Измена. Моя итальянская ошибка - Светлана Кондр

говорил. Я знал, что после увольнения тебе тяжело будет найти работу, вот и подсуетился. Не вижу здесь чего-то криминального. К тому же сказать честно… Мне совсем не хотелось, чтобы, устроившись куда-нибудь, за такой красоткой толпой увивались мужики, — он поиграл бровями. — А тут ты под защитой, и я знаю, что никто не рискнет подойти к тебе.

Вот оно что! А я еще удивлялась, почему тренера такие шуганные и меня стороной обходят.

Он обо всем позаботился.

Волосы на голове встали дыбом. Я попыталась хоть слово вымолвить, но уровень возмущения оказался так высок, что я дар речи потеряла. Стояла и хватала ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег.

Я и не думала, что он такой собственник. Для меня странно подобное поведение. Мне это в новинку. С Филиппом было по-другому. Все!

— Прости, что не сказал о работе, — ласково произнес он, переступая порог квартиры и прижимая меня к стене. — Пупсик! — парфюм ударил в нос и закружил голову. — Я хотел, честно. А потом подумал… Ты все равно скоро в декрет уйдешь.

Убил наповал!

— Еще чего! Я просто найду себе новую работу.

Он прыснул от смеха.

— Хорошо. Без проблем. Тогда я сразу предупреждаю, чтобы потом без претензий… Я выкуплю фирму, в которую ты решишь устроиться. Понятно? Сделаю для тебя удобный график и подниму зарплату. Ибо, я люблю тебя и вполне нормально, что беспокоюсь и проявляю заботу. И да, я ревную свою любимую женщину. Безумно. Потому что ты только моя, — он заключил меня в объятия. — Поэтому к тебе никто не посмеет подкатить шары. Я об этом обязательно позабочусь. А также запомни, — добавил властно. — Больше не смей из-за таких глупостей писать мне подобные сообщения. Этим ты показываешь неуважение к нашим отношениям. Обесцениваешь их, а у нас все серьезно. Сегодня я рассказал маме о нас и ей не терпится с тобой познакомиться. Скоро они с отцом посетят…

— Полина, — из комнаты вышел Филипп, прерывая наш разговор, то есть гипнотическую речь Фабио, с которой я не везде согласна, но из-за каких-то слов теперь чувствую себя виноватой. — У Иришки тридцать восемь и четыре. Сколько лекарства давать?

Объятия итальянца стали стальными, мышцы вздулись под одеждой.

— Пока только чай, еще рано сбивать температуру. Подождем немного.

— Ира заболела? — обеспокоился Фабио.

— Да, — ответила, разрывая наши объятия, чтобы пойти к дочери.

— Поэтому, пожалуйста, покинь нашу квартиру, — Филипп дерзко помахал ладонью к выходу, как будто смахивая надоедливую муху. — У нас тут семейные дела, чужим не место, — произнес Кульков, вальяжно складывая руки на груди.

Вот как заговорил. Опять про семью вспомнил. Вот кого и надо выставить, так это Филиппа. Неизвестно где пропадал. Ни слуху ни духу, никто не волновал, а теперь ставит из себя главу семейства.

— Фабио никуда не пойдет, — вступилась я, твердо понимая, что погорячилась написав сообщение о разрыве. Я будто искала причину, из-за чего можно расстаться. Ведь до сих пор сомневаюсь в длительности наших отношений. В серьезности Фабио. Мне кажется, что он ведет себя инфантильно, но в то же время… На его фоне именно я выгляжу незрелой малолеткой. — Он мой мужчина и останется здесь. С нами.

— Совершенно верно, как будущий муж может быть чужим? — Фабио снял кашемировое черное полупальто и повесил его на крючок, как делает это каждый день. — А вот бывший легко, — глядя в зеркало, он картинно поправил прическу.

— Не гони коней, будущий муж, документы о нашем с Полиной разводе еще не подписаны.

— Давайте это прекратим, — шикнула на ярмарочных бойцовых петухов. Из комнаты выглянул Вовка, желающий подбежать к итальянцу, но встал растерянный, в нерешительности поглядывая то на отца, то на Фабио, то на меня. — Оставим распри и займемся детьми, — сказала я и пошла в комнату…

Глава 37

Полина

— Ты сказал маме, сколько мне лет? — спросила осторожно. Вдруг он решил утаить от нее эту информацию, не желая шокировать.

— Малышка, я рассказал о тебе все. Сколько лет. Что у тебя двое очаровательных детей, что ты разводишься. А еще… О том, как я безумно влюблен в тебя, — он перешел на томительный сексуальный шепот и проведя ладонью по бедру, полез в трусики.

Фабио как всегда… С таким неуёмным желанием. Представляю, как вдохновенно он пел обо мне. Но какое в итоге у его мамы сложилось мнение?

Я закатила глаза и скинула его руку.

— Никакого секса!

— До свадьбы? — он выпучил глаза.

— Пока мы не поговорим, и ты не ответишь на все вопросы. Тебе не удастся, отвлечь меня от важных мыслей!

— Эээ, госпожа следователь, ну ладно, — Фабио вздохнул, поправляя окаменевший член. — Быстрее задавай свои вопросы и займемся делом.

— Что ответила твоя мама? — я заерзала, устраиваясь поудобнее. Страшно. Ощущения на грани отчаяния.

— Успокойся, чего засуетилась? — Фабио прижал меня к себе и усмехнувшись, поцеловал в висок. — Ей не терпится с тобой познакомиться. Узнать ту, которая делает ее сына самым счастливым мужчиной на планете, пупсик, — еще бы. Чтобы отвадить от сына. Уверена, я ей заранее уже не нравлюсь. — И прием, в честь годовщины Кирилла и Риты самое подходящее место. Там соберутся все. Семья и друзья.

— Фабио. Мне кажется, пока рано знакомиться с родителями. Куда ты вечно торопишься? Берешь нахрапом.

— А чего тянуть? Рано для тех, кто в чем-то не уверен. Это я про тебя. В моем же случае, все серьезно.

— В моем тоже все серьезно.

— Я так и понял, по твоему сообщению. В момент отказалась от наших отношений, — сказал сменившимся тоном, запрокинул голову и уставился в потолок.

— Ну, прости, я погорячилась. Мне кажется, мы это уже выяснили. Не обижайся. Тем более, ты сам виноват, — я нависла над лицом Фабио и потерлась носом о его нос. — Не следовало действовать за моей спиной.

— Давай не будем об этом, — он повернул меня набок и стал покрывать плечо поцелуями. — Не хочу ругаться.

Под его лаской я начала расслабляться, но в этом положении взгляд случайно выхватил угол под потолком с отклеившимися обоями. Хотели же переклеить. Представляю, как моя квартира выглядит по сравнению с домом его родителей.

— Вот увидишь. Твоя мама не примет меня, — голос дрогнул.

— Ну, что за глупости? — Фабио провел носом по шее, глубоко вдыхая мой запах.

— Не такую, как я, она бы хотела видеть рядом со своим единственным сыном.

— А какую, позволь узнать?

— Сам знаешь. Молодую, из семьи с положением.

— Это стереотипы.

— Я тебе говорю. Ни ей, ни вашему окружению я не понравлюсь. Плохая