Арон. Бывший для истинной - Ника Горская

Шансов помочь ей у меня практически нет.

Но я решаю попробовать. Всё равно ведь хуже не будет. Правда?

— Пэтти, послушай меня. Я могу попробовать тебе помочь. Шанс спасти твою ногу небольшой, но он есть. Но для этого мне нужно твоё согласие.

Девушка продолжает лежать без движения.

— У тебя есть кто-то ради кого ты хотела бы жить? — пытаюсь вызвать у неё чувства пусть не к себе, но к кому-то близкому или родному.

— У неё из родни только бабушка.

Глубоко вздыхаю, слыша тихий голос женщины рядом.

— Пэтти, ты её хоть немного любишь?

Тишина.

— Может поборешься, ради неё.

Сначала я слышу всхлип. Он настолько тихий что сначала даже кажется, будто мне это почудилось, но он повторяется.

— Я ничего тебе не обещаю, но на твоём месте воспользовалась бы любой возможностью стать здоровой.

И её срывает…

Пэтти зарывается лицом в подушку и начинает рыдать.

Незаметно выдыхаю. Слёзы это первый шаг на пути к исцелению.

Снова сажусь на край её кровати и поглаживая девушку по спине начинаю говорить.

— Я сегодня приготовлю специальный отвар, а завтра принесу его сюда и ты должна будешь его принимать на протяжении всего дня. Я скажу в каком количестве. Так же я сделаю тебе на ногу компресс из трав. Но перед этим ты должна поесть. Я не знаю, как может повлиять отвар на твой голодный желудок. Может открыться рвота и тогда всё окажется зря.

А вот тут я намеренно обманываю. Во благо.

Отвар, который я собираюсь приготовить абсолютно безвреден и легко усваивается в любом состоянии, но как по-другому заставить Пэтти поесть я не знаю.

Она перестаёт плакать. Поворачивается ко мне и шмыгая носом затравленно смотрит.

Молоденькая совсем.

Ей, наверное, и шестнадцати лет нету.

— Обещаете, что попытаетесь спасти мою ногу? — тоненьким голоском задаёт вопрос.

— Обещаю. Можешь поверить мне на слово. Только сначала обед. — киваю головой на тарелку с супом, который скорее всего уже остыл, но лучше уж так чем вообще ничего.

Пэтти неуклюже передвигается ближе к тумбе, дрожащей рукой берёт ложку, зачерпывает ею суп, после чего отправляет его в рот.

Мы вместе с её соседкой замираем, боясь пошевелиться, лишь бы только не спугнуть девчушку, которая ещё дважды повторяет свои действия и положив ложку на тумбу, снова отсаживается подальше.

— Больше не могу.

— Ладно, ты молодец.

Понимаю, что заставлять её съесть ещё бессмысленная затея, поэтому довольствуюсь малым, про себя думая, что это уже большая победа.

— Меня зовут Рада. — запоздало представляюсь я. — Я сейчас уйду делать свою работу, но я вернусь к тебе завтра утром. Но сейчас тоже с тебя возьму обещание, что ужин ты съешь. И не три ложки.

В ожидании смотрю на неё.

— Ладно. — с небольшой запинкой отвечает она.

— Всё будет хорошо. — напоследок говорю я, хоть сама не до конца в это верю.

Возможно с моей стороны неправильно вселять в эту девушку надежду, но и молча смотреть на то, как она угасает я тоже не могу.

Бросаю взгляд на женщину так и сидящую напротив, которая смотрит на меня широко открытыми глазами, и иду на выход.

До конца своего рабочего дня думаю о Пэтти.

Снова и снова мысленно повторяю состав необходимых для отвара трав.

Приблизительно полгода назад, в моей прошлой жизни, соседский мальчик поранил руку. Рана быстро начала гноится, и его родители обратились ко мне за помощью. Я отпаивала мальчика таким же отваром, и его рука довольно быстро зажила.

Но я тут же думаю о том, что возможная ампутация и гнойная рана не одно и то же.

Вечером ухожу чуть раньше обычного, потому что хочу зайти на местный рынок чтобы поискать нужные мне травы.

Сначала долго хожу между рядами, высматривая нужные мне составляющие будущего отвара и лишь когда определяюсь с выбором вспоминаю что у меня нечем оплатить покупки.

От отчаяния хочется плакать.

— Могу вам чем-то помочь? — спрашивает у меня один из продавцов.

— Да, мне нужны вот эти травы, но у меня с собой нет денег.

— Вы же невеста нашего лидера, Арона Канта? Я прав?

С удивлением смотрю на него.

— Да.

— Тогда для вас тут всё бесплатно.

Чувствую одновременно и неловкость, и радость от того, что я всё же сделаю то, что пообещала Пэтти.

— Спасибо вам. Я попрошу Арона, чтобы вам передали деньги за мои покупки.

— Не вздумайте. Ничего не нужно.

Молча указываю ему на нужные мне травы. Мужчина тут же собирает всё в большой бумажный пакет и передаёт его мне.

— Господину Канту моё почтение.

— Благодарю вас.

Домой возвращаюсь довольно поздно.

Переодеваюсь в домашнюю одежду и спускаюсь в кухню. Пока иду про себя молюсь чтобы там никого не было. И кто-то свыше услышал меня, потому что в кухне даже свет не горит.

Беру большую кастрюлю, наливаю в неё воду и ставлю на огонь. После того как вода закипела бросаю в неё в определённой последовательности травы. Постоянно помешиваю.

Через час после сильного кипения убавляю огонь и накрываю кастрюлю крышкой.

— Фу, что за вонь. — раздаётся за спиной раздражённый голос Торин.

Оборачиваюсь и смотрю на неё.

Стоит отметить, что она всё время стремится выглядеть хорошо. Даже сейчас, когда уже почти ночь на ней красивое платье, явно не домашнее. Волосы уложены в замысловатую прическу.

Это она так Арона стремится впечатлить?

Эти мысли неприятно отзываются во мне.

— Пока тебя тут не было не воняло. — отвечаю я.

Знаю, что с моей стороны глупо реагировать на неё, но сдержаться от колкости я не в силах.

Торин не скрываясь демонстрирует мне свою ненависть.

— Твои попытки казаться остроумной смешны.

Почему мне всё время хочется оттаскать её за волосы?

— Как и твои: пытаться соблазнить моего мужчину. — слова вырываются из меня раньше, чем я успеваю их остановить.

От своей импульсивности хочется застонать в голос.

Торин сначала удивлённо вскидывает брови, затем растягивает губы в победной улыбке.

— Это хорошо, что ты в курсе. Не придётся играть перед тобой роль примерной девочки.

— Ну да, твоего таланта хватит только на одного зрителя.

— Всё правильно. Хорошей я должна быть только для Арона.

Мысленно уговариваю себя не поддаваться на провокации.

— Выйди отсюда. — ещё минута и она может о многом пожалеть.

— Не командуй. Прошу заметить, что это такой же и мой дом. Не веришь, спроси у Арона.

— Пошла вон. — не повышая голоса говорю я.

Она улавливает исходящую от меня угрозу моментально, поэтому хоть и нехотя, но всё же уходит.