Хирургическое вмешательство - Серена Никки

— Все хорошо, — улыбнулся Николай, — возможно и, правда, перенапряг мышцы. У вас есть листок бумаги?

Аня сразу схватила с полки блокнот и ручку. Вслед раздался громкий хлопок. Это случайно подхваченная книга упала на пол.

— Простите, — пролепетала она.

— Что вы! — поразился Николай, увидев книгу, — я просто обожаю Жюля Верна. Вот буквально пару недель назад взялся всего его перечитать. Только что завершил «Путешествие к центру земли».

— Я вот уже полгода как читаю «Таинственный остров», — призналась Аня, протягивая ему блокнот, — надеюсь, до конца года все же добить.

Николай улыбнулся, согласно покачал головой и сел за стол. Анна переминалась рядом, с ноги на ногу. После он встал и протянул ей блокнот обратно.

— Вот тут несколько препаратов, которые могут оказаться у Вас в аптечке и помочь юному футболисту. Это дозировка согласно возрасту. А это. — Николай запнулся и как-то странно разволновался неожиданно для себя. — Это мой номер телефона. Если что, не стесняйтесь, звоните сразу же, без промедления. Хорошо?

— Спасибо Вам огромное, Николай, — прижала блокнот к груди Аня, — Вы снова меня спасаете. Даже неловко. Я не успела Вас отблагодарить за спасение на дороге и опять попадаю в беду.

— Что Вы, мне крайне приятно быть Вам полезным, Аня. Уже поздно, я, пожалуй, пойду, а то бабушка меня уже потеряла, наверное. Странно, она за все время мне ни разу не звонила.

— Федя, — обратилась Аня к сыну, — лежи тут, а я провожу нашего доктора, хорошо?

Глава 22. Ой, Ванечка…

Глава 22. Ой, Ванечка…

Марьяна весь вечер поглядывала на телефон и совершенно не обращала внимания на Дмитрия. Девушка предчувствовала неладное, но пыталась не думать о плохом. Наконец, входящий звонок.

— Мама?

— Марьянка, ох… горе-то какое… Дочка… Риточка…

— Мама, что случилось? — Марьяна еще не знала правду, но слезы уже застилали глаза.

— Капитан наш погиб. Нету больше Вадима. Какой-то взрыв на корабле случился. Ой, не могу, хочу проснуться от такого кошмара.

— Мама, а Рите сказали? — девушка знала, как сильно Ритка Вадима любит. Изводит себя постоянно, если он подолгу не звонит, а тут такое.

— Сказали. Она как раз домой ехала к нам из Ростова. Зачем они ей позвонили, когда она была за рулем? Зачем, Марьянка? — мать снова плакала и не могла говорить внятно.

— Мама, что с Ритой?

— Марьяночка, ох…

— Мамочка, она жива? — снова слезы и молчание. Сейчас секунды казались вечностью.

— Разбилась Риточка наша. Насмерть разбилась. Немного до дома не добралась. Нету больше Риточки. Ой, что с Ванечкой будет. Ой, Ванечка наш. Да как же жить теперь, Марьянка?

Женщина начала терять сознание. Ей стало так невыносимо больно. Она не могла расслабиться весь этот вечер, предчувствовала, что-то ужасное грядет. Вдруг, ее поддержали сильные мужские руки.

— Марьяна, тихо-тихо. Ты чего? Что случилось?

Она вздохнула, потом еще раз и сознание отключилось. Громов тут же подхватил ее на руки и поспешил к своей машине. Он быстро усадил ее на переднее сидение и нашел нашатырь. Пропитав едкой жидкостью кусочек бинта, Дмитрий поднес его к носу женщины.

— Марьяша, солнышко, просыпайся, — она вздрогнула, потом скривилась и открыла глаза.

— Дмитрий Викторович?

— Просто Дмитрий. Марьяна, ты чем-то расстроена? Что-то случилось?

— Мне срочно надо домой, извините. Я пойду.

Она попыталась отодвинуть Дмитрия за плечи, но он придержал ее. Марьяна почувствовала легкий аромат его одеколона и случайно губами задела шею, вызвав в нем ответную реакцию.

«Громов, попал ты с этой женщиной, нельзя так реагировать. Нельзя», — пронеслось у хирурга в голове.

— Нет, подожди. В таком состоянии ты не дойдешь. Показывай дорогу, я провожу.

— Нет, я сама, тут близко. Прошу Вас, пустите, — он лишь сильнее прижал ее к себе.

— Марьяна, не пущу. Едем.

Голос был серьезным. Справиться с ним она не сможет, а домой попасть надо быстро. Сил сопротивляться не оказалось, а ее неопределенный кивок расценили как знак согласия, и Дмитрий тут же сел в кресло водителя.

— По главной улице, третий поворот направо, пятый дом.

— Окей, сейчас все будет, — Дмитрий постарался сосредоточиться на дороге. Ему сейчас жизненно необходимо было отвлечься.

Марьяна снова безутешно расплакалась, и Дмитрий чувствовал, что это не простая сентиментальность. Что-то действительно произошло. Непроглядная темнота. Лай собак, которые проснулись, заметив автомобиль Громова, но ехать пришлось сравнительно не долго.

Когда Дмитрий припарковал свой авто рядом с калиткой старенького одноэтажного дома, Марьяна бросилась в сторону небольшой веранды, и тут же прошла в кухню. Громов последовал за ней.

Ванечка плакал. Отец был пьян, а мать, прижимая к груди старенькую иконку, что-то бормотала словно в бреду.

— Мама!

Марьяна обняла ее. Ванечка тоже давно не успокаивался. Громов тут же подхватил его на руки. Рыжие кудряшки слегка намокли. Мальчишка раскраснелся от долгого плача, но когда увидел Дмитрия, даже не поверил. Маленькой ручкой провел по уху, щеке мужчины и на мгновение замолчал. Взгляд Громова благотворно подействовал на ребенка.

— Ванюш, ты чего так расстроился? Мужики не плачут.

— Папа убился. И мамочка тоже убилась. Дядя Дима, маму с папой небо заблало, так баба сказала. Дядя Дима, ты влач, ты умеешь мелтвых лечить?

Дмитрий прижал ребенка к груди, он не знал, что ответить малышу. Осмотрелся. Простенькая обстановка. Ситцевые занавески. Пахло какими-то лекарствами. Мать явно больна. Он визуально понял, что это онкология и вероятно стадия такая, что вряд ли удастся ее спасти.

«Почему же Марьянка ничего не рассказывала? Да кто я такой, чтобы она мне рассказывала»?

Мужчина, который обладал такими же рыжими кудряшками, что и Марьянка оказался пьян.

— Мать, Ритка убилась, и Вадимка тоже. Как теперь жить-то? Кто нам деньги отправлять будет?

Кто о чем, а у отца семейства, вероятно, свое горе было. Ему теперь не на что будет пить. Дмитрий для себя понял, что жизнь у Марьянки легкой не назовешь, и сейчас ему как никогда захотелось вытащить ее и Ванечку из этой рутины, а потом его осенило. Погибшая девушка, которую он видел недавно. Это и есть Рита. Ему стало невыносимо горько, но он знал, что она погибла на месте. В момент ДТП ее не стало. Она не мучилась. Эту правду он Марьяне не расскажет, ведь он бы все равно не смог ей помочь.

— Дочка, на опознание надо ехать. Мне звонили. Вызови такси, а мы с Ванечкой останемся.

— Мама, я вызову. Сейчас.

Дмитрий отстранил ребенка и протянул его Марьяне.

— Присмотри за ним. Твоей маме нужна помощь и срочно.

Громов вернулся в машину, а через минуту снова