Гори со мной - Катерина Пелевина

его и всё внутри настолько тянется к нему, что я не понимаю, как мы могли быть порознь. И как могли не догадываться тоже. Всё ведь видно. По взглядам, по отношению, по поведению. Сейчас я почему-то вижу. Когда он трогает меня, когда обнимает. Я просто по-женски это ощущаю. Его к себе притяжение.

— Я плохой человек, наверное… Но я сейчас думаю о том, что ей достанется за всё… За то, сколько времени мы потеряли…

— То есть, ты… Ирина Рай… Сейчас, когда мой член касается твоей фиалки, думаешь об этом? Серьёзно? — спрашивает он, рассмешив меня. Я просто хохочу как дура на всю спальню, обвивая его плечи своими руками.

— Ты дурак… Я просто… Лёша, блин, — вжимаюсь в него всем своим телом, пока он гладит меня по голове и целует в лоб.

— Да понял я… Хуй на неё. Ещё аукнется… Я бы её задушил, если б мог, но она уже слиняла…

— Не нужно никого душить… Но… Я… Искренне счастлива, что всё раскрылось и…

— И посмотри на меня… — просит он, проводя членом прямо по моей промежности. — Ты тоже раскрылась… — хрипит с интимными нотками в голосе. Господи, когда Бессонов начинает включать это похотливое животное, с ним буквально всё тело трясётся. И каждая мечтала бы оказаться на моём месте… Каждая, кого я знаю лично. Ужасно… — Хочешь ещё раз попробовать?

Глаза его блестят и манят. Две бездны, в которые хочется сигануть без права на ошибку. Сразу насмерть, я точно знаю.

— Хочу…

— Ты мокрая… Ебать, — матерится, размазывая мой секрет повсюду, отчего я запрокидываю голову и громко простанываю его имя на всю спальню. Аж перед глазами всё плывёт, когда он касается головкой той самой точки. И хочется этой боли снова… Ощутить её, хоть мне и стыдно оттого, что в комнате так светло. А мы голые, потные и мокрые. Но в этом тоже есть что-то прекрасное. Особенное. Словно мы сливаемся воедино на каком-то другом уровне. Химическом и даже немного фантастическом… Бессонов по-мужски дрожит, быстро надевая на себя презерватив. Мне кажется, у него это уже одной рукой всё получается сделать, не глядя. Профессионально. Оттого и обидно. Но я стараюсь не думать об этом. Неправильно. Мне бы не было легче будь он девственником. Самое главное, что он не спал с моей лучшей подругой. Остальное — вообще мимо.

Снова чувствую толчок его бёдер и всхлипываю, когда он входит в меня буквально сразу же и на всю длину, выдыхая мне на ухо и обхватив за талию так сильно, что точно останутся следы…

И всё утро я провожу в таком вот положении… Со вздёрнутыми кверху ногами. Под ним… Ощущая себя одновременно и самой счастливой, и безнадежно влюбленной девушкой на свете…

* * *

— Прошу… Опоздали на первую, ну ничего… — подаёт он руку, когда выходим из моей машины, которую вёл он, кстати говоря. Позавтракали вместе, душ приняли порознь. Собрались на пары, рассматривая друг друга, будто впервые видим. Наверное, жить вместе ещё волнительнее всего остального. Кстати, я с его тетрадью и ручкой. Пустыми. Потому что у меня ничего с собой нет. Такая вот я растяпа, получается. Собиралась на свидание, а в итоге чуть не проводила любимого в тюрьму, лишилась девственности и познакомилась с его родителями… Такой вот вышел денёчек. Можно с ума сойти просто от такого.

— Спасибо… — улыбаюсь в ответ, пытаясь оценить то, что испытываю. И понимаю, что это гораздо приятнее всего на свете. Ощущать, что за тобой ухаживают. Именно парень мечты, а не абы кто. Тот, о котором грезила…

Провожает меня до моей аудитории и нежно целует в щёку, зная, что я буду ругаться, если в губы здесь, ведь повсюду камеры и мне неудобно перед преподавательским составом.

— До встречи, Рай… — шепчет, заставив меня прикрыть глаза и прижаться к нему на прощанье. Уж слишком эта реальность прекрасна… Я даже не верю, что всё это происходит по-настоящему, а не снится мне…

Глава 30

Ирина Рай

Едва появляюсь в аудитории, как вижу Светкино довольное лицо, и мне становится стыдно. Ощущение, что теперь все только на меня смотрят. Я вообще никогда столь поздно в универ не приезжала, блин.

— Ой, ой, ой… — ловит она меня, двигаясь ближе. — А кто это тут у нас впервые опоздал, а? Что это за безобразие. — будто издевается со смешком на лице, а я отнекиваюсь.

— Это вообще не то, что ты подумала…

— Рай… Ты бы губы свои видела, блин…

— А что с ними?! — тут же ищу зеркало в сумочке, а потом смотрю на них. — Блин, капец… Есть что-нибудь?

— Есть, конечно… Я без косметики в универ не хожу, — тут же достаёт мне свою косметичку и любезно протягивает.

— Спасибо огромное…

— Да не за что. Как твоя подруга? Отхватила люлей? — хихикает она, и я вспоминаю, что всё ей рассказала, когда бухала на вечеринке. О, ужас, блин.

— Нет… Я просто высказала ей, но всё равно осталась виноватой… — рассказываю, качая головой, а она вздыхает.

— Ну… Знаете ли. Я бы точно вмазала. Ты слишком добренькая, — отвечает она, глядя на меня с хитрецой. — Ну, расскажи… Прошу тебя… Ты с ним? М? Мне же интересно.

— Ну… Да, с ним, — сдаюсь я, услышав её смех.

— Ой, а сопротивлений-то было! Как визжала, а!

— Так, девочки… — тут же сердито смотрит на нас преподаватель. — Все разговоры в перерывах от учёбы.

— Извините… — отвечаю ей. — Тихо ты! — ругаюсь на Светку, которая продолжает ржать. Дура, блин.

— И как он? Такой, каким кажется, да? Скажи, что да!

— А каким он кажется…

— Каким… Нуууу… — толкает она язык в щеку и делает неоднозначные движения. — Кажется, очень сладким…

— Фу, Света!

— Ну чтоооо… Как его член на вкус? — спрашивает, отчего я вся в момент цепенею.

— Я… Мы ещё не… Я не делала этого.

— Серьёзно?

— Да, серьёзно… Блин, я девственница… Была… До вчера…

— О… Яссссно… — осуждающе и даже немного с жалостью смотрит она на меня, будто это дефект какой-то, блин. — А вообще… Парни такое ценят вроде… Ну те, кто влюблены…

— Не знаю…

— Это для тех, кто не хочет заморачиваться, такое — проблема… У меня такое было… Печалька.

— Как это?

— Ну… Мне очень нравился парень. Я хотела с ним быть. В самый ответственный момент сказала, что я берегла себя для него… Ну, как берегла. Мне тогда всего шестнадцать было. А он взял и слинял ещё до того, как начать. Просто ушёл, оставив меня реветь…

— Господи,