Заноза и наглец - Лада Христолюбова

Обычная я. – бурчу, немного смутившись. Не привыкла, что меня так открыто хвалят, у нас в семье похвалу нужно заработать, и отец воспитывал нас в строгости, как никак военный. Ему бы еще парочку сыновей, но после брата, кроме нас двух девок мама больше не смогла никого родить. Потому мы с сестрой прошли все стадии воспитания с самого детства вплоть до совершеннолетия. От подъема в шесть утра и пробежки с зарядкой на улице, в любое время и погоду. Потому я, наверно, и была такой безбашенной, что у меня не было чувства страха и я лазала везде наравне с мальчишками и получала также. Все изменилось, когда мне исполнилось четырнадцать, у меня внезапно за лето выросла грудь и задница, и все это в сопровождении длинных нескладных рук и ног выглядело нелепо. С мальчишками я бегать перестала и больше времени стала уделять плаванию, в шестнадцать я уже сдала на разряд и получила мастера спорта. До окончания школы подрабатывала тренером в бассейне и аквапарке. После поступления в медакадемию, пришлось с плаванием завязать, на первом курсе я устроилась санитаркой в отделение, после третьего меня взяли медсестрой, а сейчас я практически врач, меня допускают до операций и пациентов. Мой наставник верит в меня, но ничего бы не было если бы я сама не верила в себя. Вот так и живем. Зато родители уже не так контролируют мою жизнь.

- Ты мне с первого взгляда понравилась, принцесса. Я сразу понял, что мы поженимся. Ты моя половинка. Я без ума от тебя. – признается дальше Яр.

- Ты просто вбил себе это в голову, - смущаюсь я, - Разве так бывает? Увидел и все! Финита ля комедия? – поворачиваюсь к мужчине лицом и встречаюсь с горящим взглядом.

- Бывает. И я уже всё решил, принцесса, через месяц мы поженимся, у тебя нет другого пути.

- Как через месяц? Ты же сам сказал, что не будем торопится? И забыл, что мы просто всего лишь встречаемся? – возмущаюсь.

У этого мужика семь пятниц на неделе! Я – то надеялась, что мы через месяц расстанемся и каждый пойдем своей дорогой. Как с ним разговаривать дальше я не понимаю, потому просто молчу. Ругаться и ссорится я не хочу, если честно, признаться самой себе мне он нравится, даже очень. Но, что меня бесит, так это его самоличные решения, к которым я не имею никакого отношения. Он просто игнорирует мои желания, навязываю свою волю.

Ярослав сцепляет челюсти, впиваясь руками в руль, я уже научилась понимать его настроение и состояние и сейчас он бесится и злится. Я снова ему перечу, а он видимо надеялся завести в моем лице послушную куклу, которая будет заглядывать ему в рот за каждым словом?

- Женщина! Твое дело меня слушаться, а моё решать! Тебе это понятно? В нашей семье все важные решения принимаю я, ты только соглашаешься! – у меня от каждого слова глаза все больше, а челюсть все ниже, вот-вот звякнет о днище его навороченной тачки.

- Чего? – как же я не хотела ссорится, но видимо другого выбора у меня нет, если я сейчас не поставлю его на место и не раскрою свою позицию по всем вопросам, то уже завтра буду замужем и беременной! – Что-то у меня со слухом или ты решил, что мы живем в пятнадцатом веке? Мы первый день с тобой вместе, а ты уже создал семью, а завтра что? Распланируешь сколько у нас будет детей и где они будут учится, а после найдешь им мужей или жен?

- Да.

- Нет! Никогда! Даже не надейся! – замечаю, что мы уже въехали в город, хочу выскочить из машины и убежать подальше от несносного наглеца. – Не будет такого!

- Принцесса, не спорь со мной. Будет так, как я решил.

- Не будет. Я не ребенок и не инвалид, чтобы за меня решали мою судьбу и дальнейшую жизнь. Я не кисейная барышня из прошлого, которая падает в обморок от откровенного взгляда очередного ухажера, сейчас двадцать первый век на дворе! И я сама буду решать, как мне жить и что делать со своей жизнью, тебе ясно? И не тебе решать, когда я выйду замуж! Потому что я туда не собираюсь, в ближайшее время так уж точно! – моя яростная речь, видимо задела фиктивного жениха, он злился.

Но я тоже злая!

Злая зая!

Сейчас я также выгляжу, как та злая зайка из фильма ужасов. Даже боюсь в зеркало на себя смотреть, я знаю, что в таком состоянии я немного неадекват. Могу чего-нибудь учудить. И делаю. Мы стоим в пробке уже минут десять, отстегиваю ремень, одновременно открывая дверь машины и выскакиваю на улицу. Дергаю заднюю дверь, хватаю свою сумку и рюкзак и лавируя между машинами, несусь к противоположной стороне, забегаю во дворы и виляя как заяц между домов вываливаюсь на соседнюю улицу.

Падаю на скамейку у остановки и дышу, как паровоз, на улице пекло, кажется, что даже плавится асфальт, в воздухе витает его запах. Хочется разрядки, грозы и молнии, сумасшедшего ливня, который бы смыл с земли эту духоту и сумасшествие у некоторых личностей с синдромом Бонапарта.

- Маринка, ты дома? – звоню подружке, мне нужно с кем-то поговорить, вывалить свои эмоции и мысли. А лучше подруги никого нет.

- Да, а ты где? Что с тобой? У тебя голос странный. Рассказывай, что случилось? – сразу же наезжает и не дает подумать.

- Ярослав. – выдаю только имя.

- Ясно, приезжай, у меня бутылка вина есть, тебе расслабится нужно.

- Я же хирург, мне нельзя много пить. И так после измены Степы, налегла на алкоголь, а никогда раньше и глотка не пробовала.

- Так, ладно! Заканчивай давай, вызывай такси, где ты там сейчас? И ко мне.

- Не знаю, я сбежала из машины Яра, перебежала дорогу и сижу на какой-то остановке.

- Ну ты и дурная! Хоть адрес посмотри, там обычно таблички есть с движением маршрутов.

- Смотрю. Остановка улица Мотостроителей. Блин я даже не знала, что у нас в городе есть такая.

- Ничего тебя занесло, мать! Включи геолокацию и вызови такси. Я тебя жду.

- Хорошо.

И что я и правда, расклеилась? Совсем чуть умом не потекла. Определилась, где я на карте и вызвала такси, отсюда до Маринки почти