Арон. Бывший для истинной - Ника Горская

Через минут двадцать, за которые успеваю мысленно не один раз четвертовать Торин, снова помешиваю отвар понимая, что он почти готов.

— Чудодейственное или губительное?

Вздрагиваю оборачиваясь.

— Что?

С недоумением смотрю на приближающегося ко мне Арона.

— Зелье твоё.

— Как смешно. — говорю и снова смотрю в кастрюлю.

Хотя он отчасти прав. Именно так со стороны всё и выглядит.

— И не думал смеяться.

Отключаю огонь. Беру специальную ёмкость, сверху кладу ситечко и сцеживаю отвар.

— И что ты делаешь?

Задумываюсь над ответом, потому что совершенно не хочу говорить ему правду, помня его слова о том, что моих знаний недостаточно для того, чтобы помогать лекарю.

Но от ответа меня избавляет Торин.

Она за Кантом по пятам ходит что ли?

Ненормальная.

— Ой и вы тут. Рада, ты что-то готовишь?

Делает вид будто мы не виделись с ней здесь же меньше, чем полчаса назад.

Её умению лицемерить можно только позавидовать. Я вот так не умею, поэтому старательно игнорирую её.

— Извините. Я опять невовремя?

И голос такой жалобный. Не знай я её расплакалась бы от умиления.

Закрываю ёмкость крышкой и отставляю в сторону.

— Не говори глупости, Торин. Проходи. Ты что-то хотела?

— Да, что-то чувствую себя неважно. Рада, приготовь мне чай, пожалуйста.

Вот же гадина.

Продолжаю делать вид что её тут нет.

Хотя в данной ситуации было бы правильнее играть по её правилам. Я ведь понимаю, чего она добивается. Она хочет показать Арону какая она хорошая, а я самая настоящая змея, обижающая милую девочку Торин.

Но как я уже заметила лицемерие не мой конёк.

— Рада, занята. Я сам сделаю.

— Спасибо, Арон. Ты самый лучший.

Я разве что зубами не скриплю от злости.

Беру следующую ёмкость, меньшего размера, и перекладываю туда кашицу из варёных трав, закрываю крышкой.

В кухне никто больше не нарушает молчания.

Мою кастрюлю и убираю её в шкаф.

Беру обе ёмкости и выхожу из кухни.

Поднимаюсь в свою комнату слыша за спиной шаги.

Даже не видя, я знаю, что это Арон.

Только что ему ещё от меня надо?

Ускоряюсь, хоть и понимаю, что сбежать от Канта не получится.

Открываю дверь, захожу в комнату, а вот закрыть не успеваю.

Арон уверенно проходит внутрь вместе со мной.

— Чего тебе?

Знаю, что звучит грубо, но любезничать настроения нет.

— Рада, это что за поведение?

— Ты о чём? — включаю дурочку.

— Зачем так открыто показывать свою неприязнь к Торин?

— Ты реально не замечаешь, что она вешается на тебя?

— Не говори глупости. Это обычная девичья влюблённость. Я для неё сейчас самый близкий человек, поэтому она так реагирует на меня. Это пройдёт.

— Ты очень сильно заблуждаешься. Она не такая невинная и милая какой хочет тебе казаться. Со мной она совсем другая.

— А может это ты видишь её другой?

Смотрю на него и понимаю, что этот разговор не имеет смысла. Он верит в то, что сейчас говорит. Его чувство вины перед почившим воином слишком велико.

— Может. А теперь выйди, я собираюсь лечь спать.

Какое-то время молча прожигаем друг друга взглядами.

Арон отводит его первый, громко выдыхает и развернувшись покидает мою комнату.

Иду в душ. Как не стараюсь успокоится не получается.

Если эта мелкая поганка умудрилась за один день вывести меня на эмоции страшно представить, что будет если она станет тут жить.

Этого нельзя допустить…

Глава 30

Рада

— Доброе утро, Пэтти. — здороваюсь я с девушкой, как только вхожу в палату.

— Ой, Рада. Доброе утро.

Она тут же вскакивает с места и смотрит на меня с надеждой. Видно, что ждала меня.

Улыбаюсь ей, прохожу в палату и ставлю принесённые с собой ёмкости с отваром и кашицей из трав.

Мне нравится живость Пэтти.

Это означает, что настрой у неё правильный.

— А вы уверены в том, что делаете? — подаёт голос, уже знакомая мне, соседка Пэтти по палате. — Всё-таки ситуация серьёзная, а вы тут её травками лечить собираетесь.

От её слов девушка заметно сникает и мне за это хочется отчитать женщину, но в какой-то степени я понимаю её беспокойство.

Но в сложившейся ситуации лучше воспользоваться любым шансом. Тем более мой метод лечения не несёт большей угрозы, чем отказ Пэтти от лечения вовсе.

— Не беспокойтесь. Всё будет хорошо. — справившись с эмоциями, говорю я обращаясь к нахмурившейся женщине. — Как вас зовут?

— Лоренс я.

— Лоренс, мне нужна будет ваша помощь.

Она подозрительно щурит взгляд, но не противится сразу.

— Я сейчас буду наносить компресс на ногу Пэтти, а вы придержите её.

— Ногу или Пэтти? — растерянно спрашивает она.

— Ногу Пэтти. — отвечаю с улыбкой, пытаясь тем самым снизить градус возникшего напряжения.

Женщина раздумывает несколько секунд, но видимо поняв, что в моей к ней просьбе нет ничего страшного или противозаконного, соглашается.

— Хорошо. Если Пэтти не против.

— Я не против. Спасибо. — подаёт голос девушка.

Надежда, переполняющая её взгляд выворачивает мне душу. Я очень боюсь её разочаровать.

Делаю несколько глубоких вдохов.

Подхожу к умывальнику и дважды мою руки со специальным средством. После чего вскрываю упаковку с нужной мне лентой марли.

— Пэтти, ложись на кровать, на спину, и ни о чём не беспокойся.

Девушка тут же выполняет.

— Лоренс, сядьте у неё в ногах и когда я скажу будете придерживать Пэтти за ступни.

Я вижу промелькнувшую тень сомнения в глазах женщины, но она, не сказав ни слова делает как я сказала.

Подхожу к кровати, на которой лежит Пэтти и срезаю ножницами марлю с её ноги. Беру обеззараживающее средство, смачиваю специальный кусочек ваты в нём и аккуратно протираю повреждённую ногу девушки.

Все мои действия уверенные. Движения отточенные, несмотря на то что внутри у меня всё вибрирует от беспокойства и страха подвести эту милую девушку.

— Лоренс. — подаю я знак женщине выполнить озвученную мною ранее просьбу.

Она тут же берётся за ступни Пэтти и чуть сжимает их.

Специальной лопаткой раскладываю по марле кашицу из трав. Накрываю её ещё одним слоем марли и оборачиваю этой лентой ногу Пэтти.

— Ай. — вскрикивает она.

— Тебе больно? — замерев, спрашиваю я.

— Нет, прохладно.

Незаметно выдыхаю и продолжаю свои действия.

Через десять минут повреждённая часть ноги девушки плотно обернута несколькими слоями лечебной повязки.

— Спасибо, Лоренс. Ваша помощь больше не требуется. — говорю я и отхожу к раковине, чтобы помыть руки.

По большому счёту помощь Лоренс не понадобилась. Пэтти очень стойко вынесла все мои манипуляции. И хоть я старалась быть максимально аккуратной, всё же