Это развод, мой герцог! - Наталья Варварова

Он же чуял запах, слышал сердцебиение. Понимал, что я с трудом отползала от края. Мог бы почувствовать себя победителем, но он-то желал получить совсем другое.

По какой-то причине этот царственный самец никогда не нападал первый. Готов был сидеть в засаде, изводить мелкими тычками. Это отличало его от троллей, которые бы обязательно воспользовались шансом завалить самку, если та вдруг оказалась слабее.

— Нет, Маркус, пожалуйста. Не мучай меня и себя. Надо покормить малыша перед сном.

— Он уже спит, — возразил муж больше по инерции.

— Значит, разбужу и накормлю. Это полезно. Он лучше растет.

Виттен не стал спорить, а хмуро уставился в окно. Его ботинок, словно невзначай, соприкасался с носком моего. Я сознательно не отстранялась, чтобы не злить дорогого супруга.

*************

Ночью я внезапно проснулась от того, что стало нечем дышать. Даже не удивилась, когда меня обхватили тяжелые герцогские руки и прижали к телу.

— Ты в порядке, Виола? Ты вся дрожишь. Холодно?

— А ты весь в пижаме, Виттен. Совсем совесть потерял? До этого хотя бы сверху на покрывало укладывался.

Он покачал головой. Я очень четко уловила этот жест, потому что при этом он не убирал губы от моей шеи.

— Совесть на месте. Последние ночи ты спала, как всегда. То есть так, что пушкой не пробудить. А во фраке на кровать… Ты бы первая пришла в ярость.

Я смежила веки. Какое идиотское состояние. Уже не сон, но далеко и не бодрствование. Я не могу сбросить демона вон, не могу позвать Беррион. С другой стороны, не переживаю, что он позволит себе больше, чем эти наглые объятия.

— Мы выясним, что у тебя за странности со здоровьем в самое ближайшее время. Я навестил своего профессора, и он поклялся, что ускорится.

Дыхание полностью пришло в норму. Свинцовая тяжесть давила на глаза, а дыхание Маркуса заменяло колыбельную… Я все-таки потребую на суде, чтобы демона отловили и не допускали в дом, когда ему вздумается.

Ох, не знала я, что готовил следующий день…

Глава 42

— У нас важные новости, — сказал Деус, встречая меня у центрального входа.

Я немного опаздывала, волновалась и, пока ехала, покрикивала то на кучера, то на лошадей. Из-за клятого Маркуса утром оказалось невозможно отодрать голову от подушки. А просыпаться стараниями Беррион — то удовольствие, которого не пожелала бы и врагу. Даже пресветлой Веренее.

Зато адвокат у меня — сама невозмутимость. Темно-серый костюм цвета утрамбованного пепла сидел на нем еще лучше, чем вчерашний антрацитовый.

Он приветствовал меня, ничем не выдав недовольства, а затем огорошил.

— Видимо, намечается нечто серьезное. Виттена срочно вызвали в нейтральную зону. Там кризис, необходимость устроить тройное убийство и сохранить контроль над двумя мирами… Я видел мотивационный лист, составленный Веренеей и заверенный одним из великих, Асмодеем. Причина внушительная. Те, кто сегодня столкнулся с Его Светлостью, утверждали, что он был в ярости. Рвался сюда, к вам.

Я лихорадочно обдумывала его слова, следуя к нашей скамье. Если Маркус пропустит заседание, то оно как минимум состоится. Нервный демон не будет угрожать работе суда и устраивать веселье для зрителей. Однако не сможет ли он потом заявить, что адвокатша от его имени транслировала нечто совершенно другое?

— Чую запах гари, — усмехнулся Деус. — Веренее такое провернуть не под силу, а вот при поддержке Горнил — запросто. Можно облить непокорную супругу грязью и при этом сохранить чистые манжеты…

— Весь вопрос в том, чего хочет Пламя, — я уселась, чувствуя, как опускаются плечи. Нет, сдаваться нельзя. Вот Дэв же спокоен. — Проучить непокорного властелина? Зачем вечной искре обеспечивать интересы чужачки…

— Я это тоже Пламя. И я на вашей стороне, герцогиня.

Демон произнес это с таким выражением, что проблемы с осанкой испарились. В новеньком оливковом платье, — довольно открытом и при этом приличном — я сидела, как на иголках. Ловя обращенные ко мне взгляды бесов со всех стороны и волны стужи, исходящие от Веренеи.

Треножники по бокам судейской кафедры заскрипели, застонали, и через несколько мгновений из правого забил огненный фонтан. Вот и левый выдал узкую, зато длинную струю, почти задев лепнину в виде рогатого гиппопотама, который свешивался с потолка.

Заседание началось.

Крылатая заноза тут же поднялась. На ней был брючный костюм цвета крепкого кофе, а блузка, может, и застегивалась, но где-то глубоко внизу, под отворотами пиджака. Если бы не две узкие полоски белой ткани, то складывалось впечатление, что она вообще забыла ее надеть.

Я с интересом наблюдала за происходящим на кафедре. Лори Круст, похоже, страдал близорукостью, а вот Остин Аргус и судья Петреус — нет. Остин уже несколько раз вытер лоб, а Перт старался не отрывать взгляд от бумаг. Но если поднимал, то он намертво фиксировался на Веренее.

Ангел Возмездия сегодня намерена блистать. Впрочем, глупо надеяться, что белоснежный бюст — ее единственный аргумент.

После дежурных приветствий она больше не замолкала ни на минуту. Если Деус любил паузы, то Веренея говорила и говорила — как бесконечный ручей, как музыка для мужских ушей.

— Мой коллега уже представил вам герцогиню Виолетту, страдалицу, чья вменяемость, у меня лично, вызвала бы вопросы.

— Протестую, — вскинулся Дэв. — Только конкретика, пожалуйста. Ваши оценки интересны подружкам, а также другим… близким людям. Мы рассматриваем факты.

Судья выразительно выгнул бровь, давая Веренее возможность парировать.

— Конечно, факты. Отдать супругу полное управление своей жизнью, не обезопасив себя в случае развода, могла особа либо с ярко выраженным корыстным интересом, либо та, у которой страсти, допустим, ввиду расовой принадлежности, всегда на первом месте… Я же утверждаю, что в нашей тролльей принцессе сосуществуют обе эти грани… И потом, в каждом деле я всегда призываю смотреть на то, к чему семья пришла на момент разбирательства. Его Светлость Вельзевул находится в зависимом, унизительном положении. Его пытаются лишить смысла жизни, то есть его наследника, а также самой жизни. Без этой женщины он не в состоянии нормально функционировать… Все медицинские документы у господина судьи. Там и нарушение сна, и аппетита, и потеря концентрации, и сексуальное влечение к партнерше, переходящее в навязчивость… Несмотря на все перечисленное, прямо сейчас герцог находится при исполнении. В таком состоянии риски для его безопасности возрастают.

Дэв уже не пробовал садиться. Веренея выбрала тактику снежного кома; она соединяла все подряд, связанное и несвязанное, и оно летело в нашу сторону.

— Протестую. Манипуляция. Леди адвокат описывает нам состояние демона, лишенного женщины, с которой он объединен вязью. Это