Моя нелюбимая - Татьяна Дин

Беатрис, а в другом сидела Эмили. Проехав несколько верст вместе, на очередной развилке экипажи разъехались в разные стороны. Помахав друг другу из окошка, каждая на прощание послала другой воздушный поцелуй.

Как же хорошо, думала Эмили, что у нее было столько сестер! Они не только были ее поддержкой, но и одна из них удачно так собиралась родить. Может хоть появление малыша и забота о нем отвлечет ее от всех тяжелых мыслей.

Глава 34

– Только не говори, что ты решила уехать из-за Натана, – расстроенно смотрела Берта на сестру, которая держала на руках четырехмесячного ребенка.

– Ну что ты! Этот противный мистер Коулман здесь совсем не при чем, – ответила Эмили, сюсюкая и играя с малышом. Она припала к крохотному животику губами и издавая характерный звук, пощекотала его. Тут же по комнате разнёсся детский смех.

– Тогда почему ты решила так внезапно уехать? – допытывалась Берта.

Эмили посмотрела на сестру.

– Разве это внезапно? Я живу у тебя больше четырех месяцев и когда-нибудь должна покинуть твой дом.

– Но почему именно сейчас?

– Ты же знаешь, что Глория в положении, а ее беременность протекает тяжело. В последнем письме она слёзно умоляла меня приехать к ней. В отличии от нее, ты чувствуешь себя хорошо, да и мой маленький племянник сыт и здоров. А твой муж отлично заботится о вас двоих. Так что мне здесь больше нечего делать.

Берта выглядела немного обиженной.

– А я всё таки думаю, что причина в письме Беатрис, которое ты мне не показала. Да, да, я знаю о нем. Потому что вчера тоже получила от нее письмо, где она мне любезно сообщила, что писала тебе днём ранее. Она рассказала, что Натан был у нее дома и спрашивал о тебе. Она, конечно, не выдала тебя, но скоро он и сам узнает, что тебя нет у нее в гостях и следовательно, направится сюда, так как только здесь ещё не был. Вот поэтому ты и решила так скоро уехать.

Эмили встала со стула, отнесла ребенка к кроватке, уложила в нее и накрыв одеяльцем, поцеловала в щеку. Потом подошла к сестре и присев рядом с ней, накрыла ее руку своей ладонью.

– Даже если бы не было вероятности, что Натан появится в этих краях, я бы всё равно завтра уехала. Глории очень нужна моя помощь. Ты же сама слышала, как сильно ее мучат тошнота и головные боли. Но если желаешь, чуть позже я снова приеду к тебе. Разве могу я так надолго покинуть своего любимого племянника? – Эмили кинула умилительный взгляд в сторону. – Но сейчас мне действительно нужно уехать и помочь нашей сестре.

Берта обреченно вздохнула.

– Тогда обещай, что сразу после Лондона вернёшься ко мне.

– Обязательно! Но только если не появятся более важные и срочные дела, которые потребуют моего присутствия в другом месте.

– Надеюсь Беатрис с Дебби не решат, что и у них ты должна будешь пожить несколько месяцев, – недовольно проворчала Берта.

Эмили засмеялась.

– Ты ещё забыла о наших родителях. Их я тоже должна буду увидеть.

– Но ты же пока не собираешься вернуться в деревню?

Теперь наступила очередь Эмили тяжело вздохнуть.

– Я даже думать боюсь, что мне когда-нибудь придется посмотреть в глаза всем нашим соседям, а особенно Джону. Из нас троих – меня, Натана и его – он единственный не заслужил такого позора. Он не заслужил быть брошенным прямо у алтаря. Не заслужил получить невесту подобную мне. Я очень виновата перед ним!

– Но ты же помнишь письмо нашей матушки, где она писала, что он сам пришел к ним и сказал, что не держит на тебя зла. Он посчитал, что раз вы не поженились, то возможно на то была Божья воля.

– Джон самый благородный, честный, добрый и великодушный человек на земле! Он достоин более лучшей девушки чем я!

– Не говори так. Ты ни в чем не виновата. Это всё Натан!

Эмили замотала головой, а потом стыдливо опустила глаза и посмотрела на свои руки.

– Нет. Я виновата. Было бы несправедливо во всем винить одного Натана. В отличии от меня, он не был чьим-то женихом. Я должна была держать его на расстоянии, а я… целовалась с ним… и… мне это очень нравилось.

Первый раз Эмили осмелилась озвучить правду вслух. Берта немного наклонилась вперед и заглянула в ее лицо.

– Тогда может тебе всё таки стоит задержаться ещё на несколько дней, пока он не приедет в наши края?

Эмили подняла на нее удивленный взгляд.

– Зачем это?

Берта смущённо улыбнулась.

– Ну раз тебе нравилось с ним целоваться, то может и жизнь с ним покажется тебе не менее приятной.

В комнате повисло молчание. Эмили хлопала ресницами, смотрела на сестру и не знала что ответить. Слова, которые были такими простыми и понятными, казалось всё перевернули в ее душе и ещё больше запутали. Она ни разу не допускала мысли, что на самом деле могла выйти замуж за Натана. Вернее она думала об этом, но всегда в негативном ключе, считая, что этим неизменно обречёт себя на страдания и постоянную неуверенность в будущем. Но чтобы представить, что их совместная жизнь могла протекать в любви, согласии и радости – это было чем-то невероятным. И притягательным…

– Нет! – встряхнула Эмили головой. – Ты же сама его знаешь. Помнишь каким он был.

– Ты думаешь мой Джордж до встречи со мной никому не выражал симпатию? Ох, если бы ты знала, какие слухи о нем доходили до моих ушей.

– Но дело не только в том, как он вел себя с другими, но и в том, как он вел себя со мной! Берта, я никому об этом не рассказывала, но с того дня, как наша семья была ему представлена, он постоянно изводил меня глупыми шуточками и неприятными замечаниями. Он не боялся намекать мне на мое положение, подстраивал разные каверзы и ставил в неловкие ситуации. И так продолжалось на протяжении пяти лет! Пяти! О какой любви здесь может идти речь?

– Так он уже тогда влюбился в тебя! – вдруг воскликнула Берта и от своего открытия чуть ли не подпрыгнула на месте.

– Ты совсем с ума сошла! – не удержалась Эмили и повертела у виска пальцем.

– Ведь мы тогда все были представлены ему, но только к тебе он почему-то проявил подобный интерес. Тебе не кажется это странным? Я даже помню, как наша матушка решила, что он питает к тебе нежные чувства.