Машенька для двух медведей - Бетти Алая

Я должна освободиться! Волк заталкивает меня обратно в сарай. Осматриваюсь в поисках какого-нибудь острого предмета. Ползаю, сбивая в кровь колени. Я не сдамся!

И тут меня посещает мысль. Удивительная в своей простоте. Ведь я могу уничтожить и перчатки, и жгут. Да, у меня не вышло на тренировке. Но сейчас…

Прикрываю глаза, концентрируясь на внутренней энергии. Гоню прочь страх, боль, панику. Я смогу! Но ничего не выходит. Снова. Горечь оседает в груди.

Не сдавайся!

До самого вечера я пытаюсь. Выбиваюсь из сил, даже один раз теряю сознание. В самом конце. Прихожу в себя уже в фургоне, с завязанными глазами. И тут…

Тресь!

Чувствую, что жгут поддаётся, а кончики пальцев больше не стягивает плотная ткань перчаток. Значит перед тем, как упасть в обморок, я смогла! Улыбаюсь, чувствуя боль в челюсти. Ничего!

Машина останавливается. Меня выволакивают из фургона. Слышу мужские голоса. Их много. Значит, это друиды?

— Это она? — один хриплый, неприятный, приближается.

Затем моё лицо кто-то обхватывает сухой ладонью. Жестко, грубо. Крутит, рассматривает. Изо рта вытаскивают кляп.

— Ребенок друидов. Позор нам всем! — выкрикивает владелец противного голоса, — сейчас мы уничтожим потомка первого медведя. Затем решим судьбу девчонки. Наведем порядок в этом бардаке.

— Она моя! — рычит Захар, я чувствую, как он злится.

— Отойди, отродье, — выплевывает друид, — или забыл, что жизнью нам обязан? Мы и только мы будем решать…

— Они едут, Верховный! — перебивает его мужской голос помоложе.

Значит, этот старик — главный друид? Слегка дёргаю рукой, чувствую, как давление жгута на запястья ослабевает. Еще и еще. В определенный момент мне просто нужно будет сорвать его с себя. Не сейчас. Чуть позже.

— Готовьте растяжки и шипы. Встретим оборотней с друидическим гостеприимством, — командует Верховный.

— Что они вам сделали? — спрашиваю, — почему вы так хотите убить медведей?

— Они не подчиняются порядкам. Если бы тебя отдали сразу, то мы бы договорились. Но эти звери упёрлись, решили обмануть. Так не строят отношения в этом мире.

— Захар тоже оборотень… — цежу.

— Он отродье, — выплевывает дед, — орудие против оборотней. Ничего более. А у любого орудия есть срок эксплуатации.

Голос становится ниже. Более хриплый, жуткий, угрожающий. Чувствую на коже неприятное колючее дыхание.

— И сегодня этот срок закончится, — затем друид запихивает кляп мне в рот.

— МММ! МММ! — возмущаюсь, но меня хватают за руки, толкают куда-то.

Мамочки! Эти безумцы задумали стравить оборотней и уничтожить их! Захар лишь орудие! Получается, за всем стояли друиды? Мечусь в руках этого старика. Я не вижу его лица, но чувствую, как он силён.

Тресь!

Окончательно разрываю жгут. Перчатки осыпаются с ладоней темным пеплом. Я свободна! Срываю с глаз повязку. Со всей силы толкаю обалдевшего друида.

Впусти меня, и мы вместе отомстим!

Слышу внутри требовательный голос. Сомневаюсь. Хочу всё сделать сама!

Сзади раздаётся громкий скрежет, затем звук удара. Разворачиваюсь и вижу, как мотоциклы мишек катятся в кювет, а сами они лежат без движения. Шлем Димки долго катится, пока не останавливается у ноги Захара.

— Нет… — шепчу, — НЕТ!

Что-то внутри меня обрывается. Боль захлёстывает с головой. И я даю своё согласие…

Глава 55

Маша

Вода. Всюду вода! Задыхаюсь, лёгкие сильно жжет. Выныриваю, затем с трудом добираюсь до берега реки.

Я снова не в своём теле.

Что Марья хочет мне показать в этот раз? У меня нет времени! Нужно помочь Денису и Диме! Но всё идёт своим чередом.

— Значит, ты выжила? — слышу колющий, неприятный женский голос.

Разворачиваюсь и вижу жену Ярослава. Изнутри поднимается такой гнев, что хочется броситься и утопить нечестную женщину в этой реке!

— Ты отравила меня… — выдыхаю чужими губами, — ты… всё ты!

— Нет, — она подходит ближе, — я просто защищаю своё. Ярослав мой муж, у нас растёт сынок. А ты пытаешься разрушить это.

— Он мой, — тихо говорю, — я чувствую это сердцем!

— Как ты выжила, Марья? — спрашивает она.

— Так угодно богам. Я нужна им! Значит, буду жить. И ты мне не помешаешь! Я всё расскажу Ярославу! — встаю и, шатаясь, иду куда глаза глядят.

— Если ты хоть подойдешь к моему мужу, то он умрет, — спокойно говорит она.

— Как ты можешь? Он же твой возлюбленный.

— Я видела, как он смотрел на тебя. Юное невинное тело, красивая и очарованная им. Любой мужчина купится на прелестное личико, длинную косу и влюбленные глаза.

Затем она разворачивается и уходит. А я ковыляю к их дому. Меня тянет к моему охотнику, словно магнитом. Высшие силы не дали мне погибнуть. Потому что я должна открыть Ярославу глаза…

Но уже на подходе к их избе слышу крики. Хлопает дверь, мужчина вылетает из дома. В его глазах сверкает гнев.

А затем происходит что-то невероятное! Ярослав увеличивается в размерах, быстро покрывается плотной густой шерстью. Его череп меняет форму с громким хрустом.

Медведь…

Я не удивлена, а вот Марья в полном восторге. Она выскакивает из кустов, вся мокрая. Бросается к медведю. Он разворачивается.

Я вижу это своими глазами. Он понимает всё. По щекам девушки текут слезы. Она подходит и гладит его огромную морду. Я чувствую под подушечками пальцев, как дрожит тело оборотня.

Значит, они всё-таки поняли друг друга?

Ярослав оборачивается в человека. Нагой, красивый. Подходит к девушке. Падает на колени перед ней. Опускает голову.

— Прости меня… ты моя суженая. Я так ошибся…

Но это совсем не сходится с легендой! Вообще вот! Ничего не могу понять. Но сияющие глаза девушки ставят всё на свои места.

— Я не сержусь, мой охотник, — с ее пухлых губ не сходит улыбка, — просто люблю.

На её запястье метка. Яркая, красивая. Охотник целует руку Марьи. Поднимается и берет девушку на руки. Они уходят в лес. А я словно наблюдаю со стороны. Душа Марьи не хочет впускать никого в их ночь любви.

Единственную ночь.

Ведь потом, наутро, она просыпается одна. И я вижу серое небо её глазами. Чувствую тревогу ее сознанием. Он ушел. Зачем?

Бегу к дому охотника. Его окружают люди. Странно одетые. В длинные одежды, словно монахи. Но это не они. И не жрецы. Кто же?

Друиды.

Они врываются в дом Ярослава. Всей толпой выволакивают медведя. А Марья не может пошевелиться. Это так похоже… на то, что случилось со мной. Словно я повторяю судьбу этой несчастной девушки.

Тело сковывает страх. Не могу пошевелиться. И тут мой взгляд падает на охотника. Он стоит на коленях, его держат четыре друида. Смотрит на меня.