Мажор для заучки - Ника Черри

— Ну привет. — я начинала терять терпение.

— Я просто подумал, раз уж ты теперь одна, то, может, мы могли бы сходить куда-нибудь вместе. Кофе попить или в кино. На свидание. — зачем-то уточнил он.

Почему-то любые ухаживания со стороны парней, пусть даже и очень милых, меня теперь лишь раздражают. Достали меня эти мужики! Хочу побыть одна, неужели не ясно? И я знаю, как отшить его раз и навсегда.

— Я беременна. — выпалила сходу. — Всё ещё хочешь позвать меня на свидание?

— Н-нет. — честно признался Глеб.

— Ну тогда пока. — выпроваживаю незваного гостя.

— Пока. — лепечет он, и я захлопываю дверь.

Глава 25. Живу не спеша в ожидании чуда

*** Прошло шесть месяцев ***

*** Максим ***

— Здравствуйте, вам пакет нужен? — на автомате выдаю заученную на зубок фразу, не поднимая глаз на покупателей.

Под конец смены ноги ужасно распухли и болят. Зелёный фирменный фартук еле сходится на большом округлом животе.

Работа — не предел мечтаний, но зарплата здесь стабильная, хоть и небольшая, а трудоустройство официальное с полагающимся соцпакетом. К тому же за беременной едва окончившей ВУЗ девчонкой без опыта работодатели, скажем прямо, в очередь не выстраиваются. Да и к дому близко, не надо трястись на автобусе битый час, что в моём положении вдвое сложнее.

Устало пробиваю одну покупку за другой. Батон хлеба, десяток яиц, овсяное молоко, бутылка дорогущего рома и крепкий кофе. Странный набор продуктов, но не настолько, чтобы взглянуть на мужчину передо мной.

— Цветочек? — если бы не приевшаяся кличка, я бы всё равно узнала его голос: глубокий тембр, манящая вибрация, сводящие с ума женщин властные нотки.

Сердце заметалось в груди, как сумасшедшее, ускоряя ритм биения. Вдруг стало как-то невыносимо душно и трудно дышать. Вдох-выдох, я пытаюсь сохранить хотя бы внешнее спокойствие.

— Так пакет нужен или нет? — держи себя в руках, он просто обычный покупатель, не более того.

Ну и что, что он был первым, единственным и самым лучшим в моей жизни мужчиной? Дарил наслаждение, прикасался, вызывая дрожь. Его хотелось целовать, любить. Сейчас мы никто друг другу.

— А я стою в очереди и думаю, ты ли это, или мне померещилось. — вид у него осунувшийся, под глазами залегли глубокие тени, не брит, рубашка не глажена, но в целом всё так же привлекателен. — Не ожидал тебя здесь встретить. Как ты?

— Молодой человек, не отвлекайте кассира, за вами вообще-то длинная очередь. — ворчит на него бабка с пакетом кефира в руках, стоящая прямо за ним. — Я, между прочим, очень спешу.

Даже интересно стало, куда это она так торопится. К своим сорока кошкам?

— Всё хорошо. Наличные или карта? — нарочито вежливо уточняю.

— А ты изменилась. — выдаёт он колкую фразу. — Стала жёстче.

— Учителя были хорошие. Бонусная карта есть? — иду по накатанному сценарию.

— Да погоди ты со своими картами! — не выдержал он и схватил меня за руку.

Его неожиданное прикосновение пробудило во мне давно забытые чувства. Это трепет, радость, волнение и желание. Его ладонь такая тёплая и уютная, я хочу ещё. Чтобы он обнял меня, пробежался губами от мочки уха до ключицы вниз. Но нельзя.

— Что за задержка? Девушка, позовите начальство, я буду жаловаться! — вопит из конца очереди женщина с ребёнком в коляске и целой тележкой продуктов.

Малыш, кстати, тихонечко спал, пока она не начала истошно орать и возмущаться.

— У меня из-за тебя будут проблемы. — с ненавистью шепчу на Максима.

Я хочу, чтобы он поскорее ушёл, и на то есть несколько причин. Во-первых, он уже однажды испортил мне жизнь и карьеру, я не могу себе позволить лишиться и этой работы. Во-вторых, чем дольше он здесь находится, тем больше приятных воспоминаний о нас во мне просыпается, и тем сильнее я хочу вернуться к нему, несмотря ни на что. А третью причину я сейчас пытаюсь прикрыть руками, разглаживая складки на униформе в области натягивающего ткань беременного живота. Нам обоим будет проще, если он ничего не узнает о нашем малыше.

Но разве Максима кто-то сможет остановить, если уж он чего-то решил?! Ловко одним махом он перепрыгивает через ленту и оказывается прямо рядом со мной.

— Тебе сюда нельзя! — машу на него руками.

— Ты беременна? — замечает он мой живот.

— Нет, тебе показалось, просто униформа на мне по-дурацки сидит. — жалкая нелепая отмазка, конечно же она не срабатывает.

— Какой у тебя срок? Это мой ребёнок?

А он быстро соображает, этого не отнять. Кладёт ладонь мне на живот, и малыш, проснувшийся от маминых переживаний, тут же откликается, сильно пиная меня в то место, где лежит рука его отца.

— Что здесь происходит? — подходит к нам директор магазина. — Маргарита!

— Простите, я не виновата. Это всё он! — сбрасываю с живота руки Максима и тычу в него пальцем.

— Ей же положены перерывы? Нам надо поговорить! — упрямствует Максим, общаясь уже не со мной, а с моей начальницей.

— Ты его знаешь? — с сомнением смотрит на меня, а я в ответ лишь киваю. — Идите выяснять отношения в подсобку, живо! Галя, подмени её!

— Ты не пила таблетки? — набрасывается на меня он, как только за нами закрывается дверь служебного помещения, оставив нас наедине друг с другом.

— Какие таблетки? — хлопаю на него ресницами в недоумении.

— Противозачаточные! — на его лице застыл шок.

— Нет, а должна была? — да какая теперь разница, я ведь не прошу его быть отцом.

— Да, должна! — кричит на меня.

— Да что ты наезжаешь на меня?! Я была девственницей и ничего об этом не знала! К тому же я тогда вообще не планировала заниматься с тобой сексом, ни с кем не планировала! И разве не парни должны думать о контрацепции? Про презервативы что-нибудь слышал?

Тут мы оба виноваты, не надо всё валить на меня!

— Не лги мне, цветочек, все пьют таблетки! Ты это специально?

— А я не все! И мне ничего от тебя не надо.

Да как он мог подумать, что я стану манипулировать им с помощью ещё даже не родившегося малыша?!

Обнимаю живот обеими руками. Это только мой сын. Я хочу защитить его, но не знаю как. Ответ приходит сам собой.

— И вообще, чего ты ко мне прицепился? Он не твой, ясно? Это не твой ребёнок!

Вру и не краснею. Максим меняется в лице.

— Это неправда. Врать, цветочек, ты так и не научилась. — шипит на меня.

— Не вру. — вкладываю все силы, чтобы голос