Замуж за врага. Лишняя в его доме - Екатерина Гераскина

Снова отвернулся… и пошёл в сторону ничего не понимающего казначея. Тому уже кинулась помочь целительница, что прибыла из города.

Я перехватил его за горло. Было плевать на его возраст. Если он воспитал такое дерьмо — то ответит за него.

Кроме того, я вытрясу из него всё за его грешки. Припомню всё!

— Мой глава… я не понимаю… что… что сделал сын…

— Родился на свет, очевидно.

— Лорд, пощадите. Это всё ложь, не знаю, почему что вам сказали, но мой мальчик невиновен.

— Твой мальчик, — я скривился от этого слова, — убил мою жену, и только чудом моя дочь выжила. Он убийца и предатель. Когда я найду его — выпотрошу и повешу на площади, чтобы каждый знал, что будет, если предать меня.

— Но… но…

— И ты тоже понесёшь наказание. Твой род лишается земель, утрачивает статус.

— Но… это всё ложь. Надо разобраться.

— Я здесь и обвинитель, и судья, и палач. Ты думаешь, я не знаю, что ты, старый прохиндей, воровал из казны, что спелся с Айлорой? Ты был на волоске, и сейчас ты перешёл черту. Никто не смеет гадить в моём доме.

Я дотронулся до его лба и, прочитав заклинание, выжег на теле знак предателя. А потом оттолкнул в сторону своего воина.

Все круглыми глазами смотрели на меня.

— Каждый, кто повинен в предательстве, будет наказан по всей строгости.

Я обвел взглядом всех, кто был рядом.

— Но, глава, это возможно слишком… — вскрикнул Ториан, старый безопасник, спешил ко мне. Он не понимал, что сейчас тоже был на волоске от гибели. Мой дракон желал крови. — Я жду от тебя доклад, как наше защищённое поместье превратилось в руины. И постарайся быть убедительным.

— Но, лорд, — нахмурился безопасник, — демоны напали внезапно.

— Даже демоны, — я подошёл к нему близко, — даже они не смогли бы так быстро проникнуть в защищённое моими щитами место.

— Но их магия была сильна. Наша магия едва ли могла потушить пламя.

Я рассмеялся зло и яростно.

— Я обвёл взглядом своих воинов.

— То есть ты, лорд Ториан, хочешь сказать, что каждый из воинов, охранявших мою семью, столь ничтожен, что не знает, как надо действовать в случае внезапного нападения, и не способен объединиться и затушить даже демонический огонь? Так зачем тогда мне такие воины? Может быть, мне стоит от них избавиться, м?

— Лорд… воины отбили нападение.

— Вы все, — я поднял свой клинок и обвёл взглядом воинов. — Должны были не только отбить нападение, но и спасти клановое поместье. А тот, кто предал и провёл демонов в дом, будет висеть на одной площади с предателем Райаном.

— Но…

— Заткнись, Ториан. Ты уже наговорил достаточно. Я делаю вывод, что ты засиделся на своём месте. Я жду от тебя действий, и если пойму, что ты недостаточно хорошо выполнил мои приказы, займёшь почётное третье место рядом с предателями.

Ториан побледнел и склонил голову. Я снова обвёл воинов взглядом. Аристократы и слуги прятались за их спинами. Я указал мечом на отряд из шести драконов.

— Вы отправляетесь на поиски предателя, — те слаженно кивнули. А потом я отдал другой приказ для всех. — Каждый из вас напишет мне подробный отчёт: кто и где был, когда всё произошло, что видел и чему стал свидетелем. И постарайтесь сделать это подробно, потому что если мне не понравится…

Договаривать не стал каждый понял меня.

— Выполнять!

И воины сорвались с места.

— Остальные за разбор завалов.

Я раздал ещё приказы. Все кинулись их безоговорочно выполнять.

А потом я поднял голову и уловил, как в небе, заводя вираж, приземляется старый дракон.

Его чешуя потемнела от времени: не блестящая, иссечённая рубцами, трещинами и следами старых заклинаний. Цвет её уже трудно было назвать однозначно: что-то между сталью, пеплом и серебром. Каждая пластина несла на себе отпечаток прожитых лет.

Это был учитель.

Крылья опустились тяжело, с глухим звуком, будто рухнули каменные стены. Перепонки — прожжённые, местами заштопанные грубой магией — дрогнули и сложились. Когти вонзились в почерневшую землю, и от этого прикосновения пепел взметнулся в стороны.

Он обернулся. Был взъерошен и взволнован. Окинул меня взглядом.

Я кивнул слуге, который должен был отправиться к матери, чтобы та ждала нас и подготовилась встречать меня в Герсте вместе с отрядом.

Подошёл к нему.

— Кай!

— На нас напали демоны...

Пришлось пересказать всё, что произошло.

Но на словах о Каллисте больно сжалось моё чёрствое сердце, то, которое перестало биться и лишь недавно вновь ожило. Это была не любовь — нет. Потому что я давно забыл, что такое любовь. Это ненужное, делающее меня слабым, чувство.

Но я видел в ней то, чего не видел в других. Мы могли бы стать друзьями, соратниками, просто уважать друг друга.

Старик замер, услышав мои слова. Не просто остановился — окаменел. Его рука, уже потянувшаяся ко мне, медленно опустилась. В глазах что-то дрогнуло, потухло… а потом вспыхнуло так ярко, что мне стало ясно — сейчас он сдерживается из последних сил.

— Демоны… — глухо повторил он, словно пробуя слово на вкус. — В самом сердце поместья?

Я кивнул.

Он резко выдохнул, прошёлся ладонью по лицу, сжал пальцами бороду так, что кольца на ней жалобно звякнули. Старик отвернулся, будто не хотел, чтобы я видел выражение его лица.

Повернулся ко мне снова. В глазах — ярость. Чистая, кристальная, смертельно холодная.

Он закрыл глаза. Всего на мгновение.  Потом резко поднял на меня взгляд.

— Она закрыла Шани?

— Да.

— Я хочу поговорить с девочкой…

А потом он поспешно ушёл. Я видел, как учитель присел перед Шани на колени, взял её ладошки в руки и о чём-то тихо расспрашивал дочку.

Я же следил за людьми во дворе и ждал свой отряд из столицы.

Прошло время, и я заметил, как учитель