Во власти чувств - Эмилия Вон

неправильно разгадал послание. Солнце уже полностью село, небо укрыло одеялом ночи, и лишь огни города освещали его. Тревога внутри усиливалась в ожидании. Что, если Кацу Кояма догадался о слежке и взломе и решил устроить западню, чтобы поймать меня? А может, это ловушка Маттео, чтобы убить меня? Или это способ картеля отдалить меня от Адрианы, чтобы забрать ее? Нет, черт возьми, это невозможно.

Часы приборной панели показывали уже половину седьмого вечера. Я вышел из дома утром, оставив Адриану одну с оружием в руках и надеясь, что она в безопасности. Возможно, это было не лучшим моим решением, но что я должен был делать? Сейчас у меня не оставалось другого выбора. И все же он был раньше – мне не стоило вообще с ней связываться. Нужно было послать Маттео к черту, когда он дал гребаный приказ увезти и спрятать дочь.

Какого хрена он вообще доверил ее мне? Почему я, если у нее всегда были телохранители – верные псы, которых он проверял, прежде чем приставлять к своему сокровищу? Я до сих пор не мог понять его мотивов.

Маттео звонил мне раз пятьдесят за эти пару дней, хотя звонков в последнее время стало меньше, но СМС не прекращались. Есть предположение, что он догадывался, что на самом деле телефон в рабочем состоянии, хотя женский голос убеждал его в обратном, сообщая, что абонент находится вне зоны действия сети. А возможно, он просто был в отчаянии.

Я знал, что в Чикаго сейчас стало поспокойнее, потому что он расправился со всеми мексиканцами и предателями на своей территории, однако картель не взял на себя ответственность за нападение. Может, этого никогда и не произойдет, а может, это правда, и налет устроили не они, но Маттео ничто не остановит, он найдет виновников и убьет каждого мерзавца, причастного к убийству его жены. В то же время он осыпал меня угрозами в виде ежедневных сообщений.

Как будто я позволил бы кому-то к ней притронуться, придурок.

Он, должно быть, сходил с ума, и его задница горела от того количества дерьма в жизни, которое сейчас происходило.

Это последнее сообщение, которое я получил сегодня утром, и я знал, что так и есть. Времени мало. Мне необходимо было все выяснить, пока он не смог найти нас. Если это случится раньше, чем я покончу с ним, он не оставит меня в живых. Возможно, он думает, что я как-то связан с картелем или же имею свою выгоду, использую Адриану в других целях, причиняю ей боль, что еще хуже – насилую. Он встревожен, тем не менее не предпринял ничего серьезного, чтобы найти нас. Что же удерживало его от того, чтобы поднять на уши весь город?

Из мыслей меня вырвал свет фар, просачивающийся сквозь темноту, и черная машина, подъезжающая к складу. Я взял бинокль, чтобы лучше разглядеть, и облокотился на руль, наблюдая за происходящим.

Машина остановилась возле здания, из нее вышли двое мужчин в черном, а водитель остался, не заглушая двигатель и фары. Я не узнавал ни одного из них, но азиатская внешность указывала, что это члены якудзы. В руках у того, что слева, небольшой чемодан; они разговаривали у входа на склад, но внутрь не заходили. Они ждали кого-то, и этот кто-то появился через пару минут. Когда машина подъехала, японцы прекратили разговор, но не достали оружия.

Подъехавший мужчина вышел из машины навстречу двоим ожидающим. Он был одет в тот же черный длинный плащ, доходящий до земли, кепка восьмиклинка, как в «Острых козырьках»[9]. Мужчина выглядел крупным со спины и достаточно высоким по сравнению с другими, в руках держал трость, на которую опирался во время ходьбы. Лицо разглядеть было невозможно, потому что он все время стоял ко мне спиной и держался в тени, словно знал, что за ним наблюдают.

Трое мужчин поздоровались, пожав друг другу руки, и направились к складу. Они явно виделись не впервые, потому что вели себя достаточно расслабленно, доверяя друг другу. Мужчина с тростью достал из кармана ключ и открыл железную дверь, со скрипом распахнув ее. Они зашли и скрылись внутри, свет тут же зажегся и выключился лишь спустя сорок долгих минут, когда все трое вышли.

За это время снаружи ничего не изменилось, но внутри явно что-то произошло, потому что чемодан теперь держал человек с тростью. Закрыв склад, они попрощались друг с другом, пожав руки, разошлись по машинам и разъехались. Подождав, пока машины исчезнут из виду, и убедившись, что никто не собирается возвращаться, я взял в руки пистолет и направился к зданию.

Дверь закрыли на замок, который можно было попробовать открыть с помощью пистолета, но я решил не привлекать внимания и осмотреться. Здание небольшое, но для хранения большого груза места достаточно. Обойдя его, я заметил окно на задней части железной стены. Оно расположилось на значительной высоте, поэтому пришлось немного попотеть, чтобы пододвинуть несколько деревянных ящиков, лежащих недалеко, и соорудить конструкцию в виде небольшой башни. Это позволило дотянуться до окна, которое оказалось закрытым изнутри.

Выругавшись, я снял с себя рубашку, оставшись в одной футболке, обмотал ею кулак и, не раздумывая, ударил по стеклу, пока прохладный воздух холодил мою кожу. Я не был уверен, что склад не охраняется снаружи, но звук разбитого стекла не привлек ничьего внимания, никто не отреагировал на шум, значит, внутри никого не было.

Разбитое стекло валялось под ногами, а в раме еще торчали несколько осколков, поэтому я разложил поверх них рубашку и аккуратно перелез через окно, стараясь не пораниться, чтобы не оставить после себя никаких улик. По ту сторону склада у стен выставили такие же ящики в похожей конструкции. Это помогло мне перелезть через окно без повреждений и необходимости прыгать с такой высоты.

Склад внутри погружен в темноту, поэтому я достал телефон и включил фонарик, чтобы держать его над пистолетом, направленным вперед на случай, если меня ждал сюрприз. Я осветил здание, забитое товаром от пола до потолка. Несколько рядов деревянных ящиков были запечатаны и расположены по всему периметру склада. На них отсутствовали надписи или опознавательные признаки, и нужен был инструмент, чтобы их открыть. Осмотревшись вокруг, я заметил на небольшом столе в углу лом. Убрав пистолет в кобуру, взял инструмент и, засунув его в отверстие, открыл крышку