Предательство одного подарит любовь многих - Таруна Поддубная

- Что вы думаете насчет вот этой покупки? - спросил Урих, а на мониторе моргнули прошлые картинки и появилась другая.

Не сговариваясь, мы с Ларэном заглянули под стол и увидели там подключившиеся волосы Уриха. Так, а почему тогда он не сверкает как елка?! Ведь до этого было именно так.

- А почему ты не светишься? - вопрос сорвался быстрее, чем я смогла опомниться.

- Меня эта система знает и уже считает своей частью, поэтому я чисто зашел к себе домой посмотреть, а не взламываю! - нахально улыбался он.

- Даже боюсь представить, сколько у тебя уже таких домов! - подколол жнец, на что Урих показал ему язык.

- Я предлагаю пойти всем ужинать, и вот уже там обсудите, что хотите еще купить для нашей семьи. Тем более раз вас тут теперь таких двое! - сказал Зак, вставая и протягивая мне руку.

- Для начала мне бы хотелось получить объяснения того, что произошло на корабле, и послушать об этом до того, как вы опять попытаетесь меня отвлечь от этой темы! - я откинулась на спинку кресла и приготовилась ждать рассказ.

- А может все-таки поесть? – все еще таили надежду мужчины, но тут они не угадали, я слишком долго ждала.

- Нет! - после моих слов послышались тяжкие вздохи. Ларэн сел рядом и, взяв меня за руки, приготовился рассказывать о страшных днях.

Сказать, кто и когда заменил камень в его медальоне, он не мог. Ведь в последние три месяца цепочка рвалась целых четыре раза. Все четыре раза это происходило в разных местах, и носил он ее к разным ювелирам. После каждого ремонта никаких изменений не происходило, все было как обычно. Он после возвращения собирался посидеть у Элика дома, это была их традиция после каждого совместного полета. Вылетали они в разные сектора планеты, но потом Ларэн должен был в космосе сделать стыковку. Так и произошло после того, как он выполнил свое задание и счастливый летел домой. Счастливым он был, так как, наконец-то, смог хоть и по счастливой случайности, но найти свою мечту - хранителя. Помнит, как они встретились с Эликом, потом как он вбежал в мою каюту. Именно в эту встречу в его мозгу будто что-то произошло, и сознание раздвоилось. Одна его часть рвалась ко мне для того, чтобы любить и оберегать, а вот вторая была полностью противоположной. С каждым часом его сознание менялось, он видел нас с Эликом то за одним углом, то за другим улыбающимися и смеющимися над ним. Когда мы были все на мостике и разговаривали с членами Совета, он был уверен, что видел, как я призывно вела себя с ними, пытаясь за счет своей внешности и обещаний возможных проведенных вместе ночей получить большую сумму за похищение. Ему казалось, что я веду себя так, чтобы демонстративно перед всеми показать, что мне на него плевать. Каждый момент нахождения со мной рядом или вдали от меня давался ему все сложнее и болезненнее. Ему хотелось сбежать и не видеть больше наши довольные лица, которые смеются над ним. Его лучший друг теперь тоже издевался над ним, и для него это было непосильной ношей. Воспоминания о мучениях отца нахлынули с большей силой, и ему казалось, будто с ним происходит то же самое. Он сбежал с корабля и хотел спрятаться у себя дома, но абсолютно не помнит, добрался туда или нет, так как его скрутило от сильной боли, и он уплыл в тягучее марево.

Глава 20

- Мдя… Не знаю, как Вам, но мне понятнее точно не стало. А раньше, за все время пока ты носил амулет, цепочка часто рвалась? - после его рассказа в моей голове заговорил маленький следователь, причитая «Ничего не понимаю! Сплошные вопросы!».

- Нет, после смерти отца она перешла ко мне и ни разу не рвалась. У нас даже в академии случай был с проверкой ее крепости! - Ларэн потупил глазки.

- О, да! Это был незабываемый случай. У меня чуть сердце не остановилось от испуга за тебя! - эмоционально взмахнул руками Элик, видимо, он присутствовал при этом.

- И что же произошло? - тут уже и Урих со жнецом заинтересовались, а Зак тихо хихикал в кулак, видимо, вспоминая подробности.

- Помните, в академии была всеми нелюбимая полоса мужества, с её безумными ситуациями и на редкость жуткими полосами препятствия? - начал рассказывать Элик.

- Да, кто же этого не помнит! В то время ректором был очень жесткий мужик с абсолютно отбитой головой! Он еще тогда всем нам говорил, что если сможете пройти это, то из любой ситуации выйдете с неповрежденной рожей! А рожа у него была на редкость изуродованной, ему даже специальную маску приходилось носить, - жнеца тоже захватили эмоции от воспоминаний своей жизни в академии.

- Ну, так ведь прав был ректор, скольким такая подготовка потом жизнь спасла! - тут, видимо, только у Зака были положительные эмоции об их полосе мужества. - Вот только пятьдесят процентов учеников академии никогда не окажутся в таких условиях. Зато там многие получили травмы куда более серьезные, - не уступал ему Урих.

- Вот такие, как вы, там точно не окажутся, а моему отряду это спасло жизни, далеко не одну сотню раз. Мы даже у себя небольшой полигон с похожими полосами препятствий сделали! - выпятив грудь, отстаивал свое мнение Зак.

- Так и развлекались бы сами, зачем остальных тащить за собой в этом мир боли и безумия! - орал в ответ Урих.

- Все, прекращайте вспоминать свои юношеские травмы, вы уже не в академии. Мы семья и давайте не будем ругаться, тем более из-за других, - прекратила я это безумие, Урих уселся и молча пыхтел.

- На этой полосе и случился казус. Ларэн, проходя одно из препятствий, начал скатываться, а там торчал крепеж, за который он и зацепился цепочкой. Даже под его собственным немалым весом она не порвалась. Ларэн болтался в ней, как в надежной петле. Мы все побежали его спасать, так как он еще немного и задохнулся бы на своем наследстве. С тех пор мы и смеялись над ним, что если он захочет умереть, ему нужен только крючок, на котором повеситься, - продолжил свой рассказ Элик, будто его и не прерывали.

-