Квартирный вопрос с драконами - Виктория Сталь

— Понимаю, — улыбнулась Алиса. — Но дай ему повеселиться. Это его звёздный час.

— Пусть веселится, — проворчал Пых. — Но под присмотром.

Лампусик тем временем разошёлся не на шутку. Он подлетал к каждому гостю и менял цвет под его настроение. Гному, который был серьёзным и важным, он засветился тёмно-синим. Феям, радостным и игривым ярко-жёлтым. Водяному, спокойному и задумчивому мягко-голубым. Гости тем временем разбрелись по квартире. Кто-то рассматривал бабушкины фотографии, кто-то общался с феями, кто-то пробовал угощение. Пых, не слезая с плеча Алисы, успевал следить за всеми одновременно. Его взгляд метался от одного гостя к другому, выискивая потенциальную угрозу.

— Пых, расслабься, — попросила Алиса. — Они же с добром пришли.

— С добром, — согласился дракон. — Но мало ли. Вдруг кто-то нечаянно навредит.

— Ты как наседка с цыплёнком.

— Я Страж, — напомнил он. — Это моя работа.

Клава тем временем развлекала гостей по-своему. Она несла яйца, одно за другим, и каждое вручала кому-нибудь из присутствующих.

— Это на удачу, — объясняла она. — Разбить и желание сбудется. Только осторожно, чтобы не наоборот.

— А как не наоборот? — спрашивали гости.

— Желать надо чётко, — наставляла Клава. — Без двусмысленностей. И с добрыми намерениями.

— Понятно, — кивали гости и бережно убирали яйца в карманы (или куда они там складывают подарки).

Пушистик носился по квартире, собирая комплименты. Его пушистая шёрстка и большие глаза приводили всех в умиление.

— Какой милый! — восклицали гости. — Чей это?

— Наш, — отвечала Алиса. — Тоже член семьи.

— У вас тут целый зоопарк!

— Не зоопарк, — поправлял Пых. — Семья.

— Семья, — соглашались гости. — Очень необычная семья.

Кузя сначала прятался за печкой, но потом, увидев, что гости добрые, осмелел и вышел. Его сразу окружили. Феи из фикуса устроили настоящее воздушное шоу. Они кружились под потолком, рассыпая блёстки, и перезванивались так красиво, что гости замирали от восторга. Сия с балкона освещал всю эту суматоху мягким серебристым светом. Он не спускался вниз, ему было хорошо наверху, наблюдая за праздником со стороны. Но все знали, что он здесь, и это добавляло уюта. Праздник набирал обороты. Гости ели, пили, общались, танцевали. Лампусик был звездой, он переливался, подстраиваясь под настроение каждого, и все хотели с ним сфотографироваться (ну, или что там у них вместо фотографий). Пых не слезал с плеча Алисы. Он сидел как изваяние и сверлил взглядом каждого, кто подходил к Лампусику. Особенно он напрягался, когда кто-то пытался дотронуться до светящегося друга.

— Руки, — рычал он. — Не трогать.

— Да я просто погладить хотел, — оправдывались гости.

— Нельзя. Он нежный. Мне потом его успокаивать.

Лампусик слышал это и засветился розовым от удовольствия. Ему нравилось, что Пых так о нём заботится. К концу вечера все устали, но были счастливы. Гости расходились, обнимались, благодарили, обещали заходить ещё.

— Замечательный праздник! — говорили они. — Прекрасный дом! Чудесная Хранительница!

— Спасибо, спасибо, — отвечала Алиса, провожая последних.

Наконец дверь закрылась. В квартире воцарилась тишина. Только тихонько светился Лампусик да посапывал уставший Пых, который наконец слез с плеча и растянулся на диване.

— Ну как? — спросила Алиса. — Всё хорошо?

— Хорошо, — выдохнул Пых. — Устал только. Столько народу, столько эмоций. Я чуть с ума не сошёл, следя за всеми.

— Ты молодец, — погладила его Алиса. — Настоящий Страж.

— Я знаю, — пробормотал он, закрывая глаза.

Алиса смотрела на них и чувствовала, как сердце переполняется теплом.

— Ладно, — сказала она. — Давайте спать. Завтра убираться.

Они разошлись по местам. Алиса легла на диван, Лампусик устроился рядом, Пых привалился с другой стороны. В комнате было тихо и уютно. Только Лампусик тихонько светил ровным золотым светом. И заснули. Счастливые. Уставшие. Вместе.

________

Утром Алису разбудил грохот. Она подскочила на диване, думая, что опять нападение. Но это был всего лишь Кузя, который пытался приладить отвалившуюся дверцу шкафа.

— Прости, — пискнул он. — Нечаянно.

— Ничего, — выдохнула Алиса. — Ты завтракал?

— Нет ещё.

— Сейчас Пых встанет, приготовит.

Пых уже не спал. Он сидел на подоконнике и смотрел на улицу.

— Там птицы, — сказал он задумчиво. — Красиво поют.

— Это воробьи, — объяснила Алиса.

— У нас в Драхейме другие птицы. Огненные. Они поют так, что пламя зажигается.

— Красиво?

— Очень. — Пых вздохнул. — Но здесь тоже хорошо. По-своему.

— Скучаешь?

— Немного. Но меньше. Вы теперь мой дом.

Алиса подошла и обняла его. Они стояли у окна, обнявшись, и смотрели на просыпающийся город. Лампусик подкатился и пристроился рядом, светясь ровным золотым. Клава квохтала на кухне, готовя завтрак (да, она тоже умела готовить, хоть и не так хорошо, как Пых). Пушистик носился за феями. Кузя возился со шкафом. Сия медитировал на балконе.

Глава 20. Жили они долго и счастливо (с поправкой на свет)

Прошёл месяц после грандиозного приёма в честь новоселья. Месяц, который вместил в себя столько событий, сколько иной год не вмещает. Но самое главное, этот месяц показал, что новая жизнь Алисы, Пыха, Лампусика и всей их разношёрстной компании окончательно вошла в колею. В спокойную, уютную, слегка безумную, но такую родную колею. Утро начиналось одинаково уже третью неделю подряд. В семь часов Пых открывал глаза, потягивался на своём подоконнике и первым делом проверял, на месте ли Лампусик. Тот обычно спал в своей розетке (или на диване, или на голове у Пыха, или в самом неожиданном месте), тихонько светясь во сне.

— Мелкий, — звал Пых. — Вставай. Ванна по расписанию.

Лампусик открывал глаза, сладко потягивался (насколько мог) и катился в ванную. За ними, зевая, плелась Алиса с полотенцем через плечо. График приёма ванны был разработан Пыхом лично после долгих переговоров и утверждён всеми сторонами. Первым шёл Пых, ему нужно было смыть с чешуи ночную пыль и как следует прогреться перед готовкой завтрака. Второй шла Алиса, пока вода ещё тёплая и пена не осела. Третьим Лампусик. Лампусик, правда, не мылся в прямом смысле. Он просто забирался в пустую ванну после того, как вода уже уходила, и сидел там, светясь разными цветами и создавая уютную атмосферу. Говорил, что ему нравится