Лекарство для преступника - Николь Найт

А последние несколько недель, пока я подменяю команду травматологов, были просто потрясающими. Я чувствую, что наконец на своём месте, что у меня есть шанс доказать, на что я способна, и заслужить своё место здесь. И к тому же, всё прекрасно с Романом и Тайем, я счастлива, как давно не была.

Мало что может испортить мне настроение, но когда я сажусь на короткий перерыв и звонит телефон, настроение сразу падает.

Папа.

Я даю звонку прозвонить пару секунд, пытаясь решить, отвечать или нет. Могла бы проигнорировать, но всё равно придётся перезвонить. По крайней мере, если я на работе, у меня есть оправдание, чтобы быстро завершить разговор. С неохотой нажимаю «принять».

— Привет, папа!

— Привет, Мэдди, — звучит странно бодро. — Надеюсь, не отвлекаю тебя.

Я закатываю глаза и отодвигаю кипу документов перед собой. — Вовсе нет. Как дела?

— Отлично! Занят подготовкой к церемонии награждения и вечеринке в эти выходные. Ты же приедешь, верно?

О боже. Я бью ладонью по лбу. После того как Джейк упомянул об этом, я отложила это в сторону, и совсем забыла. Обычно мне нужны месяцы, чтобы морально подготовиться к поездке домой, а у меня остались примерно сутки до вылета, если я хочу успеть. Лететь домой в эти выходные — это мучительно, но я знаю, что мне никогда не простят, если я пропущу.

— Конечно, приеду, — отвечаю, открывая билеты на компьютере. — Ни за что не пропущу.

— Отлично! — говорит он. — Джейк немного рассказывал о твоей новой работе. Мне интересно узнать подробности. Не могу представить, что у тебя есть время на вторую работу с таким напряжённым графиком в St. Joe's.

Технически, у меня сейчас даже нет официальной работы, но я не собираюсь вдаваться в детали. — Ну, график нестандартный, так что всё как раз сходится.

— Знаешь, если бы тебе нужны были деньги, ты могла бы попросить маму и меня.

Я сдерживаю смех. Конечно, могла бы, но это означало бы признание поражения, а к тому же наверняка привело бы к миллиону условий, включая переезд домой и отказ от трека по травматологии.

Я хочу это ему сказать, но не делаю этого. Нет смысла начинать спор, который я точно проиграю. Иногда кажется, что папа хочет, чтобы я потерпела неудачу, чтобы доказать, что он правильно решил и дал места в Сент-Луисе моим братьям.

И я даже не смею упомянуть, что у меня есть сомнения насчёт всего этого, потому что это будет ещё одним доказательством для него, что я не создана для этого.

— Дело не в деньгах, папа. Я многому учусь, и любой опыт — это полезный опыт, верно? — надеюсь, он не услышит горечь в моём голосе.

— Верно, — говорит он. — В любом случае, ждём тебя в эти выходные. Мы с мамой ужинаем в пятницу вечером. Ты справишься с такси от аэропорта, да?

— Да, разберусь. Пока, папа.

— Пока, Мэдди.

Я кладу телефон на стол и тру виски. Не понимаю, почему он так действует на меня, но это происходит каждый раз. Как будто я жду от него большего, чтобы потом разочароваться. Глупо постоянно себя так настраивать. Я с ужасом думаю о выходных; празднование очередного достижения отца кажется хуже, чем хождение по раскалённым углям. Но как послушная дочь, я пойду.

Жаль, что я не могу взять с собой Романа для отвлечения. Единственное, что они будут ненавидеть больше, чем если я не приеду, — это если я приеду с парнем, о котором они ничего не знают. Особенно с одиноким отцом с татуировками и личной неприязнью к ним.

— О, Мэдисон, я так рад, что застал тебя. У тебя есть минутка?

Я поднимаю взгляд и вижу перед собой доктора Бауэра. Да уж, прощай хорошее настроение.

— Привет, доктор Бауэр. Конечно, что случилось?

— У меня хорошие новости. Мне позвонил коллега из нашего филиала в Лос-Анджелесе. Ты знаешь, тот, что ведёт программу Fast Track? — он садится рядом со мной.

— Конечно.

— Он сообщил, что открывают два дополнительных места в программе, и спросил, есть ли у нас хирурги, которых можно порекомендовать. Я назвал твоё имя.

— Т-так вы…?

Бауэр кивает. — Я отправил ему твоё резюме, и он был в восторге. Предложил работу сразу.

Я резко вдыхаю, удивлённая. Три недели назад мне приходилось умолять его дать работать хоть с какими-то травмами, а теперь он рекомендует меня для одной из лучших программ в мире? Я должна быть на седьмом небе от счастья. Это именно то, чего я хотела, но что-то кажется странным, и я не могу избавиться от ощущения тревоги.

— Вау… здорово! А почему открыли дополнительные места? — спрашиваю. Обычно так не бывает. На такие программы подают заявки за годы, и новые места не открывают просто так без финансирования и ресурсов. Всё это не происходит само собой.

Тем более, я стала осторожнее с Бауэром после того, как узнала о случившемся с Романом. Слишком совпадение, что всё это совпало так скоро после того, как доктор узнал о нас с Романом.

— Точно не знаю, но это не важно. Это невероятная возможность. Я подготовлю документы для перевода.

— Сколько у меня времени, чтобы принять решение?

Спешка тоже вызывает у меня сомнения. Они ведь сейчас как раз посреди цикла — с чего бы им вдруг набирать новых людей?

Доктор Бауэр странно смотрит на меня.

— Решить? Что ты имеешь в виду?

— Сколько у меня есть времени, чтобы решить, принимать предложение или нет?

Его глаза расширяются, будто я сказала что-то немыслимое. — Мэдисон, от такого не отказываются. И я очень надеюсь, что ты не собираешься отказываться из-за своих отношений с мистером Моланари.

— Дело не в…

— Это невероятная возможность, Мэдисон. Если ты её не примешь, можешь поставить крест на своей карьере, — его взгляд жёсткий, не оставляющий места для возражений. Я не понимаю, почему он так настойчив и откуда вдруг такая забота. Он прав — возможность действительно выдающаяся, но из-за этих сомнений мне трудно радоваться. Возможно, я просто зря себя накручиваю.

Как бы там ни было, Бауэр и мой отец — одного поля ягоды, и я знаю, что сегодня это спор, который я не выиграю.

— Вы правы. Спасибо, что порекомендовали меня.

Он кивает.

— Как только смогу, подготовлю документы. А пока у меня есть несколько первокурсников, которым нужно пройти практику в отделении неотложки, а у меня нет времени. Они будут следовать за тобой сегодня.

Я сжимаю губы в тонкую линию. — Замечательно.

Он машет рукой группе студентов. Все трое выглядят