Сто шагов к вечности. Книга 2 - Наталья Горячева

— Ладно, подруга, — потрепала она меня за плечо, — может, когда-нибудь расскажешь, не хочу лезть тебе в душу. Видать это действительно великая тайна, и мне не следует её знать.

— Тань, это не только моя тайна, вернее это вообще не моя тайна.

— Не объясняй, я поняла. Тайна эта принадлежит Кейнам, я угадала? — она быстро посмотрела на меня, а я испуганно замотала головой.

— Не пугайся так, я не буду выспрашивать у тебя подробности, и вообще, не коснусь больше этой темы, раз она так ранит тебя. Захочешь, сама расскажешь.

Я в порыве чувств обняла её.

— Танька, ты самая лучшая подруга в мире!

— Ты тоже, Наталья, самая лучшая, и очень добрая. Я от всей души желаю тебе встретить того, кого ты всем сердцем желаешь видеть. Хочу, чтобы ты была счастлива в первую очередь.

Мы долго стояли, обнявшись, пока проводница поезда не напомнила нам, что через пять минут поезд отправляется.

* * *

Наступила настоящая весна! Солнце с каждым днём пригревало всё сильнее и я, убрав зимние вещи подальше, достала из шкафа лёгкую куртку и джинсы. Заканчивался учебный год, и я целыми вечерами штудировала учебники по пластической хирургии, намереваясь закончить учебный год с отличием. В университете я считалась одной из лучших учениц на факультете.

Вильем изредка писал мне, но новостей об Эмиле не было. Хотя Вильем и уверял меня, что Эмиль ещё жив, мне всё равно было тревожно за него. Прошли чуть меньше двух лет, с тех пор, как мы расстались, и хоть Эмиль был ещё жив, я знала, что он сейчас не в лучшем состоянии, и сколько он ещё протянет, понятия не имела. Мне очень хотелось увидеть его, хотя бы дотронуться до его руки и услышать его голос. Он иногда мне снился, но в моих снах, он всегда был грустным и всегда молчал, только с болью в глазах смотрел на меня. Я просыпалась ночью, долго после этого не в силах уснуть, слёзы душили. Я знала, он страдает, и страдает сильней, чем я, а я ничего не могла изменить. Вильем не мог его найти, даже через своих братьев, сестёр и друзей. Единственная надежда увидеть Эмиля, это если он сам позвонит своему брату, и попросит встретиться с ним, по причине, если ему жить останется недолго. Эмиль приедет прощаться с близкими, и только в этом случае Вильем сообщит мне, и я поеду туда, где бы он ни был, и может последний раз увижу его живым. Тогда, когда мы встретимся, возможно, будет уже поздно что-то менять и Эмиль умрёт, но он будет знать, что я люблю его по-прежнему.

В последнем письме к Вильему, я сообщила, что намереваюсь всё лето провести в Карелии, и если у него будет такая возможность, сообщить об этом Эмилю, на что я получила положительный ответ. Володе и Косте, я тоже написала, что проведу лето в Куликово. Они обещали приехать, как только закончится учебный год.

Я сдавала сессию и тут же собирала чемоданы в дорогу. Мама вздыхала и качала головой, но не препятствовала мне, а лишь осторожно расспрашивала меня о моих планах. На её вопросы, я отвечала односложно: «Еду к Татьяне с сынишкой, заодно присмотрю за бабушкиным домом».

Начались экзамены по основным дисциплинам, и я с головой окунулась в учебный процесс, до полуночи писала курсовые работы, не заглядывая в почту. И вот второй семестр закончился, защита курсовых и экзамены были позади, мама была довольна, видя, как я старательно учусь. Пока заканчивала учебный год, не заметила, как у нас в парке распустились почки на деревьях, и появилась зелёная трава. Второй год учёбы, был позади!

Чемоданы давно были собраны, и я сразу собралась ехать в Карелию. Отец отвёз меня на вокзал, и пока не было поезда, мы сидели в кафе при вокзале и ели мороженое.

— Наташа, осторожно там, в деревне, — как-то неловко сказал он, и потёр переносицу.

— Что ты имеешь в виду, папа?

— Ну, не знаю. Ты уже взрослая… — мялся отец, не зная, как сказать мне о своих тревогах.

— Па, да о чём ты?

Он нервно провёл рукой по волосам.

— Да о парнях, дочка. Смотри, не влюбись опять в кого-нибудь.

Я закатила глаза.

— Насчёт этого не волнуйся, навряд ли я ещё в кого-нибудь влюблюсь.

— У тебя, Наташа, такой возраст, что на твоём месте я не зарекался бы. Я не хочу больше видеть, как ты плачешь и убиваешься. Хорошо хоть Эмиля забыла, а то я уже перепугался за тебя.

Я искоса посмотрела на отца и, вспомнив о своём обещание ничего, не скрывать от него, сказала:

— Я не забыла его, папа. Я его до сих пор люблю, и надеюсь ещё встретиться с ним.

— Вот как! А мне последнее время казалось, что ты… ладно, неважно, что мне казалось. Значит, ты его любишь до сих пор, — покачал он головой. — А если ты его больше никогда не встретишь, что тогда?

Я пожала плечами.

— Не знаю. Я наверно никогда не выйду замуж. Буду просто жить, ради вас с мамой.

Отец тяжело вздохнул.

— Ты ещё молода, дочка, и я надеюсь, что твоё мнение со временем изменится.

— Ты, папа, говоришь, как Эмиль. Он тоже говорил, что с годами моё мнение может измениться.

Отец хлопнул ладонью по столу.

— Да Эмиль, не глупый парень, я смотрю! Хоть и молод. Когда я беседовал с ним, у меня сложилось такое ощущение, что не я старше его, а он меня. Серьёзный, рассудительный, хорошо воспитан и порядочен.

— Вот за это, я и люблю его, папа. Где я ещё найду такого как он? — улыбнулась я.

— Наташа, поезд подошёл, собирайся, — отец выглянул в окно и жестом руки подозвал официанта, чтобы расплатиться.

* * *

Пока я ехала, меня не покидало ощущение, что это лето будет для меня особенным. Не знаю почему, какое-то внутреннее чувство подсказывало мне это. Проезжая мимо нашей скалы с Эмилем, я улыбнулась, меня ожидало интересное приключение — покорение неприступной скалы! Тросы, карабины и экипировка, давно лежали в спортивной сумке, я не изменила своему намерению попасть на самый её верх, где у нас с Эмилем всё началось.

Как же я удивилась, когда на вокзале увидела Костю с Володей!

— Сюрприз! — в один голос воскликнули они.

— Ребята, привет! Как я рада вас видеть! — крикнула им, вытягивая чемодан с сумкой из вагона. Они тут же