Звездная случайность - Майя Марук

Сердце заколотилось от восторга. Площадка медленно начала подниматься. Но чем ближе мы приближались к верхней террасе, тем неуютней мне становилось.

Сначала, я не понимала, что происходит. Словно предчувствие, что вот-вот должно случиться что-то неприятное.

— Ты нервничаешь?

— Нет. Не знаю.

Он нежно, но крепко сжал мою ладонь. Сомнения словно испарились. А в следующую секунду меня пронзил чужой, но знакомый взгляд. Шай Хашран и его возлюбленная сидели в прозрачной кабинке. Он смотрел прямо на меня, то ли с ненавистью, то ли с восхищением.

— Ваш кабинет, шай, — сказал дракон, показывая на дверь в другом конце террасы.

Глава 36.

Хашран

Он искоса наблюдал за тем, как женщина заходит в индивидуальный кабинет. Как только дверь за губернатором закрылась, прозрачное стекло потемнело. Фигура кевали исчезла за непроницаемыми стенами. Хашран сжал кулаки. Почувствовал, как зверь медленно пробуждается. Близость кевали сильно ослабляла действие препарата.

— Нужно подождать, — сказала Ссеша, глядя на то, как змей бьёт кончиком хвоста о гладкий пол.

— Я знаю.

Он старался скрыть злость и раздражение. Не получалось. Из-за нарастающего желания хотя бы на секунду увидеть женщину, контролировать поведение и эмоциональный фон становилось сложнее.

— Прими, — нагиня положила в центр стола жёлтую капсулу.

— Что это?

— Чтобы контролировать вторую сущность. Усиленная формула. Много нельзя, но... В качестве экстренной меры не повредит.

Хашран не колеблясь ни секунды, проглотил капсулу. Сначала ничего не происходило. Медленный, едва уловимый холодок появился в районе живота ровно через полминуты. Потом этот холод начал расходиться от центра живота по телу, парализуя чувства. Словно обезболивающий препарат, только притуплялись эмоции. Ровно через семь минут Хашран не чувствовал ни злости, ни раздражения, ни гнетущего желания увидеть пару. Он больше ничего не хотел. Голова была кристально чиста.

— Мне пора, — сказал он Ссеше и поднялся из-за стола.

Ссеша

Нагиня молча кивнула. Теперь она была полностью спокойна и за себя, и за любовника. Транквилизатор подействовал даже лучше, чем она рассчитывала. Правда, Ссеша немного опасалась, что погорячилась с дозой и может наступить откат. Но рискнуть, на её взгляд, однозначно стоило. Она внимательно наблюдала за тем, как Хашран заходит в кабинку. Время потянулось неожиданно медленно. Ссеша начала волноваться. Она боялась, что препарат дал сбой, или у Хантораса появился какой-то план, и он заставил нага связать свою жизнь с кевали. Почему-то до этого момента всегда предусмотрительная Ссеша о такой возможности не думала.

Волновалась она зря. Уже через несколько минут, Хашран вышел из кабинки вместе с губернатором. Как только оба нага скрылись из виду, Ссеша едва заметно кивнула сотруднику ресторана, чтобы тот отвлёк охрану кевали.

Наира

В этот раз шай Хашран выглядел странно. Он был похож на живой труп. Кожа сероватая, глаза бесчувственные, и пахло от него сырой землёй. Когда они с Ханторасом вышли прочь, я испытала настоящее облегчение.

На столе лежала плоская ювелирная коробка, преподнесённая шаем за вторжение. Я опасалась открывать коробку в одиночестве. Может, это и звучало как паранойя, но мало ли, что там пряталось. Может, открою коробку, а она взорвётся! От этой мысли руки некрасиво дёрнулись.

— Я стала слишком мнительной.

В этот момент дверь кабинета приоткрылась. В узком проёме появилась фигура змеи. Нагини. Первым желанием было кого-нибудь позвать, но незнакомка упала прямо передо мной и быстро заговорила:

— Простите шая! Прошу меня простить! Пожалуйста! Дайте мне возможность сказать!

В глазах незнакомки стояли слёзы. Её губы дрожали, руки жалобно сжимали подол моего платья. Мне стало неловко и одновременно стыдно и за неё, и за себя.

— Пожалуйста, успокойтесь.

Я ещё ни разу не попадала в такие ситуации и не понимала, как себя вести и о чём говорить.

— Шая, прошу вас, выслушайте! У нас совсем мало времени! Если губернатор узнает... Он меня казнит. Только не рассказывайте губернатору! Обещайте мне!

Я растерянно кивнула. Этот напор, заявления о казни, слёзы - выбили меня из колеи.

— Вы, наверно, ошиблись, — предположила я. — Я вряд ли смогу вам чем-то помочь.

— Сможете шая! Только выслушайте! Пожалуйста, выслушайте!

Я растерянно кивнула. Нагиня опасливо обернулась на дверь. Только в этот момент я поняла, что передо мной то ли жена, то ли любовница Хашрана.

— Говорите.

— Шая, пожалуйста! Не отбирайте у меня Хашрана. Умоляю вас. У меня больше никого нет кроме него. Будьте великодушны.

Она разрыдалась. Крупные слёзы потекли по щекам. Никогда не думала, что змеи могут плакать. Крупные капли падали на двубортный жакет, оставляя на нём некрасивые тёмные пятна.

— Между мной и шаем Хашраном ничего нет, — старалась, чтобы фраза прозвучала как факт, а не как оправдание. — Я не претендую на его внимание.

— Шая! Пожалуйста! Я отдам вам всё, что пожелаете! Только согласитесь! Я вас умоляю!

— Согласиться на что?

— Откажитесь от парных нитей с шаем! Сжальтесь! У вас есть губернатор. Не разрушайте мою жизнь!

—Я уже сказала, что не претендую на вашего нага.

— И вы согласитесь?! Согласитесь на ритуал?!

— На ритуал?

Она говорила так быстро, тон был таким заговорщицким, что я чувствовала себя участником преступления.

— Чтобы отказаться. Умоляю вас, шая!

Нагиня начала плакать сильнее. Красивое лицо исказилось гримасой боли, медные пряди выбились из аккуратной причёски.

— Ладно, хорошо.

— Шая! Вы моя спасительница. Я отдам за вас жизнь.

Слёзы на лице нагини тут же высохли. Но она продолжала так же торопливо говорить:

— Инструкция в шкатулке. Там второе дно. Шая! Умоляю! Не рассказывайте обо мне! Губернатор меня убьёт. Сохраните мою тайну!

— Обещаю.

Нагиня тут же отпустила подол платья и выскользнула из кабинета, оставив меня наедине со шкатулкой. Я посмотрела на идеально отполированную крышку, но открыть её так и не решилась. Появление нагини оставило внутри странное, неприятное послевкусие неприятностей и обмана.

Ханторас

Разговор с шаем Хашраном получился странным. Глядя на потенциального побратима, губернатор не мог понять, что с ним произошло. Голос был бесцветным, запаха почти не было, в глазах не было жизни. Как у того, кто лишился змея.

— Губернатор, я должен не только принести вам свои извинения за вторжение к кевали.

— Что ещё?

Ещё вчера Ханторас всерьёз думал о том, чтобы попробовать убедить Хашрана пересмотреть своё отношение к кевали. Возможно, дать им