Бывшие. Лада с «прицепом» - Елена Грасс

Складывается впечатление, что рядом друг с другом сидят совершенно чужие люди, и нет в его глазах даже сожаления от сложившейся ситуации.

— Защитник твой, — всё-таки начинает первые и кивает в мою сторону, — герой! Смотрю на твоего Смирнова и диву даюсь: надо же, как папашка твой ошибся… Если бы тогда замуж за него выдал, сейчас, наверное, благодаря его мозгам, — говорит, словно нет меня рядом, — был бы ещё богаче в разы. Парень-то оказался не промах! Ну и дурак Курбатов… — смеётся. — Не на того ставки сделал. Думал, от предков моих куш урвал, когда здания получил по дешёвке, а в итоге… Никому жизни не дал. Ни тебе, ни мне, ни ему…

Сжимаю кулаки, но молчу. Он прав, но разговаривать мог бы и помягче. Лада, как бы ни хорохорилась, в душе очень ранимая девушка и обижать её я не позволю.

— Ну, ты моим защитником должен был быть, а ты, наоборот, создал кучу проблем. И если бы не помощь Егора…

— Да, повезло тебе, что тогда я вляпался в Смирнова. Одна случайность, а сколько за собой потянула событий! Целую вереницу прямо! И судьбоносных, главное, каких, да?

— Ты давно планировал сбежать?

— Нет, я вообще ничего не планировал, — Зотов не лукавит, я уверен, что так и было. Просто всё пошло не по его плану. Думал, батя твой поддерживать нас будет, я как правая рука для него стану. У меня ведь и образование подходящее, а он из меня собачонку решил сделать. Принеси то, сделай это, заткни свой рот, права голоса нет. А кому понравится? — заглядывает Ладе в глаза. — Ты же сама ко мне от него сбежала в своё время именно из-за этого! Вот и я не собачонка ему! — злится и неожиданно стучит прямо в наручниках кулаками по столу.

В кабинет заглядывает охранник. Я киваю ему, что всё нормально и он закрывает за собой с той стороны дверь.

— Так ты ему мстил за всё?

— Да, мстил. Когда понял, что кроме быть на побегушках в филиале мне никем у него не стать, решил, что лучше буду думать только о себе. А остальные мне до фонаря.

— Даже на дочь наплевать? — Лада как всегда больше не о себе.

Он ничего не отвечает ей, но она всё понимает.

— Скажи, что тебя не устраивало в жизни со мной? Я ведь так старался сделать тебя счастливой. Иногда, думая про тебя, мне стало казаться, что ты от своего папаши вообще ничем не отличаешься. Только что разве не такая вспыльчивая и психованная, как он. Тебе же не угодить было последнее время! Хотя, думаю, ответ лежит на поверхности. Ты просто меня не любила… как его, — кивает снова в мою сторону.

— Заканчивай! Хватит пустой лирики — рычу на него. — Давай о деле. У нас мало времени осталось, — смотрю на часы. — Хотя бы из-за уважения к вашему браку сейчас не будь уродом и не гадь бывшей жене.

— Ну, о деле, так о деле, — соглашается.

— Машина на штрафстоянке. Её заберёт банк и продаст. Часть долга закроется, но проценты уже набежали большие. Ты должен продать свои акции компании и закрыть долги окончательно. Через неделю развод с Ладой, от тебя заявление, написанное собственноручно, что не возражаешь в расторжении брака. Место жительства ребёнка определяется с матерью, если девочка тебе совсем не нужна, откажись от родительских прав, — перечисляю самые главные требования.

— Ты, что ли, её собрался удочерять? — смеётся Зотов, а мне в рожу ему дать хочется.

— Да, я. Доверенность на представителя оформим завтра здесь, — продолжаю.

— А если не соглашусь? — выпендривается передо мной, но я давно научился держать себя в руках. — Что ты мне сделаешь?

— Я ничего, но ты сядешь.

— То есть у меня есть возможность не сесть? — вдруг меняет свой тон с уверенного на удивлённый. Видимо, он был уверен, что в любом случае сядет.

— Ну да. Для того я здесь. Тебе даётся исключительно редкая возможность выйти чистым из этого дерьма, в которое ты вляпался. Но на тех условиях, о которых только что говорил тебе. Согласись, они просто шикарны, и ты просто свалишь без уголовной статьи.

Вижу, как Зотов распрямляет плечи, садится ровно и тянется к шариковой ручке.

— Ты правда всё это сделаешь? — удивляется Лада, — откажешься от дочери? Так просто? — она пытается сохранять спокойствие, но я понимаю, что её удивило поведение бывшего.

Зотов смотрит на неё с лёгкой усмешкой.

— Да, конечно, — отвечает уверенно. — Лада, давай без сантиментов. Мы просто закроем этот этап нашей жизни и пойдём дальше. Ты сама по себе, я сам по себе. Мне кажется, твой ухажёр предлагает отличные условия для меня!

— Ты... ты чудовище! — выдыхает, — лучше бы тебя посадили!

Лада, видимо, понимая, что с ним нет смысла больше разговаривать, разворачивается и выходит за дверь.

— Прости, дорогая, — бросает он ей вслед с хриплым смешком, — но своя рубашка ближе к телу!

Я за несколько минут подробно объясняю Зотову, что будет, если он решит переиграть своё решение.

Он кивает, слушает, соглашается, видимо, думая только о своей свободе и ни о чём больше.

В рожу ему хочется дать за то, как он теперь весел и беспечен, но я держусь.

Всё, что я сейчас делаю, — исключительно ради неё, той единственной женщины, которую я когда-то любил и продолжаю любить до сих пор.

Вопрос с долгами перед банком скоро будет закрыт раз и навсегда. Ей, как его бывшей жене, больше никто никогда не предъявят никаких требований, так что теперь я могу спать спокойно. В этом смысле у меня уже нет повода для беспокойства.

Выходя из кабинета Ларисы, честно говоря, ожидаю увидеть Ладу расстроенной или даже злой, но вместо этого она вдруг подходит ко мне, нежно обнимает и прижимается щекой к моему плечу.

— Ты — моя самая большая удача в этой жизни, — её голос звучит мягко, убаюкивая меня. Обнимаю её в ответ, прижимаю к себе, глажу по голове ласково. — И какое счастье, что эта удача нашла меня дважды.

Вижу, как недалеко стоит Лариса и улыбается. Киваю ей в знак благодарности за помощь. Она кивает в ответ и заходит к себе в кабинет.

— Пойдём, нас дочка дома ждёт, — целую её в висок, — нечего тебе делать в таких местах, как это.

Эпилог

ДВА ГОДА СПУСТЯ.

Курбатову так и не удалось избежать наказания за все те грязные дела, которыми он занимался долгие годы.

Следователи