Десерт для господина - Анна Шерман

вспыхнуло стойкое любопытство, хотя я и пыталась заглушить его отрицанием. Но в итоге в один из выходных дней, когда ба и дед уехали к друзьям на празднование золотой свадьбы, я села за ноутбук и вбила в поисковик первый запрос «что такое БДСМ?»

Опираясь на пространные пояснения Артура, то, что делал со мной Никитин, не укладывалось в рамки философии БДСМ. Но что именно в них укладывалось? Я полдня ходила по сайтам, форумам, онлайн-магазинам, сообществам… Голова пухла от количества информации. А потом я наткнулась на видео. И ещё одно… А потом ещё…

Очнувшись от звонка в дверь, я захлопнула ноутбук и с ужасом уставилась на часы: надо же было зависнуть на порнороликах с обеда и до позднего вечера!

Я открыла дверь и попыталась изобразить некую степень заинтересованности прошедшим застольем, расспрашивая вернувшихся родных. Но мысленно была далеко. В том своём сне. Извивалась под ударами плёткой и постанывала от жарких поцелуев…

«А что если?..» — с того вечера я ежедневно то и дело тонула в фантазиях, где Артур приказывал, а я подчинялась… Это очень быстро превратилось в навязчивую идею. Я стала рассеянной и задумчивой, постоянно видела сны с сюжетами, похожими на те видео…

К середине февраля я поняла, что либо окончательно свихнусь, либо отважусь вернуться в Москву и попытаюсь стать для Артура той самой.

Мои старики наверняка подумали, что я не совсем в себе, но не стали комментировать моё внезапное решение снова поехать в Москву на какую-то недельную учёбу. Я не была уверена в успехе своей затеи, поэтому и решила сказать им, что уеду ненадолго.

Уже сев в поезд, я вспомнила просьбу Артура предупредить его, если снова соберусь в столицу. Но ведь это был сюрприз… Я тщательно подготовилась и изо всех сил надеялась на удачу.

Москва встретила меня жутким мокрым снегопадом. К счастью, выход из метро был всего в ста метрах от высокого здания из чёрного стекла, где располагался офис Артура, поэтому я не успела ни замёрзнуть, ни промокнуть. Но, уже идя по просторному коридору, я с ужасом осознала, как быстро меня покидала уверенность в своей затее. Ноги если и не подкашивались, то всё же дрожали. Дышать стало сложно… Но выхода у меня не было.

«Глупая трусишка. Неужели ты не хочешь использовать этот шанс и стать счастливой?»

Я остановилась у офиса Артура и на минуту зависла перед дверью, испытывая странное дежавю. Но в тот раз я боялась самого Никитина. А в этот — отказа Артура.

«Вдруг он не согласится? Или уже нашёл себе подругу? И что мне тогда делать?.. Но за спрос вроде не бьют… Будь что будет!»

Я постучала и заглянула внутрь. Артур поднял взгляд от экрана ноутбука, и его брови резко взлетели вверх от удивления:

— Мира?

— Привет… Можно?

— Э… Да, заходи, конечно. А что ты… Почему не позвонила мне?

— Хотела сделать сюрприз…

Он нахмурился:

— Какой ещё сюрприз? Ты вернулась на учёбу или…

От волнения мой язык буквально прилип к нёбу. Но нужно было продолжать.

— Я скучала…

Артур снисходительно улыбнулся и почесал висок.

— Приехала повидаться?

— Ну… Я много думала… о тебе и… обо всём.

Он замер, пытаясь угадать ход моих мыслей. А меня сбивал с толку терпкий запах его туалетной воды…

— Моё стоп-слово — зефир.

Артур моргнул и склонил голову на бок:

— Прости?

Я молча расстегнула пуховик и стащила с себя шейный платок, под которым прятался чокер из мягкой кожи с длинной хромированной цепочкой.

— Я хочу называть тебя господином…

* * *

Артур

Смысл слов Миры дошёл до меня не сразу. Прошло несколько минут, прежде чем я нашёлся, что ответить ей.

— Это так возвращение в Смоленск на тебя подействовало?

Она растерянно опустила взгляд и повернула голову в сторону панорамного окна, за которым бесновалась метель.

— Я много думала… И…

— Мира, ты не создана для этого, — хотя мои фантазии говорили об обратном.

— Откуда ты знаешь?.. — в её голосе мелькнула обида.

Я встал с кресла и подошёл к ней:

— Ты светлая, чистая девушка. Ты могла бы начать новую жизнь, найти себе милого заботливого парня без каких-либо специфических наклонностей. Для чего тебе всё это? — моя рука легла на её ладонь, сжимавшую цепочку. — Ты же боялась даже мимо «игровой» пройти…

— Знаю… Но… Твои слова не давали мне покоя. И ты…

— Мира, малышка, — глядя в сияющие морскими переливами глаза, я не удержался и обнял её. — Нельзя так ломать себя.

— Я не ломаю, — она тихо говорила, и я чувствовал плечом её дыхание. — Я сама до последнего сомневалась… И часто видела сны…

После такого признания меня передёрнуло.

— Кажется, нам снилось одно и то же.

— Дай мне шанс, пожалуйста…

«Корецкий, не безумствуй… Или я уже никогда не найду себе партнёршу…»

— Если я пойму, что ты… терпишь, я в тот же день посажу тебя в поезд, ясно?

— Да. Я сама скажу тебе.

— Договорились, — я мягко прикусил её нижнюю губу и подумал, что на сегодня офисной работы было достаточно. — Зефир, говоришь… Моя маленькая сладкоежка…

Глава 36

Мира

Уже через полчаса мы ехали домой к Артуру. Он периодически поглядывал на меня, а когда смотрел на дорогу, покусывал губы от нетерпения.

Мне было одновременно страшно и… любопытно. Не говоря уже о том, что всё внутри меня искрилось от радости. Ведь он не отказал и не огорошил новостью о том, что уже занят.

Зайдя в лифт, Артур обнял меня и, поцеловав в висок, тихо произнёс:

— Мы начнём заново. И вычеркнем всё, что было до…

— Да… — я в тот момент превратилась в стаю порхающих бабочек. Голос Артура вытеснил мой внутренний страх, оставив лишь предвкушение. Какое-то шестое чувство подсказывало, что боль, доставленная его горячими руками, окажется по-настоящему сладкой, возносящей к небесам и дарующей волшебную эйфорию.

Мы вошли в квартиру, быстро разделись, и Артур, взяв меня за руку, направился прямиком в «игровую».

— Ничего не бойся. Но если что-то будет неприятно или вдруг накроет паническая атака, сразу останови меня. Стоп-слово — важный элемент в этом вопросе.

— Хорошо…

Он о чём-то задумался на несколько секунд. Потом плавно намотал на руку мою цепь и потянул за ошейник вплотную к себе. Когда до его губ оставалось всего несколько сантиметров, Артур прошептал:

— Знаешь… Я буду рад, если у нас получится…

От его движений и слов меня накрыло безумным возбуждением. А ведь он по сути ещё ничего не сделал, но