Украденная невеста для бандита - Иман Кальби

ко мне, только когда был сильно зол, — Вместо того, чтобы честно работать, как это делал я, он решил пойти самым простым путем! Связался с каким-то сбродом и оказался там, где ему и место! В тюрьме! Имя этого человека не то, что никогда не прозвучит в этом доме! Если я просто даже узнаю, что ты о нем думаешь, я откажусь от тебя!

— Анвар, что ты такое говоришь, — в ужасе одернула его мать.

— Ты знала, Лариса! Знала, что она общается с этим отбросом все лето и молчала! А что, если бы он… — отец схватился за сердце…

В тот вечер мы вызвали скорую и больше никогда не возвращались к теме Марата. Впрочем, к ней и не нужно было возвращаться…

Спустя две недели мать принесла мне новости из поселка… Марат в тюрьме, а в его дом к матери въехала какая-то русская женщина с маленьким ребенком на руках…

Мое сердце, и так разорванное вклочья, в тот день перестало биться…

Вспоминаю этот ужас. Заставляю себя пережить его снова и снова… Нет, он сделал мне слишком больно… И потому я выдаю, глядя в его глаза, не моргая…

— Мы прилетели в республику, потому что меня должны прийти и засватать. И я соглашусь… Я не свободна больше. А ты иди туда, откуда пришел… У тебя ведь есть, к кому идти… Я знаю… Видела…

Марат каменеет. Я вижу, как его лицо становится похоже на мраморное изваяние… Это так страшно, что меня даже трясет…

— Ты любишь его? — голос сиплый и жесткий одновременно. Невыносимый…

— Рустам — мой будущий муж. Это все, что тебе нужно знать. Пожалуйста, уйди или я и правда закричу и позову отца…

— Фатя… — говорит он зачем-то, словно бы это его «Фатя» что-то могло исправить…

— Уходи… — получается так же свистяще, как и у него…

Марат отмирает.

— Хорошо. Ты сама сделала свой выбор…

Я сильно жмурюсь, а когда открываю глаза, из которых начинают капать жирные капли слез, его уже нет. Только абрикосовое дерево на границе наших участков, на границе наших судеб, неуклюже шелестит листьями.

Глава 5

Наш ужасный вчерашний разговор с Маратом кажется мне просто дурным сном после пробуждения. Но как только я вспоминаю вчерашний вечер в мельчайших подробностях, понимаю, что все это было настолько реально, что тело до сих пор трясет…

Подхожу к зеркалу и смотрю на свои всё еще красные от его жесткого поцелуя губы… Господи, как он вгрызался в меня, как подчинял… Я совсем не знала мужчин и никогда больше ни с кем не целовалась, кроме него, но почему-то была уверена, что так доминировать мог только он… Порабощать…

Воспоминания о вчерашнем дне врываются в мое утро вместе с распахнувшимся настежь окном, заставившем тюль нервно затанцевать на ветру.

На мне все еще его запах. Руки все еще горят от его прикосновений… Подхожу к окну, поспешно его закрываю и застываю, вглядываясь вдаль… Вот, то самое дерево, по которому я бесстрашно спускалась вниз в его объятия… Вот их дом… Действительно заброшенный и покинутый… Оказывается, все это время я запрещала себе на него смотреть, чтобы не было так больно… Только боль все равно никуда не ушла. Она трансформировалась. Стала более глубокой, более насыщенной…

Сглатываю ком в горле. Настроение ужасное.

Нужно спуститься вниз и попить кофе. Хоть как-то привести себя в порядок.

Сегодня приедет служба, занимающаяся украшением домов и ресторанов к сватовству и свадьбе. Здесь это главные события в жизни женщины- и потому все в буквальном смысле копят годами, чтобы сделать торжество самым ярким и запоминающимся…

Когда я рассказывала своим московским подружкам, сколько на Кавказе могут потратить на внешний антураж свадеб — все эти флористы, декораторы, дизайнеры платьев, в том числе и для подружек невесты, визажисты, кондитеры, музыканты, осветители- они впадали в ступор. И речь ведь не о свадьбах миллионеров, я уже молчу про приданое и подарки невесты, так называемый «чемодан»… Это простые люди, которые реально работают годами всей семьей, чтобы сделать торжество чада запоминающимся…

К своему облегчению внизу не встретила ни отца, ни мать, которые оставили мне записку, что с утра пораньше уехали по предсватовским делам в город и потому попросили меня саму встретить декораторов. Через час сюда придет Меседу, наша неизменная помощница, приглядывающая за домом, пока мы в Москве, так что будет несложно…

Мысли не клеились в единый ряд. Я бессмысленно слонялась по дому, так и не причесавшись и не переодевшись. То и дело вспоминала вчерашний вечер.

Господи, ну какого черта мы приперлись сюда… Могли бы ведь провести помолвку в Москве без всех этих ненужных встреч из прошлого… Разве так следует начинать семейную жизнь? Разве можно строить счастье, когда на душе полный раздрай…

Из мрачных метаний между прошлым, настоящим и будущим меня вырвал звонок домофона. Посмотрела в камеру- а вот и флористы-декораторы.

Одернула себя уже на выходе, что на мне все еще белая муслиновая ночнушка, но заставлять людей ждать неудобно, и потому я накинула сверху на себя широкий кардиган, полностью закрывающий меня, и побежала к воротам.

— Проходите, пожалуйста, — сказала я, отворяя двери.

Багажник грузового минивэна был уже открыт и оттуда деловито вытаскивали красивые цветочные композиции.

Меседу стояла возле меня и, энергично жестикулируя, направляла заносящих на территорию цветы работниц- женщин. Да, считалось, что в день помолвки в доме невесты могут быть только женщины, потому что ей наводят красоту и чужим мужчинам неповадно ее видеть…

— Фатима, да? — обратилась ко мне одна из прибывших женщин. Я даже вздрогнула. Никто давно не называл меня полным именем, которое я так не любила. Даже в институте педагоги привыкли к краткому Фатя. А почему бы и нет? Я ведь была одной из лучших студенток, — не могли бы подойти? Здесь есть одна цветочная композиция. Громоздкая, потому я не стала ее вытаскивать пока. Просто ваша будущая свекровь звонила- просила, чтобы я обязательно включила лилии в декор. Это ее любимые цветы. Я помню, что мы с вами про лилии не договаривались. Потому сделала эту инсталляцию на свой вкус. Посмотрите может? Оставим? Можно на улице поставить, многие не любят резкий запах цветка…

Когда я шла к багажнику, уже понимала, что откажу женщине, что дико неудобно, она ведь старалась. Просто дело в том, что у меня жуткая аллергическая непереносимость лилий. От их приторного аромата я сначала сильно чихаю, потом начинаю хрипеть и падаю в обморок…

Подхожу, смотрю