Десерт для господина - Анна Шерман

«Я не для него. А он — не для меня… И чем быстрее я это приму, тем меньше буду грустить».

* * *

Артур

Я очень надеялся, что Мира не самая глупая девочка. И она меня не подвела, приняв верное, хоть и непростое решение.

Вопрос с Никитиным оставался открытым, хотя первые шаги в этом направлении я успел сделать, но тот как будто затаился после побега Миры. И нельзя было расслабляться, чтобы не пропустить что-то важное.

Воскресенье выдалось снежным, в воздухе уже ощущался приближающийся праздник, мы стояли у поезда с бумажными стаканами, в которых ароматно дымился кофе…

— Чем займёшься в Смоленске?

— Не знаю… Нужно найти какую-то временную работу. Или постоянную подработку, чтобы не висеть на шее у родных. Займусь этим сразу после новогодних каникул.

— Держи, — я протянул Мире ту самую карту, которую оставил ей в первый день после больницы. — Там пара сотен. Для меня это мелочь, а тебе пригодится. Купишь подарки. Или можешь жить на них до первой зарплаты.

Мира смущённо улыбнулась:

— До первой зарплаты? Мне такой суммы на полгода хватит…

— Тем более.

— Я не могу… Лучше просто поскорее найду подработку.

— Возьми и не спорь. Можешь не тратить, пусть лежат на всякий пожарный.

Она тяжело вздохнула и убрала карту в карман.

— Я могла бы целую вечность говорить тебе спасибо.

— Не надо. Мне достаточно знать, что с тобой всё хорошо и что ты снова станешь беззаботной жизнерадостной девушкой.

— Я постараюсь…

— Не забудь. Если что-то пойдёт не так, сразу звони. И если… если соберёшься снова поступать в Москву, тоже звони. Чтобы я был в курсе, где ты.

— Хорошо…

— С Наступающим, Мира, — я в последний раз поцеловал её в щёку, вдохнув приятный аромат нежной девичьей кожи.

— С Наступающим, Артур… — она на несколько секунд прижалась виском к моему плечу и вошла в вагон.

* * *

Мира

Войдя в купе, я поняла, что Артур уже ушёл с платформы. И помахать рукой мне было некому…

«Всё правильно… Я больше не должна его задерживать…»

Я повесила пуховик на крючок и села у окна, прижав колени к груди. Внутри творилось что-то неописуемое. Так много я успела пережить за полгода… Перечислять не было желания, ни на чём не хотелось сосредотачиваться. Нет, конечно, хотелось. Да и между ног ещё всё ныло после бурной ночи… Но я не могла себе позволить такую роскошь.

Нужно было срочно перевернуть страницу и начать новую главу.

Глава 35

Мира

Так странно я себя ещё никогда не чувствовала… Радость от встречи с семьёй не смогла перекрыть грусть от финала общения с Артуром.

«Я сошла с ума, честное слово! Нельзя так сохнуть по человеку, который тебе не подходит!»

Оставшиеся до Нового Года дни пролетели в приятных заботах и приготовлениях. Карта, которую Артур отдал мне, действительно пригодилась, хотя ба и дед упорно отнекивались и не хотели, чтобы я поучаствовала в покупке продуктов к столу. И очень растрогались, получив подарки.

Но всё это было ложью… Всё, что я им рассказала, было выдумкой. И про работу, и про академ, и про усталость от учёбы. Но лучше уж так, чем если бы они узнали правду, как их внученька вляпалась в неприятности и чуть не закончила свой жизненный путь в рабской каморке от внутреннего кровотечения в заднице…

Этот факт мне тоже не давал покоя. Я никак не могла понять, что заставило меня пойти на поводу у Никитина. Что в моей больной голове щёлкнуло не в ту сторону… И если бы не Артур…

По ночам я периодически плакала, не в силах отпустить ситуацию и смириться с появившимся в моей жизни «интересным прошлым». Волна депрессивного самобичевания почему-то накрыла меня не сразу, не в больнице после операций, а спустя месяц. И вот теперь стало по-настоящему страшно, тоскливо и стыдно.

Иногда я вспоминала про Сержа и Марьяну, изводила себя вопросом: нужно ли было помочь и им? Хотя Серж, думаю, отказался бы сбежать. Ему всё нравилось. Да и, зная его историю… Он вырос в детском доме, потом по наивности остался без комнаты, связался с мутными людьми, попал в какой-то бордель, где у него забрали документы. И в итоге Никитин купил его на подпольном аукционе. Серж рассказывал это с упором на то, что хозяин стал его спасителем и благодетелем. Но я так и не поняла, в чём заключалось спасение…

У Марьяны всё было не сильно лучше. Она выросла в семье, где отец был помешан на домострое и безгранично диктаторствовал над женой и детьми. В восемнадцать лет Марьяна сбежала из дома и поехала в Москву. Её изнасиловали в тамбуре поезда, когда она ночью пошла в туалет. Помощи ждать было не от кого, в полицию она идти не решилась.

Чтобы как-то прокормиться, согласилась работать вэбкам-моделью. Платили немного, едва хватало на совместное с такими же, как она, девочками жильё и скромный рацион. По совету соседки она начала искать себе постоянного «спонсора». В итоге попала к Никитину и решила, что жить под гнётом сурового мужчины — её крест…

Наверное, они оба отказались бы сбежать. По крайней мере, так я себя успокаивала.

После праздников я устроилась на работу помощником администратора в салон красоты. Мечтала я, конечно, не об этом, но в восемнадцать лет выбора особо нет. Да и Смоленск не мегаполис с массой перспектив.

В конце января мне пришло сообщение от Артура:

— Мира, у тебя всё хорошо?

Мои щёки в тот момент вспыхнули, а по телу пробежал разряд тока.

— Привет. Да, всё в порядке. Нашла работу. Никитин не появлялся.

— Хорошо. Умница! Никитин в Москве и снова ходит по клубам. Видимо, решил не искать тебя.

— Это радует…

Больше Артур ничего не написал. А я полночи пролежала без сна, вновь и вновь перечитывая его сообщения. И когда уснула, оказалась в его «игровой». Артур целовал меня, защёлкивая на запястьях наручники, а потом зацепил их крюком, торчавшим из потолка, и взял плётку. Я просила его остановиться, но схлопотала удар по ягодицам. Следом за ним — поцелуй. Снова удар. И снова поцелуй. Мне было одновременно больно и сладко, почему-то не ощущалось страха…

Проснулась я в слезах и с жутко ноющей промежностью.

С той ночи в моей голове