Противоположные начала - Надежда Золотарёва

— Я рад тебя видеть, брат! — кивнул Велеслав, спешившись. — Куда нарядился?

— Чего это ты, братец, запамятовал? Или Морена совсем тебе голову вскружила? Опять к ней заезжал? Где пропадал?

От упоминания Морены у Велеслава задёргался глаз. Обхаживала его эта девица красная давно, одна его совсем не страшилась и стороной не обходила. Высокая, кучерявая, всегда с уверенным взглядом, появившаяся будто ниоткуда.

Первый раз Велеслав встретил Морену в зимнем холодном лесу. Мороз стоял такой трескучий, что он диву дался, как девица не замерзла в своем полушубке.

— Что ты тут забыла? — Велеслав держался отстранённо и насторожено.

Темноволосая девушка ловко пробиралась сквозь сугробы, не отводя взора от незнакомца, а приблизившись, протянула ему руку.

— Чего замер? Пособи!

Велеслав помог девушке выбраться из сугроба на накатанную санями колею и с интересом продолжил разглядывать чудную. Молодая девушка, глаза тёмные, смотрящие, будто сквозь тебя, а взгляд из под густых бровей суровый, горделивый, умный и внимательный.

— Мореной звать меня. — Девушка вытянулась стрункой и подняла глаза на собеседника, даже стоя вровень она была ему чуть ниже плеча. — К тётке иду я из соседнего селенья, матушка захворала, нужно снадобье кое-какое взять, да вернуться засветло.

Велеслав опустил руку Морены и кивнул на лошадь, запряженную в сани. Девушка сразу приняла помощь уже знакомца, хотя имя его выведала только тогда, когда они добрались до избы её тётки.

С тех пор завязалась меж Велеславом и Мореной тесная дружба, но тайная. Заезживать стал парень к своей знакомице часто. Долго разговаривали они на разные темы, встречаясь у старой пасеки, либо на току. Наблюдали за тетеревами, глухарями, ягоду собирали. Там и случился их первый поцелуй. Насколько первый у Морены, то неведомо, а у Велеслава, что ни наесть первый.

— Оглох что-ли, Велеслав?

Беломир удивленно повёл бровями, глядя на задумавшегося о чем-то брата, и недоумевал.

— Брат, что-то случилось?

— Яга твоя чуть не утопла, следом за коровой своей. — Велеслав произнёс это так спокойно, будто меж делом, нахмурился и повёл коня в стойло.

Беломир встрепенулся и нервно зашагал за братом, пытаясь ухватить того за рукав чёрной косоворотки, да разговорить.

— Как утопла? Что с ней?

— С Ягой-то? Хорошо, дома уж, поди.

— Да стой же ты! — совсем разнервничался Беломир, уж больно переживал он за девушку. — Расскажи, всё как на духу расскажи.

Беломир силой развернул к себе брата, тот, оступившись, чуть не свалился к коню под копыта.

— Ты совсем сдурел? Дай коня разнуздаю, да и расскажу. — пытался вразумить Велеслав Беломира, который от волнения уже тяжело дышал, жевалки его заходили, кулаки сжались.

Поумерив свой пыл, Беломир кивнул, попятился назад и опустился на бревна, всё ещё валявшиеся посреди двора. Эти пару минут показались ему вечностью. В голову лезли только плохие мысли, хотелось вскочить и помчаться на всех парах к избе Яглы. Но какое он имел на это право? Не хотел он снова ставить девушку в неловкое положение, на холодную голову хотел действовать.

Только темная макушка Велеслава замаячила ближе, Беломир в миг встал, отряхнулся и молча ждал рассказа. Выслушав всё, что произошло, Беломир успокоился, выдохнул и с благодарностью похлопал Велеслава по плечу.

— Спасибо, брат. Ты же жизнь человеку спас.

— Да это вышло-то случайно. — пожал плечами тот.

Не любил он похвалу да лесть, но понимал, что брат благодарен ему от чистого сердца, нравилась ему Ягла уж больно сильно.

— Так, а что же с праздником-то? — Беломир нервно потёр затылок рукой, задумавшись, а потом смекнул. — Ты обещал! Идём. Может и Ягла придёт.

Ягла, конечно же, пришла. Девушка сменила мокрую одежду на белое платье с обережной вышивкой, распустила волосы и надела венок, заботливо сплетенный Василисой. Девочка шла рядом с Яглой и взахлеб рассказывала новую сказку о цветке папоротника, которую сочинила сама в честь праздника.

На берегу уже разожгли костры. Девушки плели венки из трав, парни, усевшись в круг, внимательно слушали старцев. Среди них были и Беломир с Велеславом. Ягла очень удивилась присутствию второго, ведь Велеслав не любил шумной компании и на праздниках ранее замечен не был. Это насторожило девушку. Она продолжила наблюдать за братьями, прислонившись к молодой берёзке, не забывая кивать Василисе, тем самым давая знать, что слушает её.

— Ягла, как тебе моя сказка? — Василиса с интересом глянула на девушку, но заметив её интерес совсем другим, тоже развернулась к кругу парней. — С кем будешь через костёр прыгать? С Беломиром?

— А? — Ягла вздрогнула, она не расслышала вопроса, но когда увидела хитрый взгляд Василисы и того, на кого она смотрит, улыбнулась.

Тем временем праздник шёл своим чередом. Девушки вереницей потянулись к огню, собирали всех парней в хоровод. Тогда Беломир и заметил Яглу, стоящую неподалёку и о чём-то беседующую с Василисой. В три шага преодолев расстояние между ними, он осторожно начал:

— Ты как, Ягла?

Ягла, увидев беспокойство в глазах Беломира, улыбнулась и постаралась как можно спокойнее ответить.

— Всё хорошо, спасибо Велеславу. — Ягла мельком глянула в сторону одиноко сидевшего на берегу темноволосого парня, потом обратно на Беломира. — И тебе спасибо за приглашение…

Договорить она не успела. Беломира схватила за руку пробегающая мимо девушка с длинной светлой косой, и громко хохоча, потащила его к костру.

— Постой же, Забава! — только и успел опомниться Беломир. — Ягла, я…

Голос парня затерялся в звонких голосах девушек, которые затянули очень красивую песню и завели хоровод. Яглу никто схватить так и не решился, а Василису девчата в хоровод всё ж заманили. Девочка отдала свою куколку Ягле и весело побежала к ярко полыхающему огню.

— Видимо мы тут чужие? На этом празднике. — раздался за спиной Яглы вкрадчивый голос Велеслава.

Девушка обернулась, да так резко, что венок не удержался на голове и упал в траву, прямо к ногам парня. Они одновременно склонились к земле, легонько столкнувшись лбами. Губы Яглы, которые улыбались, вмиг сомкнулись от удивления. В ее глазах читалась растерянность. Взгляды на миг пересеклись. Велеслав изучающе посмотрел на Яглу, ему вдруг стало интересно узнать, о чем она думает, что в её мыслях сейчас. Он резко поднялся, протянув венок Ягле, и оглянулся назад. Пары уже вовсю веселились и прыгали через костёр.

— Почему Яга? — первое, что пришло на ум, спросила Ягла.

— Что? — растерялся Велеслав, он точно не ожидал такого вопроса. — Я… Мне… Мне кажется, что одна буква будто лишняя. Не знаю, привык я так.

Велеслав пожал плечами, и устало потёр переносицу. Ягла молчала.

— Хочешь и меня зови, как тебе удобно. Не обижусь. — прервал он неловкое молчание, стараясь