(не) Принц с планеты ваших фантазий - Анюта Тимофеева

— Я из-за этого и пришел. Это я во всем виноват. Я камеру поставил… то есть, я все выбросил, но потом пропустил одну госпожу, и она, наверное, что-то тоже установила…

Он выпалил это, чуть запинаясь, но решительно, зато теперь у меня дар речи пропал. Шпионский роман какой-то!

— Еще раз расскажи, — наконец выговорила я, пытаясь осознать услышанное. — Только теперь понятно объясни.

— Андрэс не виноват, госпожа, — повторил тот, от кого я подобных признаний меньше всех ожидала. — Это я во всем виноват.

И опустился на колени, бросив напоследок какой-то отчаянный взгляд.

То есть… то есть, в чем-то виноват Риэль?! Не очень поняла, что конкретно он сделал, но что-то серьезное.

И я понимаю, что до этого еще все хорошо было! Андрэс мне нравился, но не настолько забрался под мою кожу, чтобы из-за предполагаемого предательства я ночей не спала. А Риэль… Я не готова менять их одного на другого! И тут еще один вопрос возник.

— Андрэс, ты знал?! Ты кому-то успел рассказать, что тебя подозревают?

Несчастный парень отмер — до этого он явно хотел провалиться сквозь землю, или просто испариться, когда постепенно осознавал всю серьезность ситуации. А теперь даже обрадовался, что может дать ответ на понятный вопрос:

— Нет, госпожа, я ничего не знал!

— Он не знал, зачем его вызвали, это я знал, мне сказал… — начинает говорить Риэль, и тут замолкает — видимо, понимает, что кого-то еще выдаст.

— Говори уже, кто еще знает об этом, — вяло машу я рукой. Да уж, шпионская сеть тут на уровне. А мы еще думали, что все обсуждения сохранили в секрете.

— Госпожа, только пообещайте, что вы его не накажете! — ставит он мне условия. — Иначе не скажу. Мне уже все равно… Пожалуйста! — поднимает на меня глаза.

— Никогда бы не подумала, что именно ты у меня самый бессмертный, — сама себе сообщаю я. — Говори.

— Джейс услышал случайно, — признается Риэль. — Он испугался за Андрэса, и сказал только мне! Не наказывайте его, пожалуйста!

Ладно, эмоции в сторону. Так, еще и Джейс замешан.

— Только Джейс знал, больше никто, — уверенно отвечает Риэль.

— А я ничего не понял, госпожа, — честно говорит Андрэс, и тут я начинаю смеяться. Нет, надо бы их всех припугнуть страшными пытками, конечно... Но у меня уже какой-то откат случился. Живут же другие люди нормально, и только там, куда я попадаю, все через одно место случается!

— Значит, так! — обращаюсь к реабилитированному "шпиону". — Идёшь к себе, и вместе со своим другом обо всем молчите. Если я узнаю, что пошли слухи... Ты меня пока знаешь только с хорошей стороны. Постарайся на этом и остановиться.

— Госпожа, а с ним что будет? — решается спросить Андрэс, секунду помявшись. Пожалуй, этим вопросом он заслуживает мое уважение.

— Что, что... Месяц есть стоя будет, и спать только на животе. Но выживет. А теперь брысь отсюда, пока я не передумала!

На этот раз мужчина не стал искушать судьбу, и быстро скрылся за дверью.

— Ладно, теперь с тобой. Зачем?! Зачем, Ри? И для кого ты это делал?

— Мне велели, госпожа, а я... дурак и трус. Надо было сразу отказаться, или вам сказать, а я испугался.

— А кто тебе велел?

— В моем доме велели, госпожа. Только я никак это теперь не докажу, — он невесело улыбается. — Надо было сразу отказаться...

Ну, примерно так я и предполагала, когда услышала про "велели". Учитывая, что своих родных он должен был слушаться беспрекословно — выбор так себе. Одного не пойму: зачем? У нас, что, секретные разработки проводятся?

— Что со мною будет, госпожа? — спрашивает он.

— А ты как думаешь?

Он с ужасом смотрит на меня. Ну, в общем, бояться есть чего: виновные в шпионаже часто не выживают. Но мы не в военных условиях, да и не успел он навредить нашему дому. По крайней мере, я надеюсь на это.

— За смелость и за честность я многое прощаю.

— Вы меня накажете, но простите? — не верит он.

— Да, придется. И мы сейчас поедем в Дом удовольствий. Нет, я тебя нам не оставлю! — реагирую я на его вмиг побелевшее лицо. Нет-нет-нет, к его сердечному приступу я не готова! И не стоят они того, эти камеры, или подслушивающие устройства, или и то, и другое вместе.

Просто именно в этом заведении я приметила кое-какие интересные вещи, которые сейчас пригодятся. Риэль ждёт страшного наказания, а я кое-что придумала.

— Оставайся здесь! — говорю Риэлю, выходя из комнаты. И на выходе почти сталкиваюсь с Кайреном. Под дверью он караулил, что ли?

— Госпожа, а что случилось? — задает он мне уже почти традиционный вопрос. Ну, кто бы сомневался, и этот что-то знает или подозревает!

— И ты тоже едешь со мною в Дом удовольствий! — мстительно заявляю ему. Будет знать, как подслушивать, или попадаться не в том месте не в то время!

— Ладно, можешь не ехать, но тогда ничего не расскажу! — продолжаю, глядя на очередного помертвевшего на глазах мужчину. Нежные они у меня, чуть что — пугаются до смерти. Впрочем, на его месте я бы ещё не так испугалась.

— Я поеду, конечно! — решительно заявляет Кайрен. — Если я вам там нужен. Я ведь нужен, да? — он вглядывается в мое лицо.

— Нужен, — отвечаю ему. — Значит, повторяю и тебе: никаких расспросов и болтовни в гареме. Что нужно, я сама расскажу. Спросишь, если будет непонятно, но не в коридоре. Жди здесь, в комнате. Так, куда я шла-то? Совсем запутали, скоро в дурдом прямой наводкой попаду.

А шла я к нашим "начальственным дамам", чтобы и их тоже попросить не давать делу ход. Ну, как попросить — если будет нужно, просто запретить собственной властью, и все.

* * *

Нельзя сказать, чтобы "дамы" были очень рады: похоже, показательное наказания им хотелось увидеть. Но с моим решение все же пришлось согласиться.

Вернулась обратно уже уставшая от переговоров, а впереди ещё самое главное!

— Перед всеми, госпожа? — стараясь держаться, но все равно с ужасом, затаившимся в глазах, спросил меня виновник всего этого переполоха.

Я уже поняла: Риэля публичность наказаний пугает гораздо больше самих наказаний. Конечно, если нужно действительно наказать, чтобы он никогда этого не забыл, то лучший вариант — публичная унизительная порка. Уверена, любая из здешних женщин подсказала бы ещё множество подобных идей. Но я хочу надеяться, что мужчины рядом со мною не планировали каких-то преступлений, не