Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Они БУДУТ меня искать! И когда придет время, ВЫ ВСЕ ОТВЕТИТЕ ЗА СВОИ ДЕЛИШКИ! НЕ ТОЛЬКО ВЫ, УВАЖАЕМЫЙ, НО И ЭТИ МУДАКИ!

— Обо мне никто не знает, а я нигде не свечусь. — Маркус гордо приподнимает голову, сильно сжав Питеру челюсть. — В этом мое главное преимущество. Никто даже не подумает, что я в чем-то замешан. Да и мои ребята абсолютно чисты перед законом. У них все есть официальная работа. В глазах общества мы все примерные и трудолюбивые граждане, работающие на благо своей страны.

— Вы уверены, что так все хорошо просчитали?

— Абсолютно. Ну а если даже кто-то дал вам информацию о Карле или о Даррене, которого все-таки арестовали за попытку нападения на тебя, то вы не сможете ею воспользоваться.

— М-м-м, представляю, сколько вам пришлось занять, чтобы отмазать этого ублюдка.

— Не так уж и много. Хотя дело дальше этого не продвинулось. Даррен только лишь заплатил небольшой штраф за нарушение общественного порядка. И все, на этом дело закрыли.

— А вы говорите вам деньги не нужны! — Питер ехидно усмехается. — Ха, еще как нужны! С чего же вы будете ублажать своих прихвостней?

— Я смотрю, у тебя появились проблема с башкой после того как тебе по ней звезданули со всей силы. Не запоминаешь то, что тебе говорят.

— Не волнуйтесь, я все прекрасно помню. Даже если у меня сейчас башка взорвется от боли.

— Но я все же любезно тебе напомню.

Маркус снова начинает медленно ходить вокруг Питера, который в этот момент нервно сглатывает, довольно тяжело дыша и время от времени дергая связанными руками с малюсенькой надеждой развязать их самостоятельно.

— Мне твои бабки на хер не нужны. Можешь использовать их в качестве туалетной бумаги, если некуда их девать. А я – совершенно простой работяга, которому просто повезло в свое время обзавестись кучей друзей.

— Вау, а вы у нас, оказывается, любите молоденьких парней. Дедули вас явно не интересуют. Наверное, потому, что рядом с молодежью вы чувствуйте себя таким же бодрым и энергичным. Как говорится, с кем поведешься, того и наберешься.

— Слышь, уродец, ты варежку свою грязную захлопни, — приходит в бешенство Маркус, крепко сжав руки в кулаки.

— Я говорю не о том, о чем вы сейчас могли подумать. А том, что вам следует искать друзей своего возраста.

— А они у меня были, дорогой мой. Были. И до сих пор есть. Хотя к большому сожалению, некоторые из них скоропостижно скончались. И если хочешь знать, то все ребята, которых ты сегодня встретил, являются сыновьями некоторых моих друзей.

— А, ну все понятно! Сыночки продолжают грязные делишки своих папаш и совсем не против поковыряться в том дерьме, которое они после себя оставили.

— Не все в этом мире решают деньги, жалкое отродье, — отмечает Элайджа.

— Да, эти ребята помогают мне на безвозмездной основе, — добавляет Маркус. — Отдают дань уважения и памяти своим отцам. Как прекрасно воспитанные мужики, которых научили этому родители.

— Посмотреть бы на тех уродов, которые вырастили очередных ублюдков, — язвит Питер.

— Слышь, мудила, ты моего отца даже не вздумай оскорблять! — сжимает руки в кулаки Лютер. — Скажешь про него хоть что-нибудь – я твой хер запихну тебе в задницу!

— С тобой я еще не закончил, мудак! У меня к тебе будет особый разговор.

— Я тебя предупредил, сволочь. НЕ СМЕЙ НИЧЕГО ГОВОРИТЬ ПРО МОЕГО ОТЦА!

Лютер с оглушительным рыком ногой бьет Питера в пах, пользуясь тем, что тот слегка раздвигает колени. Из-за чего блондин истошно вскрикивает, до боли напрягая все мышцы. Также стул, к которому он крепко привязан практически падает на бетонный пол, но этого не происходит, поскольку Рональд вовремя ставит его на место.

— И на моего свой хлебальник не раскрывай! — низким, грубым голосом угрожает Рональд, со спины сжав Питеру челюсть и приставив нож к его горлу. — Урою, блять! И понять не успеешь, что произошло.

— Да вы только и умейте что бить морды, — через силу фальшиво улыбается Питер. — Мозгов на что-то еще не хватает.

— Жаль, тебе не хватает мозгов заткнуться, — ехидно ухмыляется Маркус. — И воспитания у тебя никакого!

— Вот и воспитывайте своих прихвостней, раз их папаши с мамашами скопытились.

— Ничего, мальчик мой, мы с ребятами никуда не спешим и с радостью преподадим тебе урок. Заставим тебя бояться даже упоминания наших имен.

— Вы хотели сказать, что урок мне преподадут вот эти ублюдки? Пока вы будете стоять в сторонке и упиваться моими страданиями.

— Твои мучения для меня как бальзам на душу.

— Ну знайте, ваше имя на могиле тоже стало бы для меня прекрасным подарком.

— Рональд, Лютер, насколько сильно у вас чешутся руки отдубасить этого ублюдка еще раз? — с хитрой улыбкой спрашивает Маркус, переведя взгляд на Рональда и Лютера.

— Да я бы с радостью трахнул его мордой об асфальт! — с широкой улыбкой заявляет Рональд.

— И я не прочь отработать на нем новый вид вертушки, — гордо приподнимает голову Лютер.

— А я буду кончать, трахая тебя башкой об стенку и держа твою морду под водой, — огрызается Питер.

— Я все ближе к тому моменту, когда твоя девчонка мне отсосет. Очень скоро этот прекрасный день настанет.

— Я ТЕБЕ, БЛЯТЬ, ЯЙЦА ОТРЕЖУ, ЕСЛИ ТЫ ЕЩЕ РАЗ ОБ ЭТОМ ЗАГОВОРИШЬ! ЧТОБЫ НЕЧЕГО БЫЛО В ДЫРКИ СОВАТЬ!

— Злится мальчишка, злится… — хитро улыбается Элайджа, скрестив руки на груди.

— О-о, да-а-а, смотрите, как наш парнишка рвет и мечет… — качает головой Маркус. — Как его злить мысль, что девчонка не будет с ним.

— Да ладно вам, мистер Лонгботтом, расслабьтесь, — спокойно произносит Лютер. — Этот мудак все равно ничего мне не сделает, потому что связан. А на все его пустые угрозы мне вообще по хуй.

— ЭТО МЫ ЕЩЕ ПОСМОТРИМ, СУКА! — с учащенным дыханием во весь голос вскрикивает Питер.

— Тебе же сказали, НЕ ОРАТЬ, БЛЯТЬ! — покраснев от злости, взрывается Маркус и залупляет Питеру пощечину. — НЕ ОРИ! ХВАТИТ! ВСЕ!

— Будьте вы прокляты, Маркус Лонгботтом. Желаю вам всего самого наихудшего.