Демон и(ли) дракон? - Эльвира Осетина

— Должна была выбрать одного…

— И что теперь?

— Смерть?

— И всё заново?

— Успеем ли найти других?

— Времени мало осталось… Мир вот-вот погибнет.

— Что решать будем?

— Может, решим за неё?

— Это против правил…

— И что тогда?

Смысл сказанного доходил с большим трудом, поэтому ответить я хоть что-то, естественно, не могла. Приходилось бороться с головокружением и тошнотой. Это неимоверно злило. Я понимала, что сейчас кто-то решает мою судьбу. И не только мою, но еще и дракона с демоном. И никак не могла на это повлиять.

Разные голоса продолжали что-то обсуждать, но мне становилось всё хуже и хуже, и я уже даже различить не могла слова. Всё спуталось в мешанину. Ноги и руки стали мерзнуть, а затем я и вовсе перестала их чувствовать.

«Кажется, это всё…» — дошло до меня.

И такая ярость внутри всколыхнулась. Всё нутро обожгла.

Я всю жизнь была словно амеба. Не жила, а существовала. Даже любви нормальной не было. Лишь её жалкая тень. А тут? Встретила своих истинных — и меня хотят убить? И их тоже, значит? Они же без меня не выживут!

— Да… пошли… вы… все! — прорычала я со злостью.

А затем, преодолевая болезненные мурашки по всему телу, начала выпрямляться и раскрывать крылья. Куда бы меня сейчас ни тащило, я хотя бы могу планировать. Тело вспомнило, как ловить ветер, как уворачиваться в воздухе и как отталкиваться.

Главное — открыть глаза.

Я задышала поглубже, пытаясь справиться с тошнотой и головокружением, и всё же открыла глаза.

Если мне не жить, то я хотя бы должна посопротивляться. И, если получится, спасти моих мужчин! Обоих!

Где-то в подпространстве…

— Ты смотри, а она оказалась не робкого десятка, — хмыкнул один из голосов, только теперь смертная уже не могла их слышать.

— Ты что, дал ей послушать наш разговор? — недовольно ответил один из женских.

— Ну надо же её хоть немного чем-то подстегнуть, — сказал первый. — А то уже лапки сложила и смерти решила подождать.

— Думаешь, из них что-то получится? — устало вздохнул еще один голос.

— Надо дать им шанс, — ответил четвертый.

— Мне изначально не нравился весь этот эксперимент. Нельзя смертным давать столько силы. Видишь же, что они устроили. Еще и силу разделили — это ж надо было додуматься! Неужели сразу было не понятно, к чему всё это приведет? — это опять был недовольный женский.

— Ты себя-то помнишь, когда получила искру от отца? Какой была? И как нам приходилось с тобой возиться?

— Ой, ну вспомнил тоже. Еще бы взрыв вселенной вспомнил, — пробурчал женский голос в ответ и добавил: — Короче, ладно. Пусть живут. Мой голос у вас есть. И вообще, пойду я, у меня дел полно.

Раздался сдавленный смех мужских голосов. И когда они прекратили потешаться над сестрой, то первый постановил:

— Голосуем?

— Да что тут голосовать, всё и так понятно. Будет им шанс. Пусть живут.

— Я тоже за.

— И я! Мне она сразу понравилась, — пропищала кошко-мышь и, взмахнув своими огромными призрачными крыльями, вернулась обратно в замок — продолжать играть роль духа-хранителя. Ведь она тоже ждала своего истинного, душа которого должна была к ней вернуться…

На этот раз все мужчины выдохнули от облегчения. Ведь новую кандидатуру Игнесса нашла сама, сумев притянуть истинную душу. И повезло лишь потому, что у второй души оказался истинный в том же мире.

А думать о том, что случилось бы с юной богиней, они не хотели. Штрафы за такую самодеятельность были очень огромные, вплоть до лишения божественной силы.

Отец хоть и баловал свою младшую, но закон был един для всех.

Вмешиваться в судьбу истинных запрещено. Они сами должны пройти все круги перерождений и встретиться естественным путем, а не искусственным.

Поэтому даже богиня, потеряв своего истинного, не имела права его выдергивать из естественного цикла.

Даже возможная гибель одного из миров не могла стать причиной нарушения этого незыблемого правила.

Малые боги, ответственные за мир Савос, разошлись по своим делам в надежде, что смертные всё же смогут остановить погибель всего мира. Всё же будет обидно, если это случится, ведь они потратили очень много сил на его создание.

Я куда-то летела, и никак не могла остановиться. Благо теперь я хотя бы парила и могла управлять немного потоками. Правда, вылететь из самого потока не получалось. Крылья сразу же обжигало и чуть ли не выворачивало с корнем. Поэтому приходилось возвращаться в «колею» обратно и продолжать лететь.

Не знаю, сколько продлился этот полет, мне показалось, что не меньше часа. Часов на руках не было, к сожалению.

В конце концов я почувствовала, что начинаю замедляться, и сконцентрировалась на том, чтобы не упасть кубарем и вновь не переломать себе все конечности.

В итоге та самая колея и вовсе рассеялась, выведя меня на что-то вроде здоровенной крепости, на верхних ярусах которой располагались две площадки.

На обеих я заметила разных существ. На одной были мой дракон в своей ипостаси и какой-то рыцарь в доспехах, на второй — мой демон и еще один рыцарь в доспехах. Причем площадки эти находились рядом, буквально в метре друг от друга.

В голове сразу же возник вопрос: какого черта Игнесса пыталась заставить меня выбирать?

Но думать об этом было некогда, потому что я начала приглядываться к тому, что творилось на этих площадках.

Существа внизу пытались сражаться. Точнее, они не сражались, а скорее пытались убить совершенно не сопротивляющихся и лежащих на земле демона и дракона.

Внутри всё всколыхнулась от страха, а к горлу подобрался комок из горечи и слез, я решила, что мои мужчины уже погибли, а эти психи просто сейчас глумятся над их телами, но, подлетев ближе, поняла, что они просто не могут пробить их броню. Что один рыцарь в доспехах, что второй бьют своими мечами, но не могут нанести ни одного ранения.

Попасть на сами площадки я не смогла, напоровшись на прозрачный купол, и чуть не рухнула вниз, еле смогла выправить крылья и спланировать.

Похоже, что меня никто не заметил. А я не знала, как быть, как помочь, если я даже внутрь попасть не могу?

Подбежала к месту, где площадки почти касались друг друга, и посмотрела сначала на дракона, который был без сознания, потом на демона, который тоже не подавал признаков жизни. А нет… Когда присмотрелась, у меня отлегло от сердца, ведь я заметила, что они оба