Подарок для дракона, или Истинная в розыске - Элиза Маар

— Мира…

Зрение было размытым из-за слез. Я увидела подругу, парящей в воздухе неподалеку от Эльмы. Попыталась еще раз привстать на локтях, и опять упала, из-за чего стекло впилось глубже, заставив меня вскрикнуть.

На несколько мгновений я, кажется, потеряла сознание, потому что когда снова смогла видеть, Мира уже лежала у камина и не двигалась, а огонь жадно пожирал занавески и перебрасывался на мебель. Эльма смотрела на меня. Она все еще была тенью, но, клянусь, точно улыбалась, наслаждаясь моими мучениями.

Все, что происходило дальше, я не воспринимала как должна была. Что-то видела, что-то слышала, но все было смутно. Будто нереально. Наверное, я начала бредить, потому что слышала голос Дарена, которого тут точно не было. Боли уже не чувствовала. Дым, проникая внутрь, травил и уничтожал страх. Пропадало и желание сопротивляться.

Все было кончено. В самых ужасных моих кошмарах я попадала в лапы Орма. А вот такого даже представить не могла. Еще несколько часов назад я была счастлива, наслаждалась жизнью и строила планы на будущее, в которое верила. Теперь его у меня отняли.

Из-за меня погибла Мира… Я больше не увижу ни ее, ни Дарена, ни Фели, ни Льдинку. Я больше ничего не почувствую. Больше ничего не будет. А я всего лишь хотела жить…

— Злата! Злата!

В последние мгновения своей жизни я видела Дарена. И слышала его голос. Поэтому не чувствовала, что умираю одна.

Глава 39

Отчаяние

ДАРЕН

Я опоздал. Я. Опоздал.

От отчаяния хотелось быть. В груди болело настолько, что дышать едва мог. Злата… моя Злата… Неужели это все?

Еще несколько часов назад я держал ее в своих руках, слышал ее голос и смех, вдыхал запах, любовался ее улыбкой, а сейчас… Сейчас она, возможно, была на пути в Надлунный мир.

Я опоздал…

Когда Льдинка появилась, я не спал. Ночью в гости наведался Арагон. Его неожиданное появление не сулило ничего хорошего. Я был готов к тому, что он привел по наши с Фели души кого-то, но он пришел с предупреждением. Кто-то из моих близких был в опасности. Я бы не поверил, не увидь страх в его глазах. Я сразу понял, что он переживал за Элоану, боялся, что это ее он увидел в пожаре.

Арагон был сильным драконом. Отец и Марос считали иначе, но они всегда признавали только грубую силу и магию рода. Арагон слышал то, что не слышали другие, видел то, что было недоступно никому.

Его магия не была связана со стихиями, как у всего нашего рода, и, хотя это лишало Арагона возможности взойти на престол, его это нисколько не тревожило. Он наслаждался жизнью, использовал свои влияние и дар, уничтожал врагов, становился могущественнее и сильнее. Только благодаря своему дару он и нашел меня с девочками.

Появление Льдинки подтвердило правдивость его видения. В опасности была Злата…

Все, что произошло позже, казалось мне кошмаром наяву. Я не помнил, как добрался до дома Златы, который уже был в огне, но остро запомнил мгновения того, как ворвался в горящее здание. Такой ужас я испытал лишь однажды — когда чуть не потерял Фелицию.

Потушить огонь не вышло бы, он был колдовской. Даже Льдинка ничего не смогла сделать. Черная магия повелевала им и заставляла пожирать дом. И тех, кто был внутри. Это было просто чудо, что огонь лишь едва-едва коснулся Миры и Златы.

Мирабель из огня вытащил Арагон, который отправился вместе со мной, я же подхватил Злату на руки и собирался выбежать из дома следом за братом, как услышал истошный крик, и дверь захлопнулась. Впереди нее взмыла стена племени.

Мы оказались в ловушке с тем, что хотело убить девушку. Держа ее на руках, я окружил нас воздушным куполом, чтобы не проникал дым, и не трогал огонь. Но жар для человеческого тела Златы был слишком сильным.

Нужно было обратиться, наплевать на то, что таким образом я мог раскрыть себя перед другими, если бы меня увидели, но я боялся, что наврежу девушке. Эта заминка и стоило мне слишком дорого. Та нечисть, что подожгла дом, явила себя. Она все еще была здесь, потому что не смогла бы уйти, и нас отпускать не собиралась.

Я сделал то единственное, что мог — сорвал с шеи печать, которая скрывала магию рода, и выпустил ее наружу. Только так удалось уйти живыми. Теперь лишь вопрос времени, когда отец почувствует меня.

Накопившиеся эмоции, наконец, взяли верх, и я взорвался. Магия уничтожила почти все, что было в комнате, когда я перевернул стол, на котором некоторое время назад лежала Злата. Глаза горели, а ком в горле душил. Хотелось уничтожать. Убивать.

Не знаю, что бы случилось, не появись Старшая жрица. Я бы обратился и сжег все, что смог бы. Я ненавидел весь мир. И себя тоже. Из-за меня женщина, которая мне была дорога, в которой я видел друга, возлюбленную и жену…

— Она выдержала.

— Что? — я не поверил в то, что услышал.

Тонкие губы жрицы растянулись в мягкой улыбке.

— Процесс исцеления завершился удачно.

От облегчения я чуть не рухнул на колени. Мира уже давно была исцелена, и ее жизни ничего не угрожало, а вот Злата… Я боялся, что она не переживет исцеление, ведь не зря же ее из этой комнаты, где их вместе с Мирой исцеляли, перевели к источнику, который поддерживал магию в храме.

— Эта девушка боец, до последнего боролась со смертью. Без ее магии все завершилось бы… плачевно, но… она справилась.

— Я… Я могу ее увидеть?

— Да, Злата пришла в сознание.

Я поспешил за жрицей. В ушах шумела кровь, и я не слышал ничего, кроме бешенного стука сердца. Когда оказался в дверном проеме и увидел Злату, сидящую на каменном столе, целую и невредимую, резко остановился.

— Злата…

Ее голова метнулась в мою сторону, и наши взгляды встретились. Больше ожогов не было, но там, где они повредили тело, кожа была розовой и, наверняка, болела.

— Дарен…

— Злата…

Я сорвался с места, но когда уже был совсем рядом с девушкой, резко взлетевшая Льдинка преградила мне путь. Паря в воздухе, она хмуро покачала из стороны в сторону коротким пальчиком.

— Я в порядке, крошка. — хриплым голосом сказала Злата.

— Ур. — велела она мне спустя несколько секунд раздумий.