Внучка ведьмы Воронихи. Книга 1 - София Коралова

– Вот как? Покажи кольцо.

Катя достала из пакета коробочку и дала бабушке. Та открыла, полюбовалась.

– Золотое кольцо – то. И, как вижу, от души дарил. Ну спрячь кольцо в комнате, а я дитё в дом внесу, проснулся, соколик.

В доме уже было натоплено, Андрюшку раздели, бабушка рассмотрела костюмчик, похвалила Катю. Понравились и ботиночки, и шапочка. Потом бабушка пошла в свою комнату и принесла Кате пять тысяч.

– Вот, компенсирую тебе расходы. Бери, бери, не отнекивайся. Ты купила на зиму, я на осень и весну. И больше не экономь на нём, хорошо? Саночки пусть крёстный подарит. Я ему намекну. Ты сама как? Хочешь кушать?

– Да, я бы горячего чего-то съела, а то молочным коктейлем сыта не буду, – засмеялась девушка.

Сын сидел в кроватке, играл новыми игрушками, которые ему купил Сергей, пока его мама обедала и ужинала. Вот таким получился день 14 октября. К Таисии приехал в этот день жених с предложением попробовать пожить вместе, а Гена сегодня поговорил с Ниной. Он предложил ей жить вместе.

– Попробуем, если ты не против. А потом подадим заявление в ЗАГС. А чего тянуть? Жизнь проходит. Можно и ко мне переехать, но тебе на работу далеко добираться от меня. Дочка все равно ездит школьным автобусом в школу, так что ей без разницы. Маме я своей уже сказал, что хочу на тебе жениться, если ты будешь не против.

– Гена, я не против. Вот и дочка вчера спросила, почему ты не остаешься у нас насовсем жить.

– Нина, тогда я перевезу свои вещи в выходной. Я люблю тебя, Нина.

– Так с этого и начинал бы, – засмеялась женщина.

В воскресенье Катя с бабушкой занимались своими делами, им привезли на неделе заказанные давно дрова и теперь они переносили их под навес и складывали. Тот хворост, что нарубили Миша и Гена, давно закончился и бабушка уже рубила его сама. В понедельник снова пошёл дождь.

Катя одела новые резиновые сапожки, с тёплым носком. Они выглядели очень даже симпатично. Сын в новой куртке, она в новой шапочке и сапожках – настроение было выше крыши. Под навесом стояло всего четыре посетителя, хорошо, что ни одного срочного. Первой зашла женщина.

Женщина жаловалась, что у неё болит голова. Но какая –то она была сама себе на уме. Катя посмотрела на неё – по всей видимости у той было повышено давление. Она померяла – действительно, более 150 верхнее. Спросила, что женщина принимает при давлении.

– Ничего я не принимаю.

– Совсем ничего? Купите тонометр и меряйте, нельзя же так.

– Есть у меня тонометр, зачем мне ещё покупать?

Вопрос странный, если есть тонометр, значит, пользуется и знает, что есть давление.

– Чтобы знать, повысилось давление или нет. Может у вас гипертония, может, нужно принимать таблетки.

– Может и нужно.

– Давайте попробуем с таких, – Катя назвала.

– Нет, они плохо сбивают.

– Вы же сказали, что ничего не принимаете.

– А чего это я должна вам рассказывать, чем меня лечить нужно?

– Не нужно мне рассказывать, чем вас я должна лечить. Но я должна знать, что вы принимаете, чтобы знать, что назначить.

– Понабирают неграмотных, только и знаете, чтобы на готовенькое. Нет, чтобы самой знать.

– Да, я всего лишь фельдшер. Вам нужен врач из районной поликлиники. Вот туда и поезжайте. Но так как на участке есть фельдшер, мне нужно будет выписать вам направление. Предупреждаю, направление годно две недели с момента оформления.

Катя сразу стала заполнять бланк направления, в качестве диагноза написала – гипертония под вопросом и вручила женщине. Та фыркнула, сложила маленькую бумажку вчетверо и вышла, хлопнув дверью. Настроение было испорчено. Что пациентка хотела от Кати – непонятно. Скорее всего, у неё нарушена психика.

А может и такой характер, но следующего пациента Катя принимала уже без улыбки. После всех формальностей – ФИО, дата рождения и место проживания, Катя спросила о причине визита. Тут мужчина молча задрал брючину и там она увидела грязный бинт, через который проступила кровь.

Она сразу его направила в перевязочную, заставив снять верхнюю одежду здесь. Пришлось и брюки снимать. Далее фельдшер сняла бинт, который пришлось даже размачивать, так как он пристал к ране. . Оставив его лежать, она вышла из медпункта и обратилась к женщине, которая должна была заходить по очереди.

– Я сейчас буду работать в перевязочной. Побудьте в кабинете, вдруг ребёнок проснётся, а я не смогу к нему подойти. Хорошо?

Она уже несколько раз так обращалась к пациентам, и никто не отказывал. Вот и сейчас женщина с готовностью согласилась подежурить. Катя подумала, что, если бы следующей была бы та неадекватная женщина, ей бы пришлось туго. Тем временем укол, который она ввела мужчине для обезболивания, начал действовать.

Катя принялась чистить рану от гноя, срезать все омертвевшие участки. Очищенные и обновлённые края раны она после обработки сшила, вставив резиновые пальцы от перчаток в качестве катетеров для выхода гноя. И все время ругала мужчину за отношение к своей ноге.

– Вы же без ноги могли остаться и это в лучшем случае. Как так можно к себе относиться? Завтра на перевязку с утра, бинт не пачкать. Антибиотик я вам буду колоть 3 дня, больше у меня нет, закажите кому-то в район. Обязательно закажите, поняли. Я зашила рану, надеюсь, приживется.

Иначе долго будет зарастать, учитывая, что вам не двадцать лет. Ну почему в травматологию не поехали вчера?

– Дочка, не ругайся. Я ждал понедельника, чтобы к тебе прийти. У нас говорят, что у тебя руки золотые. За что не возьмёшься – вылечишь.

Катя улыбнулась, уже не так его ругала. Вот такая работа – одна обзывает неучем, другой хвалит за золотые руки. Женщина, на которую она оставила сына, уже была в той комнатке и старалась его укачать.

У неё была частая изжога. Пришлось Кате прописать ей диету, лекарство и дать направление на гастроскопию, чтобы узнать, что там творится в желудке, взять анализы. Она дозвонилась до старшей медсестры и записала пациентку на обследование. Очередь была большая, но место нашлось.

Потом была ещё одна женщина с радикулитом, а потом Сергей привез отца на укол. Он также рассказал отцу, как прошло его свидание в субботу, посчитав, что оно прошло неудачно.

– Серёжа, почему это неудачно? Девушка очень даже права. У неё есть ребёнок, а это значит, что она очень хорошо обожглась. Наверное, поэтому и осторожничает, не хочет снова тех же граблей. Я бы сказал, всё очень даже