Испорченная кровь - Кора Кенборн

дать тебе разрешение на этот счет. Судя по тому, как ты пялишься в свой телефон каждые пять секунд, твое отношение проистекает из того факта, что твои яйца находятся в банке у ветеринара.

Единственное, чего я от него добиваюсь, — это его средний палец.

Мерцание света в окне Талии привлекает мое внимание за ветровым стеклом. Не видя никакого движения, мое внимание возвращается к ЭрДжею и его непрекращающемуся прокручиванию. Порно, которое я мог бы проигнорировать… Но этот ублюдок нажимает на страницу контактов — Рэйчел Марлоу, как будто отправляет азбуку Морзе.

— Неприятности в раю?

— Отвали.

— Ты мой двоюродный брат, ЭрДжей — чертовски хороший лейтенант. Но не думай, что я не разобью эту бутылку о твой гребаный череп за то, что ты несешь мне всякую чушь.

Ритмичный тик челюсти — его единственный ответ. — Никаких проблем или рая. Просто тишина.

Вместо того, чтобы расстраиваться по этому поводу, cabrón должен принять это как подарок и двигаться дальше. Ему повезло, что мы были слишком заняты, разъезжая взад-вперед по Гудзону, чтобы я мог привлечь внимание к его постоянно растущим грехам бездействия. Действия моего заместителя в Тоскане в конечном итоге будут наказаны, так же как и признание Лолы относительно их договора об опасной связи о секретности.

Последнее я решил пока оставить в заднем кармане.

Всегда хорошо иметь козырную карту.

— Джанни Маркези держит ее под замком, и на то есть веские причины. Dios mío, ЭрДжей, ты тупой ублюдок. Ты знаешь, что она занята. Маркези пообещал ее руку при рождении.

— Только не Джанни, выдавливает он сквозь стиснутые зубы. — Ее дедушка. Этот ублюдок был таким же больным садистом, как и ты.

Я пожимаю плечами. Не тот холм, на котором я хотел бы умереть. Он прав. Алехандро Каррера и Марчелло Маркези были парой антихристов. Даже смерть не может остановить такого рода зло. Они, вероятно, уже свергли ад и организовали преступную группировку торговцев людьми на реке Стикс. Тем не менее, итальянские браки по договоренности, как правило, прочнее, чем глыба льда.

Не уверен, что у Джанни есть выбор. Он не может разорвать контракт, не начав войну.

— У каждого есть выбор.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Неважно. Качая головой, он смотрит на окно Талии, затем переводит свой снисходительный взгляд на меня. — Как долго ты планируешь играть роль говнюка-преследователя сегодня вечером? У меня есть дела.

Снова поднимая бутылку, я ухмыляюсь. — О? Например?

Чертыхаясь, он снова сжимает руками руль. — Иногда я действительно ненавижу тебя.

— Становись в очередь.

И очередь чертовски длинная, так что ему лучше принести стул и что-нибудь перекусить. Мне удалось оттолкнуть три четверти моих друзей и семьи. На данный момент весь фан-клуб Санти Карреры мог поместиться в задней части внедорожника.

Dios mío, мне нужен воздух.

Я вскакиваю с пассажирского сиденья прежде, чем в салоне вспыхивает свет, и захлопываю дверь под череду смешанных английских и испанских ругательств ЭрДжея. Все еще сжимая в руке бутылку Аньехо, я перехожу улицу, не сводя глаз с ее окна.

Где она?

Мы здесь уже три часа. Я знаю, потому что наблюдал, как она и ее телохранитель вошли внутрь после того, как проследовали за ними из кофейни в ресторан и, что удивительно, в тир. На этот раз я не так уж сильно возражал. Мысль о моей muñequita с руками, обхватившими рукоятку пистолета, целящейся намеренно...

Застонав, я снова открываю бутылку, чертовски надеясь, что это притупит мои чувства и мой член. Я наклоняюсь, чтобы поудобнее устроиться и немного ослабить давление, когда на стекле мелькает тень.

Это она.

Талия стоит у окна, прозрачные занавески не скрывают ее тела, когда она перекидывает футболку через руку, а затем тянется за спину, чтобы расстегнуть лифчик.

Иисус Христос.

Меня пытали многими творческими способами — резали, жгли, стреляли, один русский даже пытался казнить меня на электрическом стуле. Никто из них и близко не сравнится с жестокой агонией, которую испытываешь, наблюдая за непреднамеренным стриптизом Талии, зная, что я ни черта не могу с этим поделать.

Поэтому я наблюдаю за ней как за преследователем, в котором меня обвиняет ЭрДжей, пока она не проводит руками по своей груди, останавливаясь, чтобы потрогать пальцами соски...

Вот тогда я теряю самообладание.

Я, блядь, теряю самообладание.

Я на полпути к ее квартире, когда у меня в кармане вибрирует телефон. Слишком поглощенный собственной похотью, я отвечаю, не проверяя номер звонящего, предполагая, что получаю приглашение на частное шоу. Вместо этого я получаю разгневанного мексиканца с американским акцентом.

— Санти, как твой троюродный брат и, самое главное, твой единственный источник здравого смысла в эти дни, я настоятельно не советую тебе делать то, что ты собираешься сделать.

— Принято к сведению, — говорю я, завершая разговор.

Как и ожидалось, когда я подхожу к ее двери, меня встречает ирландский патруль киск.

— Она не хочет тебя видеть, Каррера, — рычит ее телохранитель.

— Это она тебе сказала?

Он бросает суровый взгляд вниз, туда, где бутылка покачивается в моих пальцах. — Ты пьян.

— Точно, но это все равно не отвечает на мой вопрос.

Очевидно, он не привык, чтобы ему бросали вызов. Сжав кулаки, он решительно делает шаг вперед. — Убирайся отсюда к чертовой матери!

— Нет, пока я не поговорю с Талией. Я иду ему навстречу, потому что я, блядь, ни перед кем не отступаю. Меня не волнует, что мы готовы подставиться под пулю из-за одной и той же женщины. Прямо сейчас он стоит у меня на пути.

Как только он тянется за пистолетом, дверь распахивается.

— Боже, Рис! Что здесь происходит? Это звучит как... Ее голос замолкает, когда она замечает меня, стоящего там. Мгновение спустя пугающе знакомая улыбка поворачивается в мою сторону.

Не совсем так, как я планировал, все пройдет, но вот мы здесь.

— Ты, должно быть, Элла, — говорю я, протягивая руку. — Я—

— Я знаю, кто ты, — отрезает она. Скрестив руки на груди, она смотрит на мои протянутые пальцы так, словно они вот-вот свернут ей шею.

Я узнаю препятствие, когда вижу его. Опускаю руку, перепрыгиваю рельсы и пытаюсь снова.

— Я вижу, моя жена все тебе обо мне рассказала.

— Да, моя сестра объяснила, как ты шантажом вынудил ее выйти замуж.

Я вижу, как эти двое связаны. Помимо поразительного физического сходства, Элла Сантьяго разделяет ту же яростную склонность своей сестры к защите. Однако что-то подсказывает мне, что старшая сестра Талии больше лает, чем кусается.

С другой стороны, моя жена...

Рис встает между нами, его руки