Поцелуй победителя - Мари Руткоски

— Я тут подумал…

— О боги!

— Подумал, что у тебя нет официального воинского звания и что я, будучи твоим принцем, могу тебе его дать. — Он произнес какое-то дакранское слово, которого Арин не знал. — Ну? Нравится?

— Неуверен.

— Почему?

— Потому что это слово может оказаться каким-нибудь страшным ругательством, а ты просто притворяешься.

— Какой ты недоверчивый! Арин, я научил тебя всем грязным ругательствам!

— Уверен, парочку ты все же приберег как раз для такого случая.

Рошар пробормотал что-то о свиньях и любви Арина к сомнительным занятиям. Тот только рассмеялся.

— Но я же серьезно! — возмутился Рошар. — Я не знаю, как перевести это слово. С этим званием ты будешь третьим по значимости в армии. После меня и Заша. — Тот с разрешения королевы оставил корабли в гавани под командованием своего заместителя, чтобы присоединиться к военным действиям на суше. — У Заша больше опыта. Ему приходилось сражаться с войсками генерала в горах много лет назад, и он хорошо себя показал. К тому же он бы убил меня, поставь я его ниже тебя.

Арин поправил бревно в костре. Затрещали искры.

— Спасибо.

Рошар сощурился и затянулся. Чаша трубки замерцала алым.

— Ты как будто недоволен. — Его лицо окружили клубы дыма. — Что не так? Почему тебе не нравится быть на третьем месте? Недолюбливаешь Заша? Я его тоже не люблю, и что с того? Вторым я тебя не поставлю, а первым и подавно. — Рошар внимательно вгляделся в Арина. — Нет, амбиции тут ни при чем. И задетая гордость тоже, хотя в твоем случае почти все объясняется ею. Но, видимо, не в этот раз. Арин, ты что, волнуешься? Брось, ты на своем месте. Ты же сам этого хотел. Только сегодня днем потребовал оставить гэррани под твоим командованием.

— У меня нет выбора. Я за них отвечаю.

— А они тебя любят. Убеждены, что боги наградили тебя священным даром. Ловко ты это провернул.

— Я не нарочно.

— Тем лучше. Так все выглядит убедительнее. Это, знаешь ли, очень удобно, когда приходится посылать людей на смерть.

Арин уставился на свои сапоги, снятые с мертвого валорианца. Жар костра подрумянил его щеки.

— Поздно переживать из-за того, что кому-то придется убивать и умирать, — покачал головой Рошар. — Ты уже в это влез. Есть люди, которым на роду написано воевать.

Может, Кестрель потому и не пришла попрощаться: ее отпугнул запах смерти.

— Ты справишься, — заверил принц.

— Я знаю.

Рошар закинул ногу на ногу, чуть приподнялся и вытряс пепел из трубки, постучав ею по подошве сапога. Потом он снова откинулся на спину.

— Дождем пахнет.

— Мм…

— Листья на деревьях развернулись к небу, как чашечки.

— Слишком темно, ты не мог этого увидеть.

— Я прекрасно все вижу мысленным взором.

В воздухе еще висел табачный дым. Рошар скрестил руки на груди и словно засыпал.

— Арин.

Арин, который сидел, положив руки на колени, знал, что сам он заснет не скоро.

— Да?

— Какое лицо ты видишь, когда смотришь на меня в темноте?

Арин вздрогнул от неожиданности и перевел взгляд на Рошара. В его вопросе не было скрытых намеков. Исчез и привычный насмешливый тон принца. Слова прозвучали тихо, почти неуверенно, как будто Рошар действительно хотел знать. Он лежал в расслабленной позе, а его изуродованное лицо, на котором плясали красные отблески огня, было обращено к Арину Печаль, не оставлявшая Арина до сих пор, висевшая на шее камнем, немного утихла.

— Я вижу лицо друга, — сказал он.

Рошар не улыбнулся. Когда он ответил, его голос соответствовал серьезному выражению лица, что было большой редкостью. Арин еще не слышал, чтобы принц говорил так спокойно и искренне.

— Спасибо, друг.

Оставшись один в палатке, Арин в какой-то момент заснул. Он проснулся, надеясь увидеть рядом Кестрель. В сновидении она казалась такой настоящей и осязаемой. Прямо как прошлой ночью, когда она пришла к Арину в покои. Тонкая ночная сорочка. Жар ее кожи. «Я хочу вспомнить тебя». «Спи дальше, — велел себе Арин. — Она ничего тебе не должна». Он перевернулся на бок. Раздались раскаты грома. Небеса разверзлись. Капли застучали по ткани палатки, все громче и громче. Дождь долго не прекращался. Вода стекала по бокам лошадей во время дневного перехода. Вечер ничем не отличался от утра, которое, в свою очередь, подозрительно напоминало ночь. Все вокруг стало серым. Арин промок насквозь: вода капала даже с кончика носа.

Войско продвигалось медленно. Арин придержал коня, чтобы посмотреть, как идут дела в середине колонны. В какой-то момент пришлось спешиться и помочь вытащить повозку, колесо которой застряло между мощеными плитами. Только когда Арин снова вернулся в седло, он понял, что все войско, похоже, остановилось. Никто не двигался дальше. Арин поскакал сквозь ряды к Рошару.

— Что происходит? — спросил он у принца.

— Пришло время разделиться. — Рошар кивнул на дорогу, уходившую вперед, и вынул натертую воском карту из футляра, лежавшего в его седельной сумке.

Арин же достал покрывало из грубой ткани и растянул его над собой и Рошаром, чтобы дождь не заливал карту. Впереди была развилка. К западу лежал Леррален.

— Я решил послушаться твоего совета, — заявил Рошар. — Мы разделим силы. Большая часть пойдет на запад, меньшая — на юг. Ну, Арин, делай ставку. Это же твоя страна. Куда решит ударить генерал?

Арин всмотрелся в карту, прикусив нижнюю губу. «Мм, — протянул бог смерти. — Какие славные поместья». Вокруг располагаются неукрепленные деревни. Они находятся на самом юге, так что генералу легко будет поставлять туда все необходимое с Итрии.

— Куда-то сюда, — сказал Арин, указывая на поместья. По его губам стекала вода. — Если валорианцы сумеют там закрепиться, то смогут усилить свои позиции, снабжая армию припасами из поместий. Привозить придется только порох. Генерал сможет незаметно перебросить силы, рассредоточить их, образовать восточный и западный фланги. Окружить нас и отправиться на город.

Рошар свернул карту и убрал ее. Арин сложил промокшее покрывало. Этой ночью придется спать в сырости. Принц взглянул на небо, смахивая капли дождя.

— Почти как дома. — Прищурившись, он посмотрел на Арина. — Хочешь пойти с Зашем к Лерралену?

Арин покачал головой.

— Я так и думал.

Войско разделилось. Арин отправился на юг с Рошаром.

К ночи лить перестало, но Арин настолько свыкся с погодой, что у него перед глазами по-прежнему стояли серые нити дождя. Сократившаяся в размерах армия разбила лагерь на ночь. Солдаты были в дурном настроении, ругались на грязь. Палатка Арина,