Невеста с придурью. - Людмила Вовченко

не нравится?

— Мне… интересно.

Пауза.

Огонь треснул в очаге.

Свет лег на его лицо.

Сильное.

Жёсткое.

И живое.

— Вы будете мешать? — спросила она.

Он чуть наклонился.

— А вы позволите?

Анна не отвела взгляд.

— Попробуйте.

И вот теперь это уже было не разговором.

Это было началом.

Того самого.

Которое не требует слов.

И не терпит слабости.

Он не ушёл.

Анна это почувствовала не по звуку — по тишине за спиной. По тому, как воздух остался напряжённым, словно струна, которую не отпустили до конца.

Она не обернулась сразу.

Сняла с крюка полотенце, вытерла руки, поправила рукав. Медленно. Не потому что тянула время — потому что знала: если обернётся резко, это будет слабость.

— Вы всегда делаете вид, что не замечаете, когда за вами наблюдают? — тихо спросил он.

Голос уже был ближе.

Слишком.

Анна повернулась.

Рено стоял почти вплотную к столу. Без плаща. В одной тёмной рубахе, плотной, с мокрыми от снега пятнами у плеч. Волосы ещё не высохли, пряди падали на лоб. И в этом виде он был не «господином издалека», а человеком, который только что приехал домой.

И который сейчас смотрел не на дом.

На неё.

— Я замечаю, — спокойно ответила Анна. — Просто не считаю нужным реагировать на всё сразу.

— А на что считаете?

— На то, что имеет значение.

Он сделал шаг.

Совсем небольшой.

Но расстояние сократилось ещё.

— И что из происходящего сейчас имеет значение?

Анна чуть наклонила голову.

— Пока не решила.

Он усмехнулся.

Коротко.

Без веселья.

— Вы изменились.

— Вы уже это говорили.

— Я повторяю, потому что до конца не понимаю — как.

— А вам обязательно понимать?

Он не ответил.

Просто смотрел.

И это было хуже любых слов.

Анна почувствовала, как внутри поднимается знакомое напряжение. Не страх. Совсем нет. Это было… внимание. Острый, собранный интерес к человеку перед ней. К его движениям. К тому, как он держит плечи. Как ставит ноги. Как не отводит взгляд.

Она поймала себя на том, что тоже его рассматривает.

И не как «мужа по договору».

Как мужчину.

Сильного. Жёсткого. Уставшего. И очень живого.

— Вы смотрите, — сказал он тихо.

— Да.

— Смело.

— А вы не любите, когда на вас смотрят?

— Я люблю понимать, зачем.

Анна чуть улыбнулась.

— Я оцениваю.

— Меня?

— Всё.

Он замер на долю секунды.

И это было заметно.

— И каков ваш вывод?

— Вы не тот, кого можно обмануть.

— Это комплимент?

— Это предупреждение.

Он чуть склонился.

Ближе.

Теперь между ними оставалось совсем немного — тепло его дыхания уже ощущалось на коже.

— Вы меня предупреждаете?

— Я вас информирую.

Пауза.

Тяжёлая.

Он медленно выдохнул.

И вдруг — протянул руку.

Не резко.

Но уверенно.

И коснулся её запястья.

Не хватая.

Просто… положил пальцы.

Анна не дёрнулась.

Но тело отреагировало.

Мгновенно.

Тепло от его руки прошло вверх, по коже, по плечу, где-то в груди стало теснее.

Он тоже это почувствовал.

Потому что чуть сильнее сжал пальцы.

— Вы не отступаете, — сказал он тихо.

— А вы ожидали?

— Да.

— Ошиблись.

Он провёл большим пальцем по внутренней стороне её запястья.

Медленно.

Почти лениво.

Но в этом движении было столько контроля, что Анна невольно задержала дыхание.

— Интересно, — сказал он.

— Что именно?

— Где заканчивается ваша смелость.

Анна подняла на него глаза.

— Хотите проверить?

Он чуть прищурился.

— Уже проверяю.

И на секунду показалось, что он наклонится ещё ближе.

Слишком.

Опасно.

Но в этот момент в горнице раздался звук.

Лёгкий.

Тихий.

Детский.

— Папа?..

Оба обернулись.

В дверях стояла Матильда.

Бледная, в длинной рубашке, с растрёпанными волосами, босая. Она держалась за косяк, будто не была уверена, что сможет дойти.

И смотрела.

На него.

С осторожностью.

И надеждой, которую сама боялась показать.

Рено отпустил руку Анны сразу.

Как будто и не держал.

— Матильда, — сказал он.

И голос снова изменился.

Стал ниже.

Мягче.

Но не слабым.

Он подошёл к ней.

Не резко.

Чтобы не спугнуть.

Опустился на корточки.

— Почему ты встала?

— Я… проснулась…

— Ты должна лежать.

— Я хотела посмотреть…

Она не договорила.

Но и так было понятно.

Анна осталась у стола.

Не вмешивалась.

Но наблюдала.

Рено осторожно коснулся плеча девочки.

— Ты горячая ещё.

— Уже меньше…

— Кто сказал?

Матильда кивнула в сторону Анны.

— Она.

Пауза.

Он обернулся.