Мой пленный генерал - Лия Шах

Снов? Почему источник не назначил на место покойных других богов? Почему допустил полное исчезновение иных магов? Куда делся бог Смерти? Почему не возвращается, хотя уже должен был понять, что в Источнике завелась новая богиня? А еще…

А еще не выходят из головы слова творца о том, что я должна найти равного партнера. Если подумать об этом чуть глубже, то кто я такая? Богиня. Значит, кто мне нужен?

Правильно, бог.

А какой бог у нас в галактике остался? Правильно, беглый.

Так что, если я права и Лайзерг непричастен к гибели богов, то мне нужен именно он.

Без метки я вновь могу действовать на свое усмотрение, а время, отведенное Творцом, поджимает достаточно сильно, чтобы начать действовать радикально. Получается, мужчина, который мне нужен, находится у вражеского императора. Хм…

Честно говоря, ситуация патовая. Для образования связи мне нужен сильный мужчина, но он есть всего один и очень далеко. Так далеко, что мне не достать. Угораздило же попасть в галактику, где все боги вымерли, эх!

За время своих размышлений, я продвинулась довольно далеко с раскопками. Метки с завалами одна за другой стирались с карты, и если верить прогрессу, я углубилась довольно далеко.

— Что-то есть захотелось. Наверное, пора на выход.

Вздохнув, решила с остальным разобраться после обеда и повернула назад. Но не успела пройти и трех метров, как с потолка посыпалась пыль, а потом земля под ногами с грохотом провалилась.

Я использовала нити, чтобы уберечь себя от летящих камней и смягчить собственное падение, но все равно получила несколько глубоких царапин и больно ударилась коленом. Закашлявшись от летящей пыли, я поняла, что еще и в глаза песка насыпало.

— Кха-кха, блестяще, — хрипло выругалась. — Как можно было провалиться, когда я и так под землей?

Когда пыль немного осела, а с потолка перестали лететь камни, я осмотрелась. Оказалось, что под тоннелем городских стоков находились другие тоннели. Проверяя покалывающую лодыжку, я отправила несколько нитей на разведку и открыла светлый мозг.

Не знаю, почему случился новый обвал, но есть подозрение, что из-за отсутствия поддержки. В прошлом за это отвечал Лаен, но так как теперь его нет… В общем, не повезло мне. Настроение резко стало тоскливым, а в животе заурчало от голода. Ну почему мне так не везет?

Пока я сидела среди камней и сокрушалась, стала приходить информация от нитей. Я посмотрела на карту, проецируемую светлым мозгом, и поняла, что второй уровень тоннеля полностью повторяет строение первого. Во всяком случае, тот его участок, что успели проверить нити.

Но снаружи только один выход, а значит, выход со второго уровня должен быть в другом месте. Может, есть какая-то лестница на первый уровень? Думать о том, что отсюда вообще нет выхода, категорически не хотелось.

У меня было два пути: продолжить исследование тоннеля, который, если верить нитям, не пострадал от обрушений первого уровня и не усыпан завалами после бомбардировок андромедовцев, либо разобрать завал над головой и вылезти знакомой дорожкой. Второй вариант чреват еще большим обвалом, при котором я окончательно тут себя похороню, а первый вариант пугает неизвестностью. Все-таки я не исследователь по своей природе.

Оба варианта не вызывали энтузиазма, и уныние захлестнуло с головой. Я подтянула разбитые коленки к груди, и с обидой в глазах посмотрела на темноту впереди. Почему каждый раз меня преследуют неудачи? Сколько бы шансов не давал Творец, я обязательно налажаю. То по-большому, то по-маленькому. Теперь вот вообще сквозь землю провалилась. Прости, Создатель. Не видать тебе клана Крови. Одна была, и ту камнями завалило. Где? В канализации. Что там делала богиня? Работала. Я настоящее посмешище.

На нытье у меня ушло минут пятнадцать, но прекращать самостоятельно я пока не планировала, однако в мое уединение вдруг вмешался хлопок, за которым последовал отборный мат. В ярком белоснежном пламени неподалеку материализовалась мужская фигура, но вскоре пламя потухло и стало еще темнее.

Вдруг вспыхнул лучик света от фонарика на планшете, и на меня уставился обряженный в красивый бордовый костюм генерал с букетом металлических цветов в свободной руке.

Наши взгляды встретились, и две обиженные слезинки покатились по моим щекам. Желтые глаза округлились, и генерал изумленно спросил:

— Мышка, а ты чего в норку забралась?

— Дурак, — всхлипнула я и зарыдала.

Ревела я в голос и очень самозабвенно. Вражеский генерал перепугался сильнее, чем когда его корабль по небу таскало, как воздушный змей. Отбросив букет и едва не уронив планшет, он бросился ко мне, перепрыгнул через большой булыжник и опустился на колени. Теплая рука неуверенно коснулась щеки, а я икнула и посмотрела на него полными воды глазами.

— Сегодня выходной, — сказала ему с обидой.

— Я помню, — послушно кивнул он, понятия не имея, к чему было упоминание.

— А меня отправили работать, — пожаловалась плаксиво, пока парень осторожно вытирал влагу с покрасневших от рыданий щек.

— Подонки, — с готовностью обругал неизвестных генерал.

— Всего за двадцать тысяч, — продолжала жаловаться, и слезы вновь покатились из глаз.

— Сказочное свинство, — поддержал мои претензии имперец, понятия не имея много это или мало. Так как поток слез возобновился, он пошарил по карманам и нашел где-то спрятанный платок. С ним вытирать зареванную богиню стало гораздо проще.

— А потом я проголодалась. — Прозрачные слезы капали с мокрых, слипшихся ресниц, а я сама не понимала, почему жалуюсь генералу, будто он сейчас пойдет и всех накажет.

— Будешь конфетку? — обеспокоенно спросил парень, тут же вытаскивая из внутреннего кармана пиджака горсть карамелек.

Я перестала рыдать и, икнув в последний раз, хлопнула мокрыми ресницами. Пара капель повисла на кончиках и сорвалась вниз, оставляя искрящиеся дорожки на щеках, которые тут же поспешил стереть взволнованный генерал, а я неуверенно взяла в руки конфету и развернула обертку. Она оказалась апельсиновой.

По языку разлилась сладость, и на сердце стало легче. Почувствовав поддержку от другого человека, я подытожила:

— А потом тоннель рухнул, и вот я здесь.

— Ты не пострадала? — заволновался парень, высыпая мне в ладони остальные конфеты и поспешно направляя луч фонарика, чтобы осмотреть мое пыльное тело. Он увидел содранные коленки и пару глубоких царапин на спине, после чего переменился в лице, заметно помрачнев. — Я прибью твоего мэра. Дай, пожалуйста, руку.

Я вообще не понимала, о чем он говорит, но моя ладонь уже оказалась в цепких лапах имперца. Хрустя карамелькой, я недоуменно смотрела, как он стаскивает свой перстень с указательного пальца и надевает на мой. Тот был очень большой и болтался, но буквально через пару секунд нагрелся и