Развод. Вернуться к началу - Ирма Шер

Он смотрит на меня, примерно прикидывая, на какую сумму может претендовать. Классические часы на моем запястье, но бренд узнаваем. На ключах от тачки четыре кольца. И остальные для меня мелочи, которые он успевает заметить. А мне ровно. Ведь деньги — это такая мелочь, по сравнению с ее жизнью.

- Договорились. – И он радостно хлопает ладонями по столу.

Это его первая живая эмоция за весь наш разговор. Не сдержавшись, ухмыляюсь. Кто бы сомневался в его согласии.

- И еще, у ее палаты, будет стоять мой человек. – Я не спрашиваю его разрешения, а просто ставлю перед фактом.

После того как я узнал, что эта стерва была у Веры, сомнений не осталось. Она приложила руку, и к самому дорогому, что у меня было.

- Но вы же понимаете…

- Понимаю, поэтому прибавьте еще одну цифру. – Мне легче перейти на деловой тон, где можно просто, без эмоций, решать вопросы и ставить свои условия. Особенно когда он уже на крючке.

Он чуть приподнимает бровь в удивлении. А может, думает, что раз я так легко расстаюсь с деньками. Он, возможно, продешевил. Но, поздно. Мы уже договорились.

- Пациентка находится под контролем. Она получает сейчас все необходимое лечение, для сохранения беременности. На ближайшие три недели, у нее строгий постельный режим. Любой стресс. Любое неосторожное движение, может привести к разрыву околоплодного пузыря и к другим неблагоприятным последствиям. Преждевременные роды на восьмом месяце, опасны. И с жизнью практически несовместимы. По статистике…

- Я вас понял. – Перебиваю его, чтобы не слушать то, что и так понятно.

Я далек от его мира, но в курсе всех рисков, что могут случиться в этот период.

- Значит, проблем не будет. – Он встает и выходит из кабинета.

Пока его жду, времени зря не теряю. Ведь я и так, слишком много упустил. Работал в тех направлениях, где думал меня сильнее всего, подставляют. А по факту упустил самое главное. Недооценил, насколько может быть, опасна ревнивая женщина.

И тут же вновь появляется чувство вины. Но уже не так явно. Просто чуть царапает душу. Я столько лет, ее жалел. Винил себя, за то, что хотел от нее невозможного. Что не считался с ее желаниями. Сам испоганил нашу семью. Старался искупить свои грехи перед ней.

Что и не заметил, как она изменилась. Из веселой и счастливой девочки она превратилась в безжалостную суку. Которая идет по головам, не задумываясь о последствиях.

Я упустил многое и потерял самое дорогое. Пока гнался за прощением той, что душила меня своей ложью.

Можно засунуть свою голову глубоко в самокопание, и ждать, пока меня разъезд жалость к себе. Но я и так потерял слишком много времени. По своей же глупости.

Достаю телефон и набираю несколько сообщений. Знаю, что ответ я получу в ближайшее время.

Вера

Спина затекла. В пояснице адская боль. Пытаюсь согнуть руку, что лежит на излом. Но не могу ею пошевелить. Морщусь от странной ломоты в теле. Голова словно набита ватой. И даже мысли даются с трудом.

Приоткрываю веки и не сразу понимаю, где нахожусь. Просторная комната, в светлых тонах. Это не моя квартира. Сквозь закрытые жалюзи пробирается свет с улицы.

На правой руке онемели пальцы. И я опускаю взгляд на свою руку. Стоит увидеть торчащую иглу из вены, что в сгибе руки. Вспоминаю свой звонок в скорую. И тут же замерев, трогаю свой живот. Он на месте, значит, и мой малыш тоже.

Прислушиваюсь к своим ощущениям. Ведь в последнее время, он стал более активно шевелиться. А сейчас притих. Это так не привычно, что пугает до чертиков. Медленными поглаживаниями, дрожащими пальцами, пытаюсь себя успокоить.

Вожу вокруг пупка, пытаюсь определить маленькие выпуклости на натянутой коже.

А внутри все начинает вибрировать от напряжения. И как только я перестаю контролировать свое состояние на грани истерики. Боль внизу живота усиливается. Меня словно начинает растягивать в разные стороны.

Дыхание сбивается, и уже в груди горит огнем. Легкие от частых, пустых вздохов скалывает.

Я хочу закричать, только вместо крика, вырываются рыдания.

- Боже, девочка, ты что плачешь? – Это первые слова, которые привлекли мое внимание.

Женщина в светлом халате поспешила ко мне. Она проверила капельницу. Затем взяла меня за руку и приложив палец к запястью. На секунду сосредоточившись, помолчала.

- Я его не чувствую…- сквозь рыдания стараюсь объяснить причину истерики.

Понимаю, что я в больнице и меня это успокаивает на мгновение.

- Ну и правильно. Ребёночек после стресса, отдыхает. Спит, наверное. – Она убирает мои руки с живота и поправляет одеяло. – Вон у тебя какие ледяные руки.

Она недовольно осматривает меня, а затем неожиданно улыбается.

- С малышом пока все хорошо. Но, тебе нельзя нервничать. Любые нервы могут ему навредить. Стресс, слезы, этого всего тебе нельзя. Только максимальный покой и отдых. И тогда, ты его сможешь доносить до даты родов.

- Но я же…

- Вечером вместе послушаем сердцебиение твоего малыша. Только если ты мне пообещаешь больше не плакать. Договорились? – Она потрогала мой лоб, а после вытащила иглу из вены.

Проделав еще стандартные манипуляции, она ушла. Меня же снова накрыло сном. Видимо, ее обещание вразумило меня. Успокоило на время. Дожить бы до вечера.

Глава 40

Глава 40

Роберт

- Не думал, что ты мне сам позвонишь. – Он встает из-за стола и протягивает мне руку.

Я, не мешкая, принимаю ее для