Последняя из рода огненных магов - Нина Колыбельникова

— Проще не бывает, — пробубнила я себе под нос.

— Наверное, ты уже слышала про наш ритуал, который проводят с младенцами родители, — шепотом продолжил Линкольн. – Именно тогда выявляется предрасположенность к магии. Все эти данные вносятся в общий магический реестр, и когда капля магии, извлеченная из младенца мужского пола, находит для себя отклик с другой каплей противоположного пола, тогда родители заключают контракт на помолвку между семьями. Это не просто совместимость, Ангелина. Рядом со своей невестой я чувствую в себе отголоски дракона. Таким образом наши семьи надеются вернуть способность к обороту в этот мир.

— То есть, — я ошарашенно посмотрела на Линкольна, вспоминая все фэнтези книги про драконов, которые читала на Земле, – она твоя… истинная пара?

— Можешь называть эту совместимость как тебе угодно, сути это не меняет. Но «истинная пара», — Линкольн довольно зажмурился, – звучит действительно красиво.

— Получается, рядом с Мелисой ты чувствуешь своего дракона?

— Да.

— А что рядом с тобой чувствует Мелиса?

Линкольн на секунду задумался и пожал плечами.

— Если честно, никогда не интересовался. Обращаться могли лишь драконы мужского пола. Возможно, она испытывает ко мне симпатию или притяжение?

Я хмыкнула. Мелиса с Линкольном поступила некрасиво, но винить ее после услышанного я уже не могла. Девушку с раннего возраста подготавливали к замужеству с определенным человеком, не спросив ее мнения. Скорее всего, Линкольн у нее был первым парнем, единственным опытом, и сейчас она решила рискнуть и попробовать что-то новое.

Хотя откуда мне знать, сколько любовников у нее было?

Весь оставшийся день я посвятила учебе. Джеймс снова отменил занятие, сославшись на срочные дела, так что вечером я сидела в комнате, читая книги по истории и изучая более подробно драконов и их жизнь в прошлом.

Оказывается, так называемая истинная пара дарила своему партнеру не только способность к обороту, но и сильное магическое потомство. Между парой присутствовало сильное притяжение, и, самое главное, эти чувства всегда были взаимными.

Иными словами, если родители подобрали для тебя идеальную по совместимости пару, то вы априори должны были друг друга полюбить. Но если принять в расчет слова Джеймса и то, что я увидела собственными глазами, то здесь ни о какой любви не было и речи. Вероятно, такие союзы можно было назвать финансово и политически выгодными. Может ли быть такое, что для первых и вторых веток союзы действительно подбирали по другим критериям? Высокородность тоже имела свою иерархию, взять, к примеру, Терру и Мелиссу. Ни о какой дружбе там не было и речи, Мелиса держалась за Терру как за спасательный круг и возможность продвинуться по карьерной лестнице.

Рассказ Линкольна и то, что я прочитала, вывело меня из равновесия, заставив задуматься об устройстве этого мира.

Даже внутри нашей элиты существовали прорехи, и если правильно надавить на необходимые точки, то у местных протестантов может даже получится выполнить задуманное…

От этого осознания меня как будто ошпарило кипятком, и я подскочила с кровати. В памяти всплыл разговор между магами, который я невольно подслушала. Там они как раз говорили, что в ряды элиты хотят подослать своего шпиона, и, самое главное, они сообщили, что собираются теперь действовать чужими руками.

А что, если обычных людей обманывают? Настраивают против высокородных, чтобы развязать бунт и ослабить вторых?

Но кому это выгодно?

Пока на ум приходили лишь третьи и четвертые ветки у элиты, они в этом мире были стабильным середнячком – при хорошей должности, но не у власти.

Эти мысли настолько меня взбудоражили, что заснула я с трудом, а следующим утром уже мчалась в кабинет к Джеймсу. Но застать его не получилось, зато я увидела свою старосту, которая также караулила мага у двери.

— Его нет, — грустно улыбнулась Сальтаира. – Похоже, этот выходной он решил провести в одиночестве.

Последние слова были сказаны шепотом, и я с удивлением посмотрела на нее. Неужели между Джеймсом и Сальтаирой что-то есть?

Это предположение мне не понравилось. Наставника я не ревновала, но внутри все равно кольнуло что-то неприятное и собственническое. Наверное, где-то глубоко внутри я понимала, что между ними не может быть ничего серьезного. Линкольн и Сальтаира из дальней ветки, а у Джеймса уже есть невеста.

Так что нет, это не ревность. Просто Сальтаира мне нравилась, и я не хотела, чтобы она страдала.

— Ему бы не помешало, — я весело фыркнула, хотя в душе почувствовала негодование от того, что не смогу рассказать Джеймсу о своих догадках.

Сообщить ему о тайном сообществе я бы и так не смогла, зато передала бы подслушанный разговор, а дальше пусть разбираются в своей кухне уже самостоятельно.

– В последнее время вельтар Фрайхат выглядит уставшим.

— Да, — согласилась Сальтаира, и мы с ней вместе пошли на выход из административного корпуса. – Кстати, как проходят ваши индивидуальные занятия?

В этом вопросе не было ничего особенного, но я почувствовала легкий женский интерес, который был связан не столько с моей успеваемостью, сколько с попыткой выяснить, чем же мы с Джеймсом занимаемся за закрытыми дверями.

— Уже намного лучше. Вельтар Фрайхат использовал ментальное заклинание, и теперь я быстрее усваиваю полученную информацию.

— Это хорошо, — кивнула Сальтаира. – А долго ваши занятия еще будут продолжаться?

И взгляд такой испытывающий, от которого мгновенно стало неловко.

— Я не в курсе, но, думаю, скоро меня смогут полноценно перевести в вашу группу.

Погода сегодня выдалась чудная. Несмотря на легкий ветер и привычную прохладу, выглянуло солнце. Оно сильно припекало голову и заставляло щурить глаза.

Наверное, именно из-за солнца Сальтаира остановилась, а затем пошатнулась на ровном месте, будто собиралась упасть.

За долю секунды я оказалась рядом и позволила ей на меня облокотиться.

— Сальтаира, что с тобой? – испугалась я.

Поблизости никого не было, а взгляд девушки потускнел и стал отстраненным, словно она собиралась потерять сознание у меня на руках.

Глава 41

— Вам нельзя, вы даже не родственница, — заявила целительница и закрыла дверь перед самым моим носом.

А ведь я помогла Сальтаире добраться до медицинского корпуса, и ее разместили в отдельной палате, специально предназначенной для высокородных. Со мной провели небольшой опрос на тему «Чем мы занимались и не принимали ли запрещенные вещества?», а я даже не подозревала, что