили.

Обычные проблемы — сейчас самыми желанными будут.

— Ты сделал, как я советовала? — я целую Даню в нос, застёгивая одежду.

— Угу, — бурчит старший. — Она не захотела деньги обсуждать. Я этого не понимаю! Предложил заплатить за всё — она гордость включила. А…

— А ты не предлагай, Дав, ты делай.

— Сделал уже. Снова выхватил. Ей всё не нравится. Я её не понимаю. Я ей фрукты принёс. Она рада была, а после — разрыдалась. Ела яблоко и плакала. То от счастья, то яблоню жалко было.

— Она беременна, и у неё гормоны. Терпи, Дав.

— Терплю. А ещё — она меня на УЗИ пригласила. Сказала, что я на ребёнка смогу посмотреть! Если не налажаю… С ней не угадаешь, где налажаю. Ты беременной была адекватной.

— Ты меня беременной не видел, милый, — я целую сына в щеку, укладываю Даню в коляску.

— Папа рассказывал. Ты была красивой и милой.

— Твой папа очень мягко отзывался обо мне. Макс!

Я зову сына, тот выбегает из комнаты. На ходу застёгивает кофту, подпрыгивая, надевает кроссовки.

Мы едем гулять в парк, который приметил Максим. Так какие-то аттракционы для него. А Дани — в принципе, всё равно.

Заодно я хочу посмотреть несколько комплексов. Раз приняла решение о переезде, то нужно готовиться. Посмотрю, что да как, подойдёт ли двор для детей.

И мне спокойнее будет. Что ни с кем во дворе не столкнусь.

А то наблюдается тенденция.

Как вот сейчас!

— Карина.

Меня окликает мужской голос. Я настороженно оборачиваюсь, а после вежливо улыбаюсь.

— Борис, здравствуй.

Я киваю мужчине. Немного настороженно слежу за его приближением. Борис — давний знакомый Льва.

А это для меня уже показатель.

Доронин вот в измене обвинил, приняв Даву за моего любовника. А этот что учудит?

— Какими судьбами? — спрашиваю я, перекладывая Даню в люльку. — Неожиданная встреча.

— Да не совсем, — мужчина кивает, проводит ладонью по тёмным волосам. —