Связанные смертью - Синтия Иден

В ее глазах Алерак видел все свои мечты.

Видел ее.

Он выходил и толкался вновь. Снова и снова. Но на этот раз ритм не был грубым и неистовым. Не сейчас. Сейчас он железной хваткой сдерживал себя. Сейчас он хотел доказать, что может быть чем-то большим, нежели дикарем, теряющим голову от нее.

При каждом толчке он попадал прямо в ее точку наслаждения. Ее дыхание стало чаще, тяжелее. Ногти впились в его плечи. И она не отводила взгляд.

Член налился еще сильнее. Он вошел глубоко.

Поцеловал. Ласкал языком и губами, и она кончила, содрогаясь, ее лоно пульсировало вокруг его плоти.

Он замер, пока она кончала, упиваясь ощущением ее наслаждения. И лишь когда она утолила жажду, он вынес ее из душа. Ее ноги всё ещё обвивали его бедра. А он всё ещё находился в раю ее тела.

Он опустил ее на кровать.

— Алерак?

Он улыбнулся ей.

— Ты делаешь меня счастливым.

Таких вещей в этом мире было немного.

Джейн моргнула, и ее взгляд смягчился. Затем она улыбнулась.

— Ты тоже делаешь меня… счастливой.

Он поцеловал ее снова.

Снова начал двигаться в ней. Всё так же — не слишком жестко, не слишком дико. Он хотел, чтобы она кончила снова. Снова и снова, без конца. Он хотел показать ей всё, что мог дать. Хотел доказать, что их совместная жизнь может быть счастливой.

Если только она даст ему шанс.

Если только она перестанет его бояться.

Ее пятки впились в его поясницу.

— Алерак, я хочу всё.

И ее лоно сжалось вокруг него, нежные внутренние мышцы стиснули его крепче.

На мгновение он замер.

— Всё, — повторила она, и в ее голосе прозвучало чувственное требование. Затем она выгнулась навстречу.

Он просунул руку между их телами. Ласкал ее, надавливая именно там, где пульсировало ее желание.

Он заставлял себя держать себя в руках. Заставлял…

Она кончила.

Он взорвался. Нет, его контроль рассыпался в прах. Теперь он толкался быстро и яростно, полный решимости завладеть ею, каждой частичкой ее существа. Когда наслаждение нахлынуло, оно поглотило Алерака, стирая прошлое и будущее. Стирая всё.

Кроме его Джейн.

«Ты делаешь меня счастливым».

Он будет биться за это счастье. Сразится с сотней вампиров. Убьет любого зверя на своем пути.

Лишь бы этот путь вел к ней.

***

Он умирал.

Райан чувствовал, как приближается смерть. Смерть — это не холод. Не ледяное прикосновение. Смерть обжигала, крутила и резала, разрушая его изнутри.

Он знал, что время пришло. Боль всё усиливалась.

Каждое мгновение она была его спутником.

Лоркан и его извращенные сделки. Он связал Райана с сестрой, чего тот и хотел, вот только эта связь разъедала его слишком долго.

Он закашлялся, задыхаясь, и не удивился, увидев на губах кровь.

— Что с тобой происходит?

Зои. Куда бы он ни повернулся, она, казалось, всегда была рядом, глядя на него своими большими темными глазами.

— Ничего.

Смерть. Не было смысла говорить ей об этом. Ведьма ясно сказала, что ему нужно.

Запертый зверь — похоже, это как раз Зои. И далеко не впервые он слышал подобные речи. Лоркан сказал ему нечто подобное, когда Райан выследил этого ублюдка пятьдесят лет назад. Будто его спасение в звере, скованном невидимыми цепями.

Зная об извращенных фантазиях Лоркана, нетрудно было догадаться, что речь идет об оборотне.

Зои была единственным оборотнем из всех, кого он встречал, кто не мог полностью обратиться.

Но если он ее укусит, она погибнет.

Хоть раз в жизни он поступит правильно. И удержит свои клыки подальше от нее.

Он снова закашлялся. Но прикрыл рот кулаком, чтобы Зои не увидела кровь. Затем отвернулся от нее, размазывая ее по джинсам.

— Я пойду проверю лес. Надо убедиться, что Лоркан не шляется поблизости.

— Стая патрулирует… — начала Зои.

— Я тоже отправлюсь в патруль, — хрипло бросил он.

Лоркан. Он хотел помочь сестре одолеть их прежнего главу клана, но от него теперь не будет никакого толку.

Она нашла брата, чтобы тут же потерять. Всё так внезапно.

Может, она будет горевать по нему.

А может, и нет.

Он не оглянулся на Зои. Она была для него слишком сильным соблазном.

Он проходил мимо двух искривленных сосен, когда Зои схватила его. Она резко развернула его к себе лицом.

— Я чую твою кровь.

Обоняние оборотня. Он склонил голову.

— Молодец. А теперь сделай нам обоим одолжение… держись от меня подальше.

— Боль усилилась.

Он не ответил. Ему больше не хотелось лгать.

— Ты действительно этого хочешь? — спросила она, запрокинув голову так, что тяжелая волна волос упала ей на плечи. — Просто уползти в лес и умереть? И этого ты хочешь для своей сестры? Чтобы она наткнулась на твой труп?

Он схватил ее за плечи. Черт, ошибка. Прикосновение к ней затопило его темной жаждой.

— Чего я хочу, — выдавил Райан, — так это впиться клыками тебе в горло.

— Потому что я твое лекарство?

— Потому что хочу почувствовать твой вкус.

Она моргнула.

Контроль. Контроль. Контроль.

— Но впервые в жизни я пытаюсь поступить правильно.

Он отстранил ее. Затем заставил себя оторвать от нее пальцы. Просто отпустить.

— Я не собираюсь тебя уничтожать.

— Ведьма не говорила, что ты меня уничтожишь. Лишь моего зверя. — Ее смех прозвучал надломленно. — Мой зверь никогда не был поводом для гордости. — Она подняла руки. Из кончиков пальцев выдвинулись когти. — Вот, в общем-то, и всё, что у меня есть. Когти да усиленные физические способности. Остальные никогда не хотели видеть меня здесь. Они считали, что мне не место в стае.

Он постарался не обращать внимания на боль. Как и всегда. Странное дело, но когда он касался ее, боль вроде бы отступала. Зато теперь она вернулась с новой силой.

— Алерак хочет, чтобы ты была здесь.

— Алерак всё еще пытается искупить грехи, которые совершил против твоей сестры. Теперь он пытается спасти каждого. Финн… — На ее лице мелькнула грусть. — Финн был моим другом. Остальные терпят меня лишь потому, что Алерак велел. Я не из их числа, и они это знают.

Он отступил. Сердце сжималось, словно зажатое в огненном кулаке.

— И чего ты хочешь от меня?

Она опустила ресницы, пряча взгляд.

— Я слышала истории. Когда твоя сестра укусила Алерака, он изменился. Стал еще могущественнее. Я видела эту силу своими глазами.

Ее аромат окутал его. Чувственный. Женский.

— Если ты меня укусишь, я могу потерять своего зверя.

«Может»?