Бывшие. Лед прошлого между нами - Катя Озерова

шла надпись строкой: «Модель Агата Золотова вступила в неоднозначные отношения с братьями Савицкими». Дальше пошло видео из клуба, где эти трое зажигают на танцполе. Очень развратно и пошло.

— О Господи… — Я прикрыла лицо ладонями — Агата упала на самое дно.

— Некасивая, — прокомментировала Стеша.

Тут я с ней согласна. Выглядела Агата ужасно — она совсем похудела, лицо измождённое, взгляд неадекватный. Я нажала на пульт и выключила телевизор. Знать не хочу, чем это всё закончится. Агата — взрослая женщина и вправе распоряжаться своей жизнью как хочет. Если она выбирает пить и ввязываться в сомнительные связи с мужчинами — это её выбор.

Илай вернулся с тренировки в обычном настроении — усталый, но довольный. Ситуацию с Агатой мы с ним не обсуждали. Он лишь упомянул, что на днях должен забрать документы о разводе.

А на следующий день я получила совершенно неожиданный для меня звонок. От мамы Илая. Когда-то давно в моём телефоне она была заблокирована, так что звонок был сделан с незнакомого номера. Я не подняла трубку, поскольку Илай просил меня не отвечать на сомнительные звонки. Следом за несколькими звонками пришло сообщение. Мама Илая обозначила себя и очень вежливо попросила о встрече.

Как реагировать на это, я не понимала — мириться с ней в моих планах не было. Эта женщина сделала мне слишком много зла, папу чуть до инфаркта не довела. Поэтому просто рассказала обо всём Илаю и показала сообщение.

— Думаю, любимая «звёздная» невестка их наконец разочаровала, — он поморщился. — Я сам поговорю с мамой.

— Хорошо, — я согласилась и устроилась у него на коленях. Мне очень нравится быть в его руках, в них я чувствую себя защищенной.

— Я не буду с ними мириться. Пока точно нет, — пальцы Илая скользнули по моей спине, погладили кожу под футболкой. — Они взрослые люди и прекрасно понимали, что делают. Может быть, когда-нибудь, когда мы с тобой остынем, что-то изменится. Но это будет не сейчас.

Его губы бережно коснулись моего виска.

— Спасибо, — я плотнее прижалась к нему в ответ.

— Отношения с тобой для меня слишком важны. Мне страшно, что я мог не узнать о Стеше и упустить тебя, — он горько усмехнулся. — Я сделал ужасный выбор, за который поплатился. Жил как в дурном сне....

— Мне без тебя тоже было очень плохо. Очень-очень. Если бы ты знал... — Меня вдруг пробивает на слёзы. Кажется, ты всё обдумал, отпустил... но вдруг как нахлынет, как вспомнится — всё то одиночество, отчаяние, страх, боль. Как я была растеряна, разбита. А родители Илая всё добавляли и добавляли, втаптывали в грязь, лишая всяких надежд... А счастье, оно ведь рядом было.

Нет, не могу...

Я неплохой человек, но не могу, не получается простить.

Пока я плачу, Илай лишь спокойно поглаживает меня, успокаивает. Радует, что Стеша уснула и не видит меня в таком состоянии — иначе она бы тоже очень сильно расстроилась.

Выплакавшись, я неловко сбегаю в ванную — умыться и освежиться. Потом возвращаюсь на кухню, где Илай сам накрыл на стол. Он с интересом поглядывает в мой ноутбук.

— Ищешь работу?

— Ничего серьёзного. Может быть, попробую себя снова в репетиторстве. Стеша пока слишком маленькая, в садик только через год.

Илай садится за стол и приглашает меня сесть рядом.

— Может быть, тебе стоит расслабиться и отдохнуть это время?

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Я слишком привыкла работать, чтобы у меня было что-то своё, — признаюсь неловко.

— Понимаю, — Илай берет меня за руки. — Но ты очень много работала. Именно тогда, когда тебе положено было отдыхать, ты заботилась о Стеше и работала в декрете. Это было сложно.

— Нелегко, — соглашаюсь.

— Поэтому я хочу предложить тебе кое-что.

— Что же? — удивлённо приподнимаю бровь.

— Зарплату жены.

— Зарплату жены? — Мои губы растягиваются в дурацкой улыбке. Я о таком читала в интернете и идея даже казалась мне здравой. Вот только в реальности я не верила, что такое действительно бывает.

— Да, — Илай кивает на полном серьёзе. — Ты заботишься обо мне, заботишься о Стеше, создаёшь уют, готовишь. Это огромный труд, который я уважаю.

— Так и должна поступать женщина в семье. Заботиться — это наша суть.

— Но это труд, и он не оплачивается. И ты вынуждена искать себе какую-то подработку помимо того, что делаешь ежедневно. Так не пойдёт. Это совершенно нормально, что я буду выделять тебе определённую сумму денег на отдельный счёт, который будет только твоим. И ты будешь делать с ним всё, что захочешь. Это будет плюс к тем деньгам, которые я перевёл раньше как алименты для Стеши за три года. Может быть, ты захочешь купить какую-то недвижимость или что-то крупное, может быть откроешь накопительный счет, или будешь тратить на себя — выбор за тобой. У тебя всегда должны быть свои деньги. Ну и, помимо прочего, я буду зарабатывать нашу зарплату. Нашу.

Прикусываю губу, опять улыбаясь.

— Конечно, нашу. Мне одному зачем столько денег? Я всё это зарабатываю, чтобы баловать своих девочек. Когда карьера закончится, открою какой-то бизнес, отложу на учёбу Стеши. Я хочу, чтобы у нас в семье все было общее. Для меня это очень важно. Я даже готов иногда побыть каблуком.

Вот на последних словах меня вообще пробивает на хохот. Илай и… каблук? С его-то крутым нравом, с его-то характером?

— Я посмотрела на брата, и ты знаешь… Это крутая тема.

— Ну раз крутая, тогда, конечно, — соглашаюсь. Правда как им командовать я пока не представляю. Ох… ну и задачку Басов мне задал.

Сонная Стеша выходит из детской и сразу направляется к отцу, забирается к нему на ручки.

— Я скучала, покатаешь мне на конике? — зевает она.

— Я тоже, — Илай её целует, а мне подмигивает.

Даже если у меня не получится покомандовать Илаем, это всегда получится у Стеши…

Эпилог

— Ты на вкус как мандаринка, — Илай с трудом отлипает от моих губ. — Так бы и съел.

Я закатываю глаза.

— Укладываем Стешу спать. Встречаем Новый год. А потом ешь сколько хочешь. Скажу тебе по секрету — у меня под платьем кое-что очень интересное. Оранжевого цвета, кстати...

— Черт…

— Оно очень-очень-очень откровенное, строго 18+, — невинно прикусываю губу.

Его взгляд метнулся к двери ванной, и мне все сразу становится понятно.

— Ну нет, Басов. Укладываем Стешу спать. Встречаем Новый год, а потом… подарок, — указываю на свое платье и то, что под ним.

Что еще можно было бы подарить мужчине, у которого все есть, я не