Опальная фаворитка наследного принца или вторая жизнь Женьки - Алекса Корр

А на следующий день мы с удовольствием читали мою фамилию в списке поступивших абитуриентов…

Глава 36

Женька

Увидев «свою» фамилию в числе поступивших, я дико обрадовалась. Напряжение последних дней немного схлынуло и наступила эйфория.

Теперь мне казалось, что у меня обязательно все получится и «черная» полоса, преследовавшая меня все время нахождения на Альтаире, начнет бледнеть и плавно перейдет в светлую.

Занятия начинались через два дня и предстояла много чего купить и подготовиться. А также внести оплату за обучение и решить вопрос с комнатой в общежитии.

Мы прошли в бухгалтерию, где я внесла стоимость за год обучения, после чего направились к коменданту женского общежития.

По пути Гарри мне рассказал, что комнаты в общежитии рассчитаны на 3-4 человека и оплачивать за них не надо, проживание в такой комнате входит в стоимость обучения, а вот если адепт хочет более комфортных условий проживания, жить в комнате один, то за такое проживание он должен доплатить.

Я задумалась. С одной стороны, я не хотела выделяться и вызывать дополнительные вопросы, откуда у простой крестьянки деньги на оплату отдельной комнаты, а с другой стороны… это мой комфорт… Я и так буду играть тут роль той, кем не являюсь, и отдельная комната может стать единственным местом, где я смогу скинуть маску и хоть немного побыть самой собой, что немаловажно…

Да и неизвестно, какую напыщенную курицу могут определить мне в соседки. В общем, немного поколебавшись и взвесив все «за» и «против», я решила, что буду просить отдельную комнату, а если у кого-то возникнут какие-то вопросы, тогда и придумаю, что сказать.

Комендантом женского общежития оказалась миловидная женщина средних лет, которая проверила списки, потом задала мне вопрос насчет комнаты, а, услышав, что я хочу оплатить отдельную, никак на это не отреагировала, просто взяла оплату за неё, выписала квитанцию, после чего вручила мне ключ и рассказала, где она расположена. Предупредила, что в комнате две кровати, но жить я буду одна.

Поднялась в комнату и осмотрелась. Небольшая комната, полностью напоминавшая комнату в общаге в нашем мире. Хоть мне и не приходилось пожить в общаге, но часто приходила в гости к своим однокурсникам, так что насмотрелась.

Общая душевая комната на этаже. Этажи поделены на женские и мужские.

Прикинула, что мне понадобится и вернулись в нашу таверну, где отметили мое поступление, заказав вино и фрукты. Весь вечер парни балагурили, рассказывали смешные истории, которые случались с ними в Академии, я тоже не осталась в стороне и рассказала курьезные случаи из своей студенческой жизни.

А когда парни ушли в свой номер, я села к столу и взяла лист бумаги и ручку. Да, мысли о заговоре меня не покидали, и я решила отправить наследному принцу записку, над текстом которой сейчас и думала.

Просидев так над пустым листком бумаги некоторое время, я решительно вывела, стараясь сделать почерк неузнаваемым:

«Ваше Высочество, ставлю вас в известность, что Гавриил Мильский, со своим сыном и неким лордом, замышляют заговор против Вас и именно они постарались, чтобы отравленный кинжал оказался у Вас в покоях. Баронесса нарушила их планы, но они могут повторить попытку. Убедиться в моих словах Вы сможете, если допросите Гавриила Мильского. Доброжелатель.»

Запечатала анонимку в конверт, пока не передумала и написала адресата.

Ну, все, теперь моя совесть чиста, дальше дело за тобой, индюк напыщенный.

С этими мыслями легла спать, намереваясь на следующее утро, когда мы пойдем по магазинам, занести письмо на почту и отправить.

Я очень надеялась, что моя анонимка обязательно привлечет внимание наследного принца, даже если он и не поверит сразу, но зерно сомнения она в нем зародит, а, следовательно, все равно решит проверить информацию.

А если еще и проверит опекуна на местном «Полиграфе», то тут опекуну и придет кирдык. И как итог, я избавлюсь от опеки этого человека, и крестьяне вздохнут спокойно… Больше никто не будет их притеснять и за их счет набивать себе карманы…

В общем, я возлагала большие надежды на свою анонимку и предвкушала как перекосит опекуна, когда за ним придут Имперские дознаватели… С этими мыслями я и заснула, счастливо улыбаясь, а утром встала рано, бодрая и веселая.

Весь день пролетел в хлопотах. Сначала отправила анонимку, потом мы пробежались по магазинам, где я запаслась канцелярией и тетрадками, потом были магазины одежды, где я прикупила несколько простых платьев, потом запаслась средствами гигиены. В общем, вещей собралась приличная сумка и вечером парни проводили меня в Академию.

Занятия должны были начаться через день, но я планировала уже обустраиваться там, да и на территории Академии я чувствовала себя более защищенной, чем в той же таверне в городе.

Общага только начинала заполняться адептами, в коридоре слышались шаги, хлопанье дверей, разговоры и я валялась на кровати с книгой в руках и радовалась, как маленький ребенок тому, что мне удалось осуществить задуманное.

Дождавшись, когда голоса в коридоре стали стихать и адептки успокоились, подхватила полотенце и банные принадлежности и прошла в душевую, где долго стояла под теплыми струями воды, а когда вернулась в комнату, замерла на пороге в удивлении.

На моей кровати развалилась Хель и вид у неё был несколько «потрепанный». А еще удивительнее было увидеть, что и свою косу она сбросила на соседнюю кровать, хотя до этого никогда с ней не расставалась.

Увидев меня, она подскочила с кровати и торопливо выдала:

— Долго же ты купаешься! Давай, одевайся, мне помощь нужна по твоему профилю…

Глава 37

Рэйнар

Никто не предполагал того, что случилось с моим отцом. В один миг ему стало плохо, и он потерял сознание за ужином. Вызванный лекарь не смог сразу ничего сказать, предварительный диагноз поставил «сердечная недостаточность».

Да, отец перед этим схватился за сердце, как говорит мама. Жаль, меня тогда с ними не было, мотался по знакомым мне местам, пытаясь найти следы беглянки… Вот не пойму только, на кой мне это надо было??? Вроде все сказал Мильской правильно, а ощущение, что натворил жести…

Известие про отца застало меня в дороге, и я сразу вернулся обратно. Его состояние ухудшилось, и наш хваленый Имперский лекарь не давал никаких положительных прогнозов.

На мой вопрос, может ли это быть отравление, он