Мое так называемое лето - Лада Шведова

снова поднялись отдыхающие, на сей раз сразу целая толпа. Пришлось работать оперативно, инструктаж не понадобился. К счастью. Я исправно выглядывала из-за горки, как было велено, и пускала следующего. Это было совсем просто, если сравнивать с Детскими горками. Первый час я удивлялась, что меня все слушаются и стоят спокойно, а не прыгают с горки в бассейн вниз головой. Очень непривычное ощущение.

– Ты играешь со мной в партизанскую войну, а я теряюсь и не могу понять причину. – Едва толпа схлынула, Тимур снова оказался рядом. – Неужели это правда из-за розыгрыша? Из-за той проклятой вечерки? Вот настолько я тебя… разочаровал?

Он смотрел на меня так серьезно и внимательно, без привычной насмешки. Даже когда он поднимал похожий вопрос в Скворечнике, он словно немного насмехался и его забавляла ситуация. Но теперь – явно нет. Он выглядел обеспокоенным, задетым. Взволнованным даже.

Я молча отвернулась.

Этот его взгляд… по-хорошему, Тимур не заслужил бойкота с моей стороны. Он ни в чем не виноват. Скорее наоборот – нашел мне дом, познакомил с Микаэллой Андреевной, которую я теперь просто обожала. Позвал меня в аквапарк, и это место я любила тоже. Мне нравился и новый опыт, и коллектив. Нравился наш новый отдельный чат с девчонками и сплетни за обедом. И за все это следовало бы Тимура поблагодарить, а я… наказывала его за свои же чувства.

Поднялась новая компания, но Тимур заблокировал свою горку ногой, все еще стоя рядом со мной. Я подняла на него взгляд. Он выглядел таким нестерпимо серьезным…

– Слав, просто давай начнем сначала, хорошо? Обещаю больше не вести себя как полный идиот. Не устраивать розыгрыши, не вламываться на твою территорию без стука и… не требовать, чтобы ты срочно сняла кепку. Это тоже было бесцеремонно. Я постараюсь быть немного другой своей версией, если это поможет все исправить.

Я молчала, глядя на сверкающую голубизну бассейна внизу. Извинения Тимура звучали так искренне, и от этого становилось только хуже. Я же бегала от него не потому, что он «полный идиот», а потому, что не справлялась со своими чувствами. Это мне стоит перед ним извиниться. Но если я сделаю это, он обо всем узнает, и неловкости станет только больше.

– Люди ждут, – пробормотала я. – Нельзя копить очередь.

Тимур нервно провел рукой по козырьку кепки, кивнул и вернулся к своей горке.

Украдкой я посмотрела на него, но натолкнулась на внимательный взгляд Кита – он как белобрысый коршун продолжал наблюдать. Насмешка так и не исчезла с его губ, словно все мои ужимки он разгадал секунд за тридцать и теперь откровенно веселился. Надо ли говорить, что Кит перестал мне нравиться совсем?

Глава 36

Первым на обед ушел Тимур. Он хмуро и спешно объяснил, что мне придется присматривать за двумя горками, поинтересовался, все ли я поняла, и кивнул нам с Китом на прощание. С тяжелым чувством я смотрела, как он спускается по лестнице и лавирует между желающими скатиться с высоких горок. Я смотрела на него до тех пор, пока его футболка не затерялась среди цветастых купальников.

Я готовилась к напряженному графику и что мне чуть ли не грудью придется закрывать горки от отдыхающих, которые обязательно почувствуют слабину – минус один спасатель как-никак. На Детских горках все так и происходило: как только хитрые маленькие люди видели окна для маневров, они… маневрировали. Они всегда испытывали на прочность и проверяли границы доброты тети-спасателя.

На взрослых горках все оказалось наоборот: за утренние спуски все запоминали правила и молча им следовали. Иногда даже выглядывали сами в ожидании и сообщали информацию мне, поэтому уход Тимура на работе не сказался, все шло спокойно и даже немного скучно. Кажется, суть борьбы за рацию до меня наконец-то дошла.

Кит подошел к краю своих горок, кивнул парочке на круге, разрешая им спуск, и посмотрела на меня словно в ожидании. Как строгий учитель, что поймал нерадивого хулигана на месте преступления и ждет от него объяснений.

– Что? – ощетинилась я.

– Ты неоправданно жестока с действительно неплохим парнем.

– Тебе какое дело?

– Так вышло, что друзей у меня никогда не было. Только Тимур. И мне не нравится, когда его смешивают с грязью ни за что ни про что.

– Таков уж этот мир, Кит: не всегда происходит только то, что тебе нравится. Вам с Авророй надо чаще выходить на улицу и трогать траву, если вы думаете иначе.

Говоря это, я поймала на себе взгляд двух девчонок. Обе широко улыбались – слышали наш с Китом разговор. Когда подошла их очередь спускаться с горки, обе синхронно показали мне «класс». Я прямо-таки почувствовала их поддержку в противостоянии с аквапарковским принцем.

Который и глазом не моргнул на мою грубость:

– Я знаю Тимура много лет. И он никогда не извиняется. Вообще. Проще заставить воду течь по горке вверх, чем выбить из него «прости». Знаешь, почему так? Он просто не замечает чужих обид, потому что сам не склонен обижаться. А перед тобой едва лезгинку не станцевал и ушел, как побитый пес.

Интуитивно я и сама это понимала, даже зная Тимура всего ничего. Чувствовала его, что ли. И мне показалось, что эти его извинения… просто я избегала его, ускользала, и поэтому он захотел меня вернуть, хотя на самом деле я ему нужна не больше айсберга в бассейне для серфинга. Чем больше я его отталкивала, тем больше царапала самолюбие, только и всего.

Я пропустила очередных отдыхающих, нервно теребя бейджик и бежевую ленту со свистком. Кит отвлекся на свои горки – парочка пыталась съехать задом наперед, при этом лежа друг на друге, что точно запрещалось правилами. На эти круги в каких только позах не забирались – за день я насмотрелась такого, что мое бедное воображение обогатилось на десятилетия вперед.

– Еще я точно знаю, что он не мог настолько перед тобой проштрафиться. – Кит наконец-то разобрался с парочкой. – Но я прекрасно понимаю, что некоторые люди… просто не нравятся. Бесят с первого взгляда, и ничего с этим не поделать. Если у тебя как раз такая ситуация…

– У меня не такая ситуация, – перебила я.

Бесил меня сам Кит, а еще больше бесили его предположения и желание ими со мной поделиться. Стремление влезть мне в голову. Я и без него чувствовала себя со всех сторон виноватой, а он щедро накидывал на меня дополнительные слои вины.

Кит отправил по горке очередные надувные круги и вновь сосредоточился на мне. Просто наблюдал, но как будто мысли читал. Я делала вид, что у меня много работы на двух горках и с особым рвением глазела в сторону бассейна, хотя людской поток давно справлялся и без меня.

– Я тебя