Неправедные ангелы - Алисия Рамос

ее влагалищем, как будто это был последний ужин. Сосредоточившись на задаче, я едва услышал скрип двери, и это вырвало раздраженный стон из моей груди. Подняв голову, чтобы посмотреть на ее вздымающуюся грудь и приоткрытые губы, я приоткрыл свои от этого зрелища. Я ни за что на свете не остановился бы, когда она была в таком блаженном состоянии.

Ухмылка заиграла на моих губах, зная, насколько близко она была к краю, заставляя идею сформироваться в моей голове. — Кричи для меня, когда кончишь мне на пальцы, — сказал я, закрывая рукой ее рот, чтобы она могла позволить оргазму захлестнуть ее.

Боковым зрением я увидел Итана Страйкера, который, не отрывая глаз от сцены перед ним, уронил ключи от мотоцикла на пол.

— Похоже, у нас гости, — засмеялся я, вытаскивая из нее свои пальцы и медленно поднося их к губам, убедившись, что он наблюдает, как мой рот обхватывает мои пальцы и облизывает их дочиста. Майя весело хмыкнула, и я приподнял бровь. Интересно.

Я наклонился, захватывая зубами мочку ее уха. — Может, мне пригласить его сюда, чтобы он посмотрел, как красиво ты распутываешься для меня?

С задыхающимся стоном она дернула бедрами, крепко прижимаясь к моей полуодетой эрекции, твердости, от которой мне отчаянно нужно было избавиться. От трения по моему телу пробежали волны удовольствия, но я пока не мог кончить.

— Прощай, Итан, — крикнул я сквозь стиснутые зубы. Ее рука скользнула вниз по моей груди, она тихо рассмеялась, когда ее пальцы слегка коснулись моего живота, и я вздрогнул.

— Хорошо, да, я просто... Да, — он запнулся, подбирая слова. Я подмигнул ей, думая, что путь свободен, когда из-за угла высунулась голова с пучком черных как смоль волос и чеширской ухмылкой. — У меня есть время, просто говорю.

— Прощай, Итан, — простонал я, когда ее пальцы скользнули под пояс моих трусов. Она жадно облизнула губы, опуская их еще ниже, и с безумным самообладанием я мягко схватил ее за запястье.

— Почему ты был в этом в ванной? — спросила Майя.

— Потому что мне нравится лежать голым только в моей собственной ванне, — я прикусил ее шею, прежде чем подняться, чтобы она могла одеться. Я нуждался в ней для себя, к тому же, делиться ею было разговором на другой день, а не на такую эмоционально насыщенную ночь, как эта.

— Насчет этого... - она замолчала, и я закатил глаза в притворном разочаровании. Натягивая спортивные штаны, я не мог удержаться от смеха над тем, как грациозно она пыталась справиться с бретельками лифчика. — Разве сейчас неподходящий момент сообщить тебе, что в твоем подвале может быть труп? — она выдавила из себя неловкое хихиканье.

Мои глаза расширились, прежде чем улыбка расплылась по моему лицу. — Нет. Прими тьму внутри себя, Майя. Перестань прятаться от этого.

Придвинувшись ближе, я обнял ее и поцеловал в лоб. — И после того, как я трахну тебя пятью путями в рай, ты можешь вычеркнуть Лоренцо Витале из своего списка.

— Что...

Прежде чем она успела сказать что-нибудь еще, я перекинул ее через плечо, позволив ей мягко царапать мою спину, пока мы шли к машине. Кто-нибудь может взять другую машину завтра. Сегодняшний вечер был для удовольствия, но завтра начнется настоящее веселье.

Майя

Чей-то палец прошелся по моему позвоночнику, тепло успокаивало, достаточно, чтобы уложить меня обратно на мягкую шелковую простыню, ощущающуюся как мягкое облако у моего живота. Если бы только я могла остаться такой навсегда. Рано просыпаться было моей сильной стороной, учитывая, что половину времени мне приходилось быть начеку, чтобы убедиться, что я не отключилась во сне.

Однако сейчас все было по-другому. Голоса ласкали мои мысли, говоря мне снова натянуть одеяло на голову и поспать еще час. Хотя внутри меня сидело ноющее чувство, как будто я что-то забывала. Я снова почувствовала прикосновение к позвоночнику, и мои губы приоткрылись, позволив тихому стону сорваться с моих губ.

Чья-то рука пробежалась по моему бедру, вверх и вниз, пока не достигла ягодицы. Когда я заснула прошлой ночью? Мой мозг был похож на компьютер, пораженный вирусом, заставляющим открыться миллион вкладок.

Пытаясь дотянуться до своей пульсирующей головы, я встретила сопротивление, потянув за мягкую веревку, которая удерживала обе руки в молитвенном жесте у изголовья кровати. Каждый раз, когда я отводила руки назад, они сжимались до тех пор, пока я полностью не растянулась, и мое сердце глухо стучало в груди, когда тихие шаги приближались к моему периферийному зрению. Тихий смешок рядом со мной уступил место виновнику. Мои плечи немного расслабились, и я посмотрела в его сторону. К счастью, Райли оставил мне достаточно времени на случай, если мне понадобится уйти или сменить позицию. Я оценила это.

Райли опустился на колени на пол, его пристальный взгляд прожигал дыру в моей душе. Желание отразилось в его пылающих глазах, и я провела своими по его обнаженному телу, облизывая пересохшие губы.

— Знаешь, почему ты занята в это прекрасное утро? — соблазнительно спросил он.

— Нет, но держу пари, ты мне расскажешь, — ответила я, бормоча что-то себе под нос. Он придвинулся ближе, его дыхание щекотало мне ухо, когда он медленно заговорил.

— Ты заснула на мне прошлой ночью; я ехал безбожно быстро, чтобы добраться домой и усадить эту прекрасную задницу на свой член. Очевидно, вместо этого я убаюкал тебя.

Я ничего не забывала. Я кое-кого забыла.

— Ммммм, лучший сон в моей жизни, — его губы опасно коснулись моих, и я натянула веревки, пытаясь ощутить больше вкуса, когда он отстранился. Он обошел меня к краю кровати и занял свое место между моих ног, умело раздвигая их, чтобы я могла помочь ему встать на четвереньки, раскрыться и быть готовой для него.

— Это было сейчас? Что ж, я надеюсь, что восхитительная ночь сна стоила большего, чем наказание, которое ты собираешься получить. А теперь будь хорошей девочкой и скажи мне стоп-слово, — сказал он, зацепив пальцем мои трусы и потянув их вниз, полностью снимая их с моего тела.

Он играл со мной, водя пальцем там, где я нуждалась в нем больше всего, но так и не войдя в меня. Я не могла так думать, не говоря уже о том, чтобы сказать ему стоп-слово. У меня даже не было выбора остановить то, что происходило. Всегда брала то, что давали, воспитанная служить мужчинам, которым меня отдавали.

— Майя, — резкий тон возбудил меня, и моя киска сжалась вокруг пустоты, опустошенная и отчаянно желающая быть