Попал! В хоршие руки. Лазейка-портал 2 - Мартиша Риш

— Я тебя поняла, Денис. А служанку такую можно нанять?

— Да легко.

— Спасибо тебе. Иди на урок, а я после занятий подойду еще раз к учителю истории и обо всем с ней переговорю. И оценку за год мы тебе непременно исправим. Ты же все выучил?

— Ага.

Денис бегом убежал в школу. Я еще немного постояла в уголке у стены-брандмауэра и только после этого пошла следом за ним. Ничего, уж я-то обязательно выкручусь. Плохо, что Оскар меня укусил. Опасный он, но оставлять Аню наедине с Ваней я теперь тоже боюсь. Мало ли, что придёт ему в голову, когда он меня не найдет в квартире посреди ночи. Да все что угодно в его голову может прийти! Может, я и преувеличиваю, но за дочку боюсь просто ужасно. Ясно одно, за один день Ваня свои вещи точно не соберёт. Понадобится какое-то время, хоть несколько дней на то, чтоб его выгнать. И Анюте такой стресс совсем не к чему.

Работу я закончила раньше обычного. Все потому, что последний урок отменил директор сам, лично.

— Не позорьтесь перед родителями. Марш домой! И сделайте с собой хоть что-то.

— Что⁈

— Макияж смойте!

— Я не накрашена.

— Ну значит, накрасьтесь.

Дверь в квартиру я попросту открыть не смогла. Пришлось звонить. Неужели Аня накинула крючок по ошибке? А может, задвижку закрыла? С чего вдруг? Может, соседи ломились, вообще-то они у нас тихие, но изредка всякое бывает. Позвонить пришлось еще раз, я аж забеспокоилась, подумала, что доченьке могло стать плохо. Да и вообще, мало ли, что могло случиться? Пришлось треснуть уже кулаком и посильней. Наконец за дверью раздались шаги, легкие, торопливые

— Пошла к бесам, бабуль! — веселый Анькин голосок ни с чьим не перепутать.

— Ань ты чего⁈

— Мама⁈ — дверь почти сразу открылась. Я увидела панно, оторванное от стены, клочки обоев, разбросанные по коридору, треснутую ножку у вазы.

— Что здесь произошло⁈

— Твоя недосвекровь бушевала. Ты, мама, оказывается, у нас гулящая женщина! Ночами неизвестно где пропадаешь. И от предложения руки и прочей требухи отказалась, — Аня начала было говорить весело, а потом хлюпнула носом, бросилась меня обнимать, — Мама! Это было так мерзко. Она все-все свои подарки забрала. И даже мою куклу. Помнишь, Маруся в платьице была? Она все вынесла. Давай мы Ваню выгоним тоже? Он придёт, а дверь заперта и вещи отправим посылкой. Лучше через Владивосток, чтоб подольше шла.

— Нельзя, это слишком дорого.

— Так ты не против?

— Ничуть. Сейчас мастера вызовем, он замок поменяет на двери. А сами… Сами уедем. Хочешь в теплые страны? Чтоб фрукты с дерева и все остальное?

— Хочу.

— Представляю, как удивится Оскар…

Глава 4

Котомки стоят перед дверью. Моя сумка с тетрадями учеников, Анькины книги, ее тетради тоже. Они сложены аккуратной стопкой. Бок о бок с ними ее саквояж с новыми платьями, да коробка со шляпками. Больше, мне кажется, мы из этого дома ничего не возьмём. По крайней мере, пока. Ванины вещи я отправила на такси прямо к дому свекрови. Если честно, то мне наплевать — заберет их Ваня или так и оставит у подъезда.

Может, еще что из посуды забрать? Любимую чашку, последнее блюдце от сервиза? Подушку хотя бы, она гречишная, дорогая. Или не стоит? Новая жизнь, новые вещи. На душе полное ощущение, что я продаю эту квартиру вместе с целым ворохом неуместных воспоминаний, надбитым фарфором, скатертью на столе. И мне никогда сюда уже не вернуться. Все закончилось. Нет, эту скатерть мы точно с собой не возьмем, слишком много она помнит моего «семейного счастья», обид, слез, которые я пролила украдкой, когда ночью сидела с кружкой давно остывшего чая в руках. Не хочу ничего помнить. Совсем не хочу. Вот только как рассказать Анюте о том, куда мы собрались и как переместимся — не знаю.

— Мама, а как я стану ходить в свою школу, если мы уедем? Или ты шутишь?

— Нет, не шучу.

— Тогда как? Только не говори, что мы будем жить где-нибудь в оранжерее. Нет? Или ты там договорилась снять угол, и именно поэтому мы не берем вещи.

— Тоже не угадала, — я закусила губу под испытующим взглядом.

— Тогда что? Денег-то у тебя нет. Или? Только не говори, что Ваня был прав, — моя доченька аж отшатнулась, а на лице у нее возникло брезгливое выражение лица. И почему я не подумала, в чем мне придётся признаться. А ведь придётся!

— Я вышла замуж. Фиктивно. Между моим мужем и мной ничего нет, кроме обряда. Так вышло.

— Вот, значит, как. И мне ничего не сказала? — нахмурилась дочь.

А я тронула те две дырочки от острых клыков, которые остались на моей шее. Куда и зачем я веду дочь? У меня же нет никого дороже нее. Но и здесь оставаться нет сил. Разве что, правда, снять угол в оранжерее, если такая найдется.

— Все те платья, это он мне подарил?

— Я заказала на его деньги.

— Выходит, богат? И тебе точно ничего, — Анютка покраснела, — ну не придётся?

— Только публично изображать жену. Принимать гостей, ужинать вместе с ним и быть в его доме ночью, чтоб слухи не пошли.

— Он не желает, чтобы тебя заподозрили в неверности? Что ж, справедливо. Как зовут нашего благодетеля, ма?

— Оскар. И все не так просто. У него сын и вообще. Постарайся быть осторожной. И прошу тебя, ничего не пугайся.

Я все ещё пытаюсь прикинуть, что проще — провести Аню через тот портал, который открыл для нас Оскар или же открыть портал прямо в квартире? Дочка у меня слишком разумная, чтобы поверит в чудеса. Не хотелось бы нанести урон нежной детской психике.

— Он урод? Или что? — еще больше насторожилась Анютка.

— Нет, просто-напросто необычный. И там нельзя выносить из дому никаких секретов. Это может стоить жизни нам всем.

— Допустим, я тебя поняла. Ты фиктивно вышла замуж за криминального авторитета? За наркобарона? За кого, мам?

— Не скажу. Сама все увидишь.

— Угу.

Я подошла к нашим сумкам, отчетливо представила дом Оскара и потянула за воздух. Анька смотрит на меня недоверчиво. Черт! Почему я не переодела дочь? Ладно, хуже уже не будет. Главное, чтоб Анютка не устроила сейчас истерику. Хотела бы я ее предупредить заранее, но что толку? Все равно же не поверит, пока не увидит.

С хрустом треснула ткань мироздания, по ту сторону проявились роскошные стены нашего с мужем особняка. Теперь-то это и