Сто шагов к вечности. Книга - 2 - Наталья Горячева

Он поморщился.

— Я не могу, это не в правилах моего народа. Мы проникаем в сознание тогда только, когда человек в опасности.

— Я требую, читай! — сжала я губы

— Хорошо, если ты этого хочешь. Но если передумаешь, просто закрой глаза и я всё пойму.

— Читай! — чуть ли не закричала я.

Мы смотрели друг другу в глаза, и я начала вспоминать всё, что произошло со мной за эти два года, начиная с того момента, как мы с Эмилем расстались на вокзале. Лицо Эмиля мрачнело, а глаза наполнились болью, и в них опять появился стальной оттенок. Когда мои воспоминания закончились, он закрыл лицо руками.

— Какая чудовищная ошибка! — голос его дрожал, и я поняла, что он плачет.

Я обняла его за плечи.

— Эмиль, всё позади, мы встретились, бабушка не обманула меня.

— Наташа, мне нет прощения! Я принёс тебе страдание и горе, думая, что ты счастлива. Если бы Стас тогда в парке, задержался хоть на минуту, он увидел, как ты ударила по щеке Вадима, а затем ушла, отказав ему. Но он увидел, как он тебя целует, и решил, что ты дала ему свой согласие. Да и с ребёнком он ошибся, не спросив у тебя, чей он.

— Да, Эмиль, Стас ошибся, не проверив даже, действительно ли я завела семью, сообщил об этом тебе. Теперь я понимаю, с чем ты меня поздравлял в последнем письме, а я два года ломала над этим голову!

— Наташа, прости меня, я столько принёс тебе горя! Так не должно было быть! — по его щекам текли слёзы: — Я не достоин тебя!

— Не говори так, Эмиль! Ты лучшее, что было в моей жизни! Я ни о чём не жалею! Лучше потерять весь мир ради тебя, чем обрести его не имея тебя в нём! Я люблю тебя, Эмиль, — уже тише сказала я, — и ты мне нужен.

Он поднял на меня глаза, полные слёз.

— Я тебе нужен? Вот такой, какой я сейчас есть? Посмотри на меня, детка, от прежнего Эмиля осталась только тень!

— Я люблю тебя, Эмиль, не за внешность, а за твою душу. Мне всё равно, как ты выглядишь.

Он бережно обнял меня и прижал к себе.

— Я тоже люблю тебя, Наташа, больше жизни люблю!

Мы молча сидели, обнявшись, и плакали. Мне казалось, что я никогда не была так счастлива, впервые за два года мне захотелось по-настоящему жить!

— Эмиль, как всё это время ты жил без меня?

— Плохо, детка. Я побывал в разных странах и поменял много работ, но не нашёл покоя нигде. Ты мне всегда снилась, и я ещё больше страдал без тебя. Я так хотел побыстрей умереть, когда Стас сказал, что ты вышла замуж.

— Эмиль, ты поправишься теперь? — взволновалась я.

Он улыбнулся.

— Надеюсь. Теперь будет всё по-другому, и думаю, что да — я поправлюсь.

— Теперь я тебя никуда не отпущу, — тихонько засмеялась

— Теперь я сам никуда от тебя не уйду, детка. У нас с тобой есть время обдумать наше с тобой будущее.

Мы ещё долго целовались на вершине скалы, не в силах оторваться друг от друга. Мы были счастливы! Глаза Эмиля горели, несмотря на его пугающий, болезненный вид. Он ожил! Теперь, он больше стал похож на себя, прежнего.

— Нам пора спускаться вниз, Наташа. У тебя поранены руки и ноги, раны надо обработать, — заботливо сказал он. Только сейчас я почувствовала, как опять начали саднить раны.

— В дом к Вильему пойдём? — спросила я.

— Да. Мне нельзя появляться в деревне в таком виде, у людей сразу возникнут вопросы, да и ты тоже, — кивнул он на меня, — не в лучшем состоянии. Закрой глаза, — попросил он и, подняв меня на руки, прыгнул вниз.

* * *

— Эмиль, когда ты приехал в Карелию? — мы подходили к дому.

— За два дня до тебя. Я позвонил Вильему, и он мне передал всё, о чём ты его просила. Я тогда подумал, что ты из-за жалости хочешь со мной встретиться, что тебя мучает совесть. Но я всё равно поехал. Не хотел, чтобы ты видела меня, наблюдая за тобой со стороны. Когда увидел рядом с тобой двух молодых ребят, забеспокоился, не причинят ли они тебе вреда, и извини, не сдержался и проник в их сознание.

— И что же ты увидел? — мне стало любопытно.

— Ничего, что могло бы причинить тебе вред. Они хорошие парни и очень дорожат твоей дружбой, меня это успокоило. Сегодня ночью, я стоял возле твоего дома, пока под утро ты не вышла из него с рюкзаком на спине. Я сильно удивился, куда ты в такую рань собралась, и проследовал за тобой до самой скалы, а когда понял, что ты собираешься делать, ужаснулся. Я искренне желал тебе добраться до её вершины, но у тебя не хватило сил и мастерства, пришлось опять тебя спасать, детка, — Эмиль наклонился и поцеловал меня в губы. — Ты очень рискованная, Наташа, и я боюсь за тебя.

— Эмиль, если ты будешь рядом, обещаю, я никогда больше не буду рисковать своей жизнью.

— Это успокаивает, — улыбнулся он. — Надо поблагодарить Вильема, за то, что спас тебя зимой, я теперь у него в долгу. Я бы не пережил, если тебя не стало. Ты чуть не погибла и виноват в этом я.

— Эмиль, ты ни в чём не виноват, я сама решила поехать к Вильему, надеясь, что ты будешь там, и виновата только я, — погладила его по руке.

— И всё же, это случилось из-за меня, — вздохнул он. — Вот мы и дома, — достал он ключ из кармана и открыл дверь, пропуская меня вперёд.

Я зашла в дом и огляделась.

— Этому дому не помешает генеральная уборка, он порядком запущен.

— После Вильема здесь больше никого не было, и уборка действительно не помешает. Если ты не против, мы займёмся этим завтра, а сейчас мы затопим камин и что-нибудь поедим. Как ты смотришь на моё предложение?

Обняв его, я уткнулась ему в грудь.

— Я не против, Эмиль. А где ты был, когда на днях я приходила сюда с друзьями?

— Я был в доме, и видел, как ты заглядывала в окно, но не решился выйти.

— Я заметила какое-то движение в доме, но решила, что мне показалось. Оказывается, это был ты, Эмиль.

— Прости, не хотел пугать тебя и твоих друзей своим видом, подумали бы, что