Жена в награду - Мила Дрим

Странно, но Элизабет не испугалась.

Любой другой бы был в ужасе от увиденного — будучи один посреди ночного леса, без оружия, да еще эта огромная фигура, которая со стороны выглядела как призрак.

Но не Элизабет.

Видимо потому что её сердце и душа прежде зрения и слуха определили кто это.

Мужская фигура двинулась вперед, и любимый голос нежной песней наполнил воздух.

— Элизабет! Любимая!

Силы, вдруг, вернулись к Элизабет. Второе дыхание открылось и у Вигго.

Они ринулись навстречу друг другу.

Трава была мягкой под их стопами, ничто не встретилось на их пути, ничто не отвлекло их — казалось, сам лес замер, ожидая встречи мужа и жены.

Наконец, это случилось.

Они налетели друг на друга.

Сильные мужские руки обхватили женский стан.

Элизабет обняла Вигго, повисла на нём, а он принялся целовать её — лицо, шею, плечи.

Слезы катились по его лицу, сердце билось от радости и облегчения, а Вигго все никак не мог поверить, что Элизабет в его руках.

Живая, невредимая, и… Всё еще любящая его.

— Прости, прости меня, любимая, — умоляюще зашептал, боясь потерять обретенное счастье, начал Вигго, — прости, я никогда бы в жизни…

— Я знаю, — подняв на него глаза, утопающие в слезах и с умилением обнаружив, что муж тоже плачет, произнесла она в ответ. — Прости, что покинула тебя… Но боль тогда ослепила меня.

— Любимая, — руки его задрожали, и Вигго сильнее прижал жену к себе, — но как? Как ты все поняла?

— Когда боль от увиденного ослабла, я услышала свое сердце. Понимаешь, однажды папа сказал, что сердце подскажет мне правильный ответ. Что я должна слушать его, даже не смотря на то, что скажут другие люди. Даже он сам.

Взгляд Вигго наполнился восхищением:

— Твой отец — благородный человек. Верю, что он не причастен к измене. Я благодарен ему, что он воспитал такую достойную дочь. Ты — моё благословение.

Вигго с благоговением поцеловал любимую в лоб, а затем обхватив её лицо ладонями, заглянул в её глаза и сказал то, что должен был уже давно сказать:

— Я люблю тебя, моя Элизабет. Моя синеокая фея, моя нежная жена.

Элизабет задрожала от нахлынувших чувств. Прижавшись к мужу еще сильнее, она произнесла:

— Я тоже люблю тебя, Вигго Датский. Мой воин, мой муж, король моего сердца.

Они слились в поцелуе, который превзошел все прежние по своей нежности и благодарности поцелуи.

Только искренне любящие друг друга способны были познать такую сладость, какую познали Вигго и Элизабет в эти благословенные мгновения.

Две души, нашедшие друг друга.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

Откинувшись на грудь мужа, Элизабет, мирно дремала.

Удивительно, как один день отнял у неё столько сил!

Но теперь, оказавшись в безопасности, в руках любимого человека, она могла, наконец, расслабиться.

Довериться тому, кому доверять было можно и нужно.

Вигго не спал.

Спать ему совсем не хотелось. Сил у него прибавилось в разы, холодный разум уже окончательно вернулся к нему, а с ним и здравые мысли.

Размышляя над тем, что ему придется сделать в первую очередь по возвращению домой, он внимательно смотрел вперед.

Лес стал редеть. Первый признак того, что близилось окончание пути. И ветер теперь улавливался отчетливее.

Сверху то и дело проникали тонкие полосы света. Близился рассвет. Он ощущался в воздухе — тот стал пронзительно свежим.

Вигго крепче обнял любимую. Он беспокоился о том, чтобы та не замерзла. Жаль, что у него не было с собой теплого одеяла для неё.

Оставалось надеяться, что его любовь согреет Элизабет достаточно. Порой и этого вполне хватает. Теперь он точно знал.

Прошло еще немного времени, и лес расступился в стороны. Вигго вместе с Элизабет вышли на луг.

Ласковый ветер ласкали их лица, скользил по потемневшим, местами желтым, травам.

Мягкий туман устилал собой небо и землю.

Вигго неспешно направил коня вперед. Взгляд его стал куда острее. Жизненный опыт подсказывал воину, что нередко в тумане могла прятаться угроза.

Он был на чеку, и уже прикидывал в голове как поступить, если, вдруг, появится враг.

Вскоре туман стал рассеиваться. На сизом небе показались лучи солнца. Прошло немного времени, и от тумана не осталась и следа.

Впереди показались очертания замка.

При виде его Вигго испытал смятение. Вся верхняя часть замка тонула в дыме.

Пожар…

Когда он случился? Что это — несчастный случай? Или чей-то злой умысел?

Уцелели ли люди?

Словно почувствовав тревогу мужа, Элизабет пробудилась. Вздрогнув, она распахнула глаза и несколько мгновений, молча, вглядывалась вдаль.

— Господи, — потрясенно прошептала Элизабет, на большее у неё не хватило сил.

— Всё в Его власти, — крепче обнимая жену, произнес Вигго, — пообещай мне, каким сильными не были разрушения, как ужасно бы это не выглядело, пообещай — что не будешь отчаиваться, любимая?

Сказав это, он уперся подбородком ей в макушку.

— Потому что, — продолжал Вигго, — замок можно отстроить заново, почти всё можно купить, но ведь самое главное, что мы есть друг у друга, не так ли? Я не хочу, чтобы ты больше страдала, жена.

— Ты прав, — Элизабет накрыла своей ладошкой его руку, — обещаю, я не буду впадать в отчаяние. Но и ты дай мне обещание не отчаиваться.

— Обещаю.

Весь путь до замка они сохраняли молчание.

Когда впереди показались открытые ворота, Элизабет испытала смесь из облегчения и страха.

Её пугала неизвестность и возможные людские потери. Но она изо всех сил пыталась держаться. Ради мужа.

— Господин! — к ним бросился Хальвард.

Лицо у него было испачкано в саже, местами, рыжая борода обгорела… Увидев Элизабет, воин просиял:

— Госпожа!

В этот момент Вигго готов был поклясться, что увидел в глазах своего воина слезы.

— Слава Богу! — продолжал Хальвард. — Вы живы, но у меня плохие вести, господин. В пожаре погибли люди.

Элизабет почувствовала, как её затрясло.

Ощутив это, Вигго крепче обнял жену за плечи.

— Уже известно, кто погиб? — сохраняя хладнокровие, произнес он.

Хальвард переменился в лице. В глазах его отразилось смятение.

— Да. Ваша мать, господин, и та женщина, что была с ней… Гунхильда.

*******************

— Когда мы вернулись в замок, то тот уже полыхал, господин, — начал свой рассказ Хальвард спустя время, когда Вигго с Элизабет разместились в лавке пекаря.

Вернуться в сам замок пока не было никакой возможности. Запах гари не пускал внутрь.

Просто удивительно, как люди сумели потушить пожар! Учитывая то, что даже сейчас в замке практически невозможно было нормально дышать.

— Это потом я узнал, что люди слышали крики с верхних