Ведьмочка в Академии Магов 1 - Оксана Гринберга

Ночка у них выдалась непростой.

– Посмотрим, как ты пройдешь полосу препятствий, – подойдя и смерив меня ненавидящим взглядом, заявил Хант. – Надеюсь, сломаешь себе шею, – добавил он, наверное, уже поняв, что навредить мне исподтишка не удастся.

И причина была не только в упырях, перебравшихся в кусты поближе – я спиной и затылком чувствовала идущие с той стороны их ледяные вибрации. И даже не в церберах, которых магистр Гор потрепал по затылкам, а я с радостным видом сообщила преподавателю придуманные мной собачьи имена.

Посмотрев на непередаваемую игру эмоций на лице светловолосого гиганта, я решила, что имена ему понравились.

Дело в том, что к нам на занятие явился сам декан, оставив своим студентам самостоятельную работу на кладбище. Пришел, чтобы посмотреть, как мы будем проходить полосу препятствий, так что мои ненавистники дурить в его присутствии не рискнули.

Вместо этого они принялись ждать, когда я сорвусь, грохнусь о землю и потеряю сознание, заодно свернув себе что-нибудь из конечностей. Повторю то же самое, что сделала в прошлый раз.

Потому что, победив в кроссе, я должна была отправиться на испытание первой.

– Мисс Дельвейн, я стану замерять время, – подойдя, произнес магистр Гор и показал мне часы с секундной стрелкой. – Надеюсь, сегодня все пройдет намного лучше, чем на предыдущем занятии. Скажите мне, когда будете готовы.

И я ответила, что всегда готова.

А потом под взгляды остальных, хотя куда больше меня вдохновлял взгляд одного-единственного – того самого, кого всего неделю назад я искренне ненавидела и считала причиной своих бед, – я взбежала на первое препятствие.

Вовсе не собиралась с него падать, зря на это надеялись соперники. Затем под взглядом темных глаз декана я ловко пронеслась по бревну, после чего спрыгнула – легко и, как я надеялась, грациозно.

– Гав! – сказал на это Пушок, бежавший с одной стороны бревна.

– Гав-гав! – одобрили меня еще и Котик с Зайчиком.

– Вперед, Александра! – скандировал второй курс.

Я неслась по полосе препятствий изо всех сил.

Прыгала, словно маленькая куница, по раскачивающимся перекладинам, ловко взобралась на деревянную стену по сделанным в ней прорезям; затем, нисколько не боясь испачкаться – хотя мне это не понравилось, – сиганула с самого верха в яму с водой.

Вылезла, грязная и злая, убирая мокрые волосы с лица, но поспешила дальше. Взлетела на очередное бревно, затем спокойно пробежала по противовесу, нисколько не испугавшись, когда он принялся опускаться.

Следующее испытание – узкая доска и несколько раскачивающихся грузов, которые раскачивалсам магистр Гор. Делал он это настолько интенсивно, что я с трудом успела уклониться от последнего и все же получила грузом по спине.

Команда Ханта радостно взвыла, но я не упала.

Наоборот, использовав полученное ускорение, перепрыгнула на предпоследнее препятствие. С него вскарабкалась вверх по канату, вспомнив одну из странных книг в Гржине, в которой утверждалось, что человек произошел вовсе не по велению Богов, а от обезьяны.

Наверное, в чем-то автор был прав, потому что на канат я взобралась со скоростью той самой обезьяны. Наконец прошлась по узкой жердочке, перекинутой между двумя высоченными стенками, на что внизу от страха принялись подвывать церберы.

Они боялись за меня. Но я не упала – вот еще!

Вместо этого ловко вцепилась в канат на другой стороне препятствия и на большой скорости съехала по нему вниз. Перестаралась, потому что поранила руки.

Но на этом полоса препятствий закончилась, и у финиша меня встречал не только магистр Гор, заявивший, что я показала лучший результат за все время его работы – две минуты пятнадцать секунд.

Был еще и Дарий Велвуд.

Стоял и смотрел сверху вниз на потную, мокрую и грязную меня. И от этого его взгляда мне почему-то стало тепло, а потом бросило еще и в жар.

Настолько, что даже кровь прилила к щекам.

– Я очень старалась, господин декан! – собравшись с мыслями и успокоив заполошно стучавшее сердце, сказала я. – И даже не жульничала, хотя мне это далось непросто.

– Вижу, – отозвался он. – Вы молодец, мисс Дельвейн!

Мне хотелось, чтобы он назвал меня по имени, но я понимала, что Дарий не может, потому что вокруг было слишком много посторонних. Набежали мои подруги: Гретта, откуда-то появилась Лианна, похоже, улизнув с занятий; прихромала Роуз со всем своим курсом – и принялись меня обнимать.

А вокруг бегали церберы. Подвывая, они норовили протиснуться в наш круг, но их не пускали, зато время от времени гладили по голове.

Тут еще завыли и из кустов.

Упыри жаловались на свою судьбу – похоже, они тоже не отказались бы от объятий, потому что искренне за меня болели. Но не могли и видели в этом вселенскую несправедливость.

А потом я столкнулась с взглядом Дария и внезапно осознала, что он тоже не отказался бы прижать меня к своей груди, радуясь за мой результат.

И не только за результат.

От этого понимания меня снова бросило в жар, затем в холод, после чего я повернулась к Гретте и сказала, что уже скоро наступит ее черед не подвести нашу девичью четверку.

Но сперва на полосу препятствий отправился Рей, финишировавший в забеге вторым. Я видела его лицо перед самым стартом – оно было белым от бешенства и разочарования.

Разочарования, потому что все оказалось не так, как предполагали парни и о чем они во всеуслышание заявляли в столовой и хвастали перед своими друзьями и прихлебателями.

По их словам, выскочка Александра Дельвейн и ее глупая девичья четверка будут дышать пылью из-под их ног, потому что они оставят нас далеко позади.

Зато теперь выходило, что они сами оказались в догоняющих.

Но они не догнали, потому что, пожалуй, оба перестарались – и Рей, и Хант. Понимали, что им нужно меня опередить, поэтому часто и глупо рисковали.

Некоторые места на полосе препятствий Рей прошел намного увереннее моего – этого у него не отнять, – потому что он был намного сильнее меня. Канат и стенки поддавались ему лучше, зато у Рея возникли серьезные проблемы с равновесием, и я подозревала, что причина крылась в съедавшем его разум гневе.

Он несколько раз срывался с бревен, один раз довольно громко приложившись об одно из них головой. Затем искупался в луже, неудачно спрыгнув со стены и растянувшись в ней так, что ушел в темную жижу с концами.

На этом его злоключения не закончились.

Рей еще